Вампиричность письма.

28. Какая реальность описывается письмом, над какой реальностью письмо властвует и кто является субъектом этой власти? Мы выяснили, что вампир властвует при помощи взгляда, и благодаря вампирической сверхвнимательности мир становится изобразительным по своей сути. Изобразительность просвеченной вещи предполагает безвременную позицию, из которой наблюдается мир. Т. о. безвременье предполагает отсутствие пространства, поскольку вампир пуст и его взгляд просвечивает вещь с любого расстояния. У Гегеля: время есть “для-себя-пространства”, и эта первичность времени перед пространством, заложенная в основании европейской метафизики, позволяет вывести вампира подлинным субъектом европейской культуры. Мы также выяснили, что критика (и даже уничтожение) человека в современной философии является общим местом. Позиция пишушего, точка зрения письма становится действительно мета-позицией в отношении реальности. Если взгляд вампира уничтожал время, просвечивая мир, то письмо пытается это время сохранить путем цитирования, отсылок, заимствований. На первый взгляд, письмо оказывается той деятельностью, которая только и может противостоять вампирической жажде. Однако, если мы признали, что итогом укуса вампира является продуцирование вторичных, третичных и т.д. отображений, то и в случае письма происходит то же самое. Добавим, что всякое письмо, в том варианте, до которого его доводит Деррида, предполагает не только цитирование, не только дистанцию временного промежутка между двумя авторами, оставляющими свои следы в гипертексте. Всякое письмо в первую очередь требует читателя, который бы его прочитал, и кем будет автор, отнимающий у читателя время жизни, как не вампиром. Автор напрямую властвует посредством письма, а в мире письма уже не приходится говорить о вещах и предметах, там их просто нет, они заменены знаками и шифрами. 

29. Вампиричность письма проявляется в публикациях именно писем и переписок, которые позволяют заглянуть в тайники творческой кухни известного писателя, художника, политика. Вспомним, что философские идеи, выраженные в форме писем, достигают цели за счет совмещения доверительного тона и глобальных (масштабных) выводов. П.Чаадаев писал письма к вымышленной корреспондентке и сам эти письма публиковал. Другое дело – письма приватные, личного характера. Современное общество любит такие письма, а известные личности пишут письма своим корреспондентам с расчетом массового прочтения личных обращений. Здесь кроется загадка письма, которое пытается сохранить и личное, субъективное отношение к читателю (поскольку он конкретен), и всеобщее, проявляющееся в материализации и объективации письма (языка), которое могут прочесть все.