Человек, который читал Лавкрафта.

ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ ЧИТАЛ 
Г. Ф. ЛАВКРАФТА 

Англия, Лондон
Вторник, 28 января, 0:11


Макаллестер на ходу выпрыгнул из машины и побежал к группе полицейских, оцепившей открытый канализационный люк. Визжа тормозами, машина остановилась, и за открытым окном возле Хилари из дождя возник один из асов.

- Все под контролем, Ренд. - Его тон подразумевал: "Вам здесь делать нечего".

- Меня еще не сняли, - жестко отрубила Хилари. - Итак: что здесь происходит?

Ас злобно посмотрел на нее, но на рожон не полез. В конце концов, время работало на них.

- Из окна третьего этажа выбросили голую женщину. Она еще жива, но сильно покалечилась. На горле рваные раны. Мы сейчас проверяем квартиру.

- Она может описать того, кто это сделал?

- Да. Дракула.

Если он ждал удивления, то напрасно. Старший суперинтендент детектив Хилари Ренд бросила только:

- Это подходит.

- Соседи сообщили, что на балконе возле окна, откуда выпала женщина, видели мужчину в накидке. Он сбросил вниз веревку и с телом, переброшенным через плечо, спустился по стене, как альпинист. Очутившись во дворе, он исчез в открытом канализационном люке. Четыре минуты спустя появился первый полицейский.

- Где этот человек сейчас?

- В канализации у нас под ногами.

- Вы нашли тело?

- Нет.

- Если он тащит труп на себе, то далеко не уйдет. Вы полностью контролируете канализацию - значит, скоро мы его возьмем.

- К нему с разных сторон идут сорок сотрудников. Поиск направляет портативный компьютер. Он не уйдет.

Дай-то Бог, подумала Хилари.
 

Макаллестер отпустил боковины лесенки, прыгнул вниз и, пролетев двадцать пять футов, приземлился на дно канализационного туннеля. Тело сержанта, точно пружина, погасило удар. Он постоял в кромешной тьме, напряженно прислушиваясь. Со всех сторон доносились звуки движения воды - стук капель, срывающихся с сырых кирпичных стен колодца; бульканье водоворотов, круживших у ступней, ног, бедер Макаллестера; шум и плеск стремительных потоков; грохот водопадов в соседних туннелях. Он различил далекие крики, сразу затихшие. Повернув на голоса, Макаллестер включил фонарик.

В десяти футах впереди туннель раздваивался. Оба прохода представляли собой темные овальные шахты, выложенные скользким позеленелым кирпичом. Макаллестер остановился, прикидывая, какую ветку выбрать. Справа, в потоке нечистот и уличного мусора, к нему плыла дохлая собака с выеденными глазами. Следовательно, правый коридор уводил вверх и в сторону от реки. Нести труп этой дорогой было невозможно. И Макаллестер свернул влево.

В канализации стоял тошнотворный смрад. Вокруг, словно дыхание преисподней, колыхались волны тумана. За стены цеплялись зловещие тени, в трещинах кладки пищали крысы. Свет фонаря скользил вдоль ровных рядов мельчающих кирпичей. В перспективе эти ряды сближались, туннель становился клаустрофобически тесным.

Вдруг по зловонным норам прокатился и мгновенно рассыпался эхом истошный вопль. Мерное журчание потока заглушил плеск водопада. Вопль оборвался, и в смрадном, темном чреве земли послышались глухие встревоженные голоса.

Макаллестер выключил фонарь, прищурился на слабый желтоватый отблеск, забрезживший впереди в тумане, и, всецело положась на свои пять чувств, захлюпал по навозной жиже и отбросам в глубь туннеля.

- Мы здесь, - прокричал кто-то слева от него.

Темноту прорезал луч света. В тридцати футах впереди через канализационную трубу перебирались маленькие сгорбленные фигурки. Рокот водопада зазвучал громче. У ноги Макаллестера проскользнул угорь, в нос ударил запах тухлых яиц. Через несколько секунд сержант оказался в подземелье.

Оно походило на средневековый склеп. Колонны, арки и контрфорсы поддерживали двадцатифутовые каменные своды. На той стороне, где стоял Макаллестер, в подземелье открывался ряд сходящихся под углом туннелей. Поступавшие по ним сточные воды из главных протоков "север" и "юг" и местной канализации низвергались в поток, двигавшийся перед сержантом справа налево (один из отводных каналов Базальжетта), и изливались через портал, зиявший в восточной стене. Через поток были переброшены мостки.

