Ванна с кислотой.

ВАННА С КИСЛОТОЙ 

Ванкувер, Британская Колумбия
Пятница, 17 января, 8:15


По-мо-ги-и-и-и-те! - металлом звенит в вышине крик.

Цинк запрокидывает голову, чтобы вычленить источник звука. К своему изумлению, он видит паутину, раскинувшуюся на шестьдесят с лишним футов: она накрывает весь цветник и свисает с высоченных пихт, заросли которых и есть парк Стенли. В двадцати пяти футах над землей висит обвитый липкими нитями человек - если того, у кого на плечах мушиная голова, можно назвать человеком. Клейкая слизь, капающая с паутины, перемазала алый китель.

"Эд, нет!" - вскрикивает Цинк, хватаясь за ближайший шелковистый тяж в отчаянной попытке прийти на помощь. Но его руки и ноги тотчас прилипают к паутине, словно намазанные "суперцементом", и Цинк, как ни старается, не может оторваться от кошмарного зрелища, разворачивающегося наверху.

Гигантский паук приближается. Человек-муха, невнятно причитая, бьется в тенетах. Чандлеру видны шпоры у него на сапогах и капральские нашивки на рукаве. Из одного рукава торчит рука, из другого - коготки насекомого. Черная, покрытая волосками морда, огромные, выпуклые фасеточные глаза. Хоботок подергивается от страха, словно это язык.

Паук нападает.

Он вонзает жвалы-крючки в шею человека-мухи, сдавливает его голову челюстями и долго впрыскивает яд. По телу жертвы прокатываются волны судорог. Задними лапами паук поворачивает добычу, пеленая ее, будто мумию, в кокон из душного шелка. И принимается работать максиллами.

Зазубренные челюсти с хрустом перемалывают голову человека-мухи, паук заливает искромсанную плоть пищеварительным соком. Эта кашица с хлюпаньем всасывается в желудок. Нити паутины, отзываясь на звук, гудят, точно телефонные провода. "П-о-м-о-г-и-т-е! П-о-м-о-г-и-т-е!" - пульсируют они, жужжит муха с головой Дженни Копп, а страшное, отвратительное хлюпанье не смолкает, и наконец... 

Чандлер вздрогнул и проснулся. И тотчас ему показалось, будто кто-то взобрался к нему на грудь и затаился там, высоко, у самого горла. Он наугад ударил неведомую тварь кулаком, другой рукой нашаривая выключатель ночника.

Яркий свет больно ударил по глазам - Чандлер даже отшатнулся от этого ослепительного сияния. Потом перед ним медленно обрела четкие очертания книга в твердом переплете, спросонок отброшенная им на другой конец комнаты. Обливаясь потом после страшного сна, он понял, что читал в постели и уснул. "Возьми себя в руки, парень", - мелькнула глупая мысль.

Цинк выбрался из-под одеяла, доплелся до ванной и обтер лицо холодным мокрым полотенцем. Он знал, логика сна определяется исключительно требованиями подсознания. Из зеркала угрюмо смотрело виноватое лицо курильщика, истосковавшегося по никотину. Цинк посмеялся бы над собственной глупостью, не будь это столь серьезно.

На столике у кровати зазвонил телефон, и Чандлер вернулся в номер. Повидавшись шесть дней назад в парке со смертью, Цинк перебрался из "Прибрежного" в гостиницу "Сильвия", выходившую на Английский залив. В зашторенное окно барабанил дождь. Подняв трубку на пятом звонке, Цинк буркнул:

- Чандлер.

- Не разбудил?

- Позвонил бы ты на десять минут раньше!

- А, кошмары замучили? - усмехнулся Карадон. - Бросай жрать на ночь всякую дрянь.

Чандлер улыбнулся.

- В чем дело? - спросил он.

- Бери ноги в руки, Цинк. У нас, похоже, появился шанс притянуть Рэя Хенглера за убийство.
 

Северный Ванкувер, Британская Колумбия

9:17


Карадон встретил Цинка на первом этаже пансиона "Горизонт".

Стоя перед дверью, открывавшейся по внутренней связи, Чандлер заметил возле дома трассологов. Они - такая уж у них работа - искали отпечатки протекторов, следы ног, брошенный транспорт, оставленные намеренно или по оплошности оружие или одежду, а на дверях четырнадцатиэтажного здания - следы отмычек или фомки. Очень мешал дождь, сеявшийся с обложенного тучами неба.