Противоположный берег представлял собой дамбу. В особенно дождливые дни, такие, как этот, когда уровень воды в канале чрезмерно повышался, ее избыток переливался через перемычку и попадал в расположенный внизу резервуар, который сообщался с ливневой канализацией, отводившей нечистоты к стоку в Темзу.

В миг, когда густой туман, клубившийся в этом громадном подземелье, окутал сержанта, Макаллестера осенило. Он понял, куда подевался Убийца из канализации: тот сейчас сплавлялся на чем-нибудь вроде резинового плота по отводному каналу или по туннелю ливневого сброса к Темзе.

Преследовать его Ярду было не на чем.

Зато убийца по дороге мог исчезнуть. Где угодно.
 

12:22


Хилари Ренд стояла на извозчичьем дворе и глядела на разбитое окно. Из дома появился незнакомый сержант в форме. Он подошел к Хилари:

- Квартиру сдали четыре дня назад. Съемщица назвалась Розанной Хазард. Однако все документы, найденные в квартире, оформлены на имя Розанны Кийт. Водительские права выданы в Ньюпорте, штат Род-Айленд.

- А паспорт нашли? - спросила Ренд.

- Нет, - ответил сержант.

Старший суперинтендент вновь посмотрела на окно.

"Что-то тут не то, - подумала она. - Вначале Убийца из канализации придерживался другой схемы: нападал на улице и затем скрывался под землей. Зачем же ему вдруг понадобилось имитировать взлом ради убийства Дерика Хона, похищать сиамских близнецов, а теперь изображать Дракулу? Тут должен быть какой-то скрытый мотив".

- Сержант, пусть главное управление немедленно свяжется с род-айлендским ФБР. Мне нужно все, что у них есть на Розанну Кийт.
 

12:37


У дальнего конца мостков, переброшенных через заполненный нечистотами отводной канал, в пяти футах от резервуара, сообщавшегося с канализацией ливневого сброса, распростерся мертвый полисмен. Рев пенящегося водопада здесь оглушал. Из-под груди убитого (он лежал ничком, из шеи торчал метательный нож) пробивалось непонятное зеленое свечение.

Макаллестер осторожно двинулся по мосткам к четверке мужчин, стоявшей у ног мертвого констебля.

- Кто это? - перекричал кто-то шум водопада.

- Констебль Оррис, - донеслось в ответ. - Прямо в шею.

Над резервуаром стояло облако брызг. Влага насквозь пропитывала одежду.

- Поднимите его, - распорядился Макаллестер. - И дайте знать наверх, что убийца, похоже, в ливневой канализации.

- Уже, - крикнул в ответ полицейский и, поскольку стоял первым в цепочке, выстроившейся на узком мостике, нагнулся, обхватил тело за плечи и приподнял.

- А это что? - прокричал другой полисмен. - Вон, под грудью?

Он потянулся мимо первого констебля и запустил руку под приподнятый труп. Когда он выпрямился, то в руке держал портативный водонепроницаемый компьютер. На экране светилась цифровая карта мэйфэрского участка лондонской канализации.
 

Провиденс, Род-Айленд
Понедельник, 27 января, 20:25


"Кочегарка" - один из самых популярных баров Провиденса. Это и в самом деле бывшая кочегарка "Наррагансетт электрик", чьи огни отражаются в воде у дальнего берега реки Провиденс, - с топкой и паровым котлом. Дебора отыскала местечко за столиком с видом на Фокс-Пойнтское ураганное заграждение. Цинк отправился за пивом и получил у девушки за стойкой две бутылки экстра светлого.

Дебора вылила пиво в стакан, Чандлер пил из горлышка.

- Правда, что у вас на севере пиво крепче нашего? Послушать братьев Маккензи, все канадцы - горькие пьяницы.

- Просто наша бражка быстрей доводит до кондиции, - ответил Цинк.

- Знаете, а я не прочь пожить в Ванкувере.

- Вы там бывали?

- Нет, но видела фотографии и рекламные проспекты.

- В Канаде жизнь спокойнее, чем в Штатах.

- Это мне и нравится, - откликнулась Дебора.

Чандлер задумался над тем, что Дебора делает в свободное время. У него давно возникло ощущение, что молодая женщина всегда одна, слушает ли она концерт Моцарта в консерватории или наблюдает за сменой времен года.

- С чего начать? - спросила она.

- Однажды Сакс пытался вас изнасиловать. Когда?

- В семьдесят первом. Как только связался с Вурдалаками.

- Сколько ему было?

- Четырнадцать.

- А вам?

- Одиннадцать.

- Как это случилось?

- Сложный вопрос. У вас много времени?

- Целая ночь, - ответил Чандлер.

Дебора тяжело вздохнула.

- То лето было самым страшным в моей жизни. Маму в очередной раз положили в больницу и...

- С чем?

Молчание. Наконец Дебора нехотя ответила:

- Нервы.

Чандлер ждал, прихлебывая пиво.

- Мама страдала маниакально-депрессивным психозом, - пояснила Дебора. - В том августе у нее возникла навязчивая идея, что Сакс унаследовал от Кийтов гемофилию. Перед тем как ее забрали в больницу, она по пять раз на дню заставляла Сакса раздеваться и осматривала его - нет ли порезов или признаков кровотечения. А папуля запил по-черному.

- Вы же говорили, у Сакса не было гемофилии.

- Правильно. Но маме казалось, что есть.

- И, пока она лежала в больнице, Сакса приняли в Вурдалаки?

- Да. В том же месяце он прошел обряд посвящения.

- Что за обряд?

- Понятия не имею. Сами знаете, что такое мальчишеские тайные общества.

- Расскажите мне о них.

- Шайка местных панков, что-то вроде ужасопоклонников. К тому времени мой сводный братец окончательно свихнулся на Лавкрафте. В тот год гремел Элис Купер, и Рика без конца крутила "Halo of Flies" из альбома "Killer". Сакс как-то сказал ей, что в музыке, которую она слушает, есть скрытые послания. Не везде, но есть. Рика ответила: "Знаю".

Чандлер вновь вспомнил, как они с Карадоном спорили, для всех ли существует грань между вымыслом и реальностью. Например, для безумцев.

- Цинк, - Дебора медленно покачала головой, - вы не сможете понять, что произошло с Саксом, если мало знаете о Лавкрафте. Сакс был таким ярым его поклонником и адептом, что понять психологию моего сводного брата без разговора об этом писателе невозможно.

- Я слушаю, Учитель.

- В определенном смысле Лавкрафт и сам странный, как его книги. Он родился в 1890 году в Провиденсе, в старинной новоанглийской семье. Его отец и мать оба умерли безумными, что, несомненно, самым драматическим образом повлияло на его творчество.

- Когда он умер? - спросил Чандлер.

- В тридцать седьмом.

- За двадцать лет до рождения Сакса.

- Да. Отец Лавкрафта умер в желтом доме, от сифилиса, а мать невольно перенесла все возмущение и негодование на восьмилетнего сына. Она безжалостно убеждала его, что он урод, а чтобы излечить маленького Гордона от боязни темноты, заставляла его ночью ходить по неосвещенному дому. До конца жизни Лавкрафт предпочитал бодрствовать после захода солнца. Он бродил по ночным улицам Провиденса и сидел при луне на кладбище Сент-Джон. Днем он задергивал занавески и писал при свечах. Ребенком он одно время воображал, будто уши у него заострились, а на голове пробиваются рожки.

Чандлер знаком попросил у девушки за стойкой еще пива. Дебора Лейн едва притронулась к своему.

- В юности Лавкрафт часто болел и рос слабым. Повзрослев, он жил один, зато любил писать объемистые письма. При жизни его рассказы публиковали в основном бульварные издания, и жил он, буквально перебиваясь с хлеба на воду. Представление о сексе у него было самое ханжеское: если на обложке журнала с его рассказом красовалась полуголая девица, он вырывал картинки и оставлял лишь текст. Лицо его Великого Ктулху, фрейдистского чудовища, напоминает женские половые органы. Пожалуй, лавкрафтовы "Мифы Ктулху" оказали наибольшее влияние на современную черную фантастику. Лавкрафт - вдохновитель всех современных мастеров этого жанра. Стивена Кинга, Роберта Блоха, Рэмси Кемпбелла, Колина Уилсона и дюжину других в определенном смысле можно считать его эпигонами, поскольку каждый из них внес свою лепту в "Мифы Ктулху". Культ Ктулху - культ в буквальном смысле этого слова - распространился по всему миру. Сакс не просто отождествлял себя с ним. Ктулху стал его кумиром.