- Зря стараются, - заметил Карадон. - Целая неделя прошла. Тут и ходили, и ездили, и черт знает что еще.

Из вестибюля повеяло слабым запахом краски.

- В прошлые выходные тут делали косметический ремонт, - пояснил Карадон. - Это и хорошо, и плохо. Либо мы найдем целую прорву отпечатков, либо все они закрашены в два слоя.

- Следы взлома есть? - спросил Цинк.

- Нет, откуда? С утра прошлой пятницы и до середины понедельника входная дверь не закрывалась - проветривали. Маляры работали круглосуточно, прерывались только кофейку попить.

- И всю дорогу в вестибюле?

- Нет, иногда в номере управляющего. Там тоже красили.

- Значит, сюда мог незаметно прошмыгнуть кто угодно? - спросил Чандлер.

- Похоже.

В вестибюле и лифте повсюду был порошок: дактилоскописты взялись за дело после того, как по объекту прошел с пылесосом сержант Боб Джордж. Хотя отпечатки пальцев частенько оказываются самой важной уликой, изъятие вещественных доказательств с места происшествия начинают не с них: порошки и реактивы, используемые при сборе пальцевых отпечатков, способны самым пагубным образом воздействовать на другие находки - волосы, пыль, волокна.

- Вне пентхауса ничего интересного не нашли, - сказал Карадон.

В лифте Чандлер спросил:

- Билл, ты-то здесь откуда?

Карадон подмигнул:

- В тот день, когда Ирокеза на наших глазах выпустили из здания суда, я оставил запрос на нашем компьютере известить меня, если кто-нибудь из сотрудников станет наводить справки о Рэе Хенглере, его адвокате, Джордже Геддесе - Ирокезе или о "Службе подкрепления фантазий". И включил туда имена и номера телефонов. Сегодня утром ребята из следственного отдела нашли наверху, в пентхаусе, номер телефона и дали запрос на проверку через компьютер. Мой запрос сработал, и я был извещен. А затем поднял тебя.

Лифт открылся, и они вышли в холл.

У дверей пентхауса они предъявили жетоны и получили значки-пропуска и пластиковые перчатки, чтобы случайно не оставить в люксе отпечатков пальцев или следов пота. Полицейский у двери напомнил:

- Не курить. Не зажигать спичек. И под страхом смерти ничего не бросать на пол.

Криминалист обосновался в гостиной, а значит, главные события разворачивались не здесь. Сюда несли все находки. Их эксперт запечатывал в специальные флаконы, пластиковые пакеты или конверты для хранения вещественных доказательств, требуя при необходимости образцы для сравнения. Каждый объект он снабжал разборчиво написанной этикеткой и отмечал на плане-схеме место его изъятия.

Южная стена гостиной, цельный лист толстого стекла, смотрела на город. "Горизонт" стоял там, где Северный береговой хребет незаметно сходил в море. Цинк поглядел через бухту на парк Стенли и Броктонский овал, где неделю назад его пытались убить. Где-то за ними затерялся отель "Прибрежный", приютивший Цинка в первые дни в Ванкувере. Порывистый западный ветер, налетая с Тихого океана, свирепо швырял в стену-окно холодным дождем. Здесь, на побережье, если не можешь привыкнуть к дождю, остается только уехать.

Войдя в спальню, Чандлер первым делом заметил четыре веревки с петлями, привязанные к столбикам, ввинченным по углам в раму кровати. Стену над постелью покрывали сделанные углем рисунки обнаженной натуры, по полу были рассыпаны разнообразные орудия подчинения из садомазохистского арсенала. Сержант Боб Джордж обрабатывал простыни на водяном матраце, у него над душой стоял констебль Нейл Тернер. Чандлер и Карадон направились к ним.

- Боб, Нейл, - сказал Карадон, - познакомьтесь с Цинком Чандлером.

Полицейские кивнули.

Тернеру, сотруднику группы расследования особо тяжких преступлений при следственном отделе (СО), было лет тридцать пять. Он был в гражданском; светлые волосы и мальчишеское симпатичное лицо делали его похожим на калифорнийского серфера. Вместе с напарником, Гаэтаном Дюбуа, Нейл вел дело об убийстве в "Горизонте". Канадские детективы работают парами, как это, в общем, принято во всем мире, и неважно, сколько человек в итоге оказывается задействовано в поимке преступника - всю ответственность за результат несут эти двое. Необычно другое: в Регине, округ Саскачеван, сотрудник КККП получает столь полную и совершенную начальную подготовку, что расследование убийства нередко поручают младшим офицерам полиции. Такому порядку вещей сто шестнадцать лет.

- Похоже, постельные игры зашли куда-то не туда, - заметил Чандлер.

- У богатых свои причуды, - добавил Карадон.

Тернер поднял вверх пластиковый пакет. Внутри лежал бумажник.

- Мы нашли это на полу в изножье кровати. Возможно, его выронили, пытаясь кого-то связать. Внутри - удостоверение личности на имя Рэймонда Хенглера.

Он поднял другой пакет, где лежали флакончик и стеклянная пипетка.

- Это мы нашли на полу возле кровати - вот здесь, где я стою. Стрихнин.

- Неприглядная смерть, - поморщился Чандлер.

- Да уж, - ответил Тернер.

Стрихнин получают из семян чилибухи - рвотного ореха. После введения в организм яд быстро всасывается из желудка и начинает воздействовать на центральную нервную систему. Вначале жертву охватывает возбуждение, беспокойство, появляются признаки удушья. Затем, по мере того как поражение ЦНС углубляется, малейшая вибрация или шум вызывают мучительные спазмы, грудные мышцы сводит, а позвоночник выгибается до тех пор, пока голова и пятки не смыкаются. Колыхание водяного матраца при этом превращается в непрекращающуюся пытку. Спазмы сопровождаются остановкой дыхания, но помутнения сознания нет. Лицо искажает ужасная гримаса, risus sardonicus.28 Оставаясь в полном сознании, жертва терпит повторяющиеся приступы судорог, пока не наступит смерть - от изнурения или от удушья.

- Не знаю, имеет это значение или нет, но электрические часы на ночном столике остановились в 1:51, - вспомнил Тернер. - Вилку могли выдернуть из розетки во время борьбы у кровати.

- Из ящиков и шкафов все выброшено, - добавил Карадон. - То ли кто-то второпях собирал вещи, то ли что-то старательно искал.

Сержанта Боба Джорджа коллеги прозвали Человек-пылесос, а еще - Следопыт. Чистокровный равнинный кри с саскачеванского озера Дак, он возглавлял сектор волос и волокон. У него были черные, коротко подстриженные волосы, широкие скулы, отливающая бронзой кожа и зоркие, острые глаза. Если на место происшествия выезжал Джордж, "в кармане" у следственной бригады оказывалось все. Сейчас сержант осматривал через большую лупу черные шелковые простыни. Все находки - волосы, нитки - он поднимал кусочком скотча и переносил на снабженные этикетками предметные стекла, извлекаемые из стоящей на полу коробки. В другой картонке лежали пергаминовые конверты с проявленными слайдами.

- С ходу могу сказать, - сообщил кри, - в этой постели побывали двое. Оба оставили волосы с головы и лобка. Лобковые волосы в обоих случаях женские - они короткие и грубые. У одной дамы волосы на голове черные, недавно подстриженные. У другой - темные со следами окрашивания в черный цвет. И еще: тот, кто был привязан к кровати, испытывал жуткую боль.

- Откуда вы знаете? - спросил Тернер.

- Веревки, - пояснил Джордж. - Волокна веревки круглые, а не плоские. Шнуры затягивали на запястьях и лодыжках и после привязывали к столбикам кровати, туго натягивая веревки над верхним краем деревянной рамы. Уплощение волокон начинается в нескольких дюймах от места исходного контакта веревки с этим краем и продолжается в направлении вероятной позиции жертвы. Это само по себе свидетельствует о многом, но, кроме того, часть волокон разорвана. Здесь не просто пытались освободиться от пут. Мне видится человек, бьющийся в судорогах невыносимой боли.

- Например, как при отравлении стрихнином, - вставил Чандлер.

- Возможно, - ответил Джордж.

Когда криминалист отошел к туалетному столику и начал вынимать волосы из расчески и выкладывать их на столешницу, Тернер показал на записную книжку, лежавшую возле телефона на небольшой тумбочке у кровати.

- Мы приехали и нашли только чистые страницы, - сказал констебль. - Нашим людям удалось по оттиску восстановить записи с последнего вырванного листка. Это оказались телефоны "Службы поддержки фантазий".

- Мы их давным-давно поставили на прослушку, - хмыкнул Карадон. - Этот бордель - хенглеровское прикрытие. Сейчас Бенс из ОсоРа проверяет, не было ли вызова отсюда.

Его прервал звонок телефона. Тернер снял трубку, помолчал и протянул трубку Карадону:

- Это вас.

Чандлер подошел к двери в ванную комнату en suite.29 Возле ванны сидели на корточках двое в противогазах, резиновых фартуках и резиновых перчатках - напарник Тернера, констебль Гаэтан Дюбуа, и Ник Уайт, судебный патолог из больницы Лайонс-Гейт. В ванне, полной кислоты, на поверхности плавал желтый маслянистый отстой. К стене над кранами был отогнут вырезанный по форме ванны кусок пластиковой мелкоячеистой сетки с грузиками по краям. Увидев желтую слизь, медленно капавшую с пластмассовых волокон, Чандлер понял, что эта сетка удерживала тело под поверхностью разъедающей жидкости до тех пор, пока та не завершила свою работу.

На полу возле ванны стояли бутыли с этикетками: "Концентрированная серная кислота" - и насос. На резиновой простыне лежали два камешка с полированными гранями, величиной с вишню. Они были влажные; их, безусловно, извлекли из ванны. Патолог перемешивал желтую кашицу, пытаясь найти еще что-нибудь, но без особого успеха.

Карадон повесил трубку и позвал Чандлера обратно в спальню.

- Звонил Бенс. Они проверили по регистрационному журналу телефонные переговоры "Службы подкрепления фантазий" и прослушали соответствующие записи. Во вторник седьмого января, в тринадцать часов сорок девять минут, с этого аппарата к ним позвонила женщина, назвавшаяся Розанной Кийт. Она просила одиннадцатого января к двум часам ночи прислать к ней в номер выбранного ею по каталогу сотрудника "Службы".

- Одиннадцатого января, да? В ночь на прошлое воскресенье. Это когда мы с тобой провожали Хенглера от "Ида" к игорному клубу? - вспомнил Чандлер.

- Седьмого, сразу после ее звонка, "Служба подкрепления" уведомила по телефону некоего Рейда Драйвера о заказе. Тот ответил, что в указанное время будет на месте.

- Выходит, - сказал Чандлер, - Хенглер, пусть не прямо, связан с этим люксом, где кого-то отравили и убили, скорее всего, из садистских побуждений. А у кровати мы нашли его бумажник.

- Мало того, - отозвался Карадон. - В ту самую субботу днем, в две минуты первого, Рэй Хенглер самолично звонил сюда из своей конторы. На звонок ответил женский голос, и Хенглер спросил, нет ли здесь Рики Хайд.

Чандлер поднял брови:

- Солистка "Вурдалака" из клуба "Ид"?

- Да. Хенглеру велели прийти, мол, Рика Хайд ждет. Он ответил: "Сейчас буду" - и повесил трубку.

- Ваши ребята пошли за ним? - спросил Цинк.

- Черта с два, - ответил Карадон. - Пока они ждали Хенглера у конторы, по рации сообщили о нападении на сотрудника полиции. Само собой, ребята кинулись туда, и снова Хенглера взяли под наблюдение только вечером, когда он вернулся домой.

Чандлер покачал головой.

- Вот всегда так! Если заказной кавалер Кийт явился сюда в два часа ночи, был он здесь, когда десять часов спустя звонил Хенглер? Вряд ли.

- Это можно выяснить только одним способом, - сказал Карадон. - Бенс нашел его адрес через Британскую корпорацию телефонной связи по номеру, который дала "Служба подкрепления фантазий".

Цинк взглянул на Тернера: тот внимательно слушал и делал пометки.

- Поскольку это ваша головная боль, - обратился к нему Чандлер, - хочу просить вашего разрешения кое с кем пообщаться.

- Ладно, если будете писать рапорты и держать меня в курсе.

- Договорились, - ответил Цинк.