- В самолете я читал "Крыс в стенах". Они имеют отношение к "Мифам"?

- Нет. Это из раннего. "Мифы" появились позднее. Ключевое произведение - "Зов Ктулху".

- Можете вкратце пересказать?

- Разумеется, - ответила Дебора. - Главная идея "Мифов Ктулху" - извечная борьба между добром и злом. Лавкрафт проводит параллель с изгнанием Сатаны из Эдема и его стремлением захватить власть над миром Человека. Когда-то Землей правили Великие Древние, отвратительные монстры из космоса. Но за занятия черной магией космические силы изгнали их в иные измерения и иные миры. Останки их городов скрыты в недоступных местах земного шара: под антарктической ледовой шапкой, в средиземноморских пещерах. Сам Великий Ктулху сейчас спит на дне морской пучины в подобном Атлантиде Р`лайхе. Другие дремлют на различных звездах и планетах, от Плутона до самых дальних галактик.

Однако Великие Древние сохранили телепатическую силу, и мифы о них живут. Им поклоняются определенные примитивные племена. Существуют и сложные, изощренные культы, чья цель - вернуть этих монстров. При благоприятном расположении звезд бессмертные Древние могут переноситься по небу из мира в мир или восставать ото сна. Ключ к возвращению чудовищ дает "Некрономикон", книга, написанная безумным арабом Абдулом аль-Хазредом. Для самого Лавкрафта труд аль-Хазреда - омерзительный духовный символ запретного культа, связанного с поеданием трупов. И в "Некрономиконе", и в книгах Лавкрафта описаны обряды и заклинания, которые, если подкрепить их человеческой жертвой, вернут Великих Древних из изгнания. "Зов Ктулху" посвящен попыткам землян помочь этим тварям пробиться к нам.

- Вы читаете много черной фантастики? - спросил Чандлер.

- Нет, - ответила Дебора. - Но нельзя жить в Провиденсе и ничего не знать о Лавкрафте. Здесь часто проходят Всемирные съезды фантастов, и Лавкрафт - их святой покровитель.

- Дебби, что вы думаете о недавней вашингтонской полемике по поводу влияния черной фантастики?

Она иронически улыбнулась.

- В демократической стране никому нельзя запретить думать и выражать свои мысли. Но сама я пострадала от этого жанра. Разочек побываешь на съезде "черных фантастов", и становится ясно, что кое-кто принимает все это очень серьезно.

- Что это за Великие Древние? - спросил Чандлер.

- Их много, - ответила Дебора. - Например, слепой слабоумный бог Азатот - бесформенный сгусток хаоса, что богохульствует и бурлит в центре мироздания. Свои владения он делит с Иог-Сототом, который все-в-одном и один-во-всем и не подвластен законам времени и пространства. Великий Ктулху, творение подавленной сексуальности Лавкрафта, заточен в Р`лайхе, скрытом в морских пучинах, - я уже говорила об этом. Его освобождение возвестит приход остальных. Эфир и межзвездные пространства - царство Хастура Невыразимого. Есть еще Шуб-Ниггурат, бог плодородия, "черный козел Лесов Тысячи Младых". И, само собой, - саркастически прибавила Дебора, - тот Великий Древний, что в тот день явился в мою комнату.

И, понизив голос, рассказала о попытке Сакса изнасиловать ее.

Канадец кивнул.

- Сакс никогда не умел ладить с окружающими. До семьдесят первого года его единственным другом была моя сводная сестра Рика. Они играли в свои фантастические игры, как нынешние дети играют в "Драконы и подземелья". Одна игра, по мотивам "Мифов Ктулху", называлась "Великие Древние". Другая - "Останови Леграсса". Инспектор Леграсс - персонаж "Зова Ктулху". Он помешал изуверам из болотистой луизианской глуши завершить колдовской ритуал и вернуть Великих Древних. Если бы те вовремя раскусили Леграсса и убили раньше, чем звезды расположатся должным образом, сейчас на Земле правил бы Великий Ктулху. У близнецов "Останови Леграсса" всегда заканчивалась одинаково: они вырезали из груди связанного инспектора бьющееся сердце.

Цинк нахмурился. Рассказ Деборы подошел к черте, за которой ни одно событие объективной реальности нельзя было не только понять, но и изложить без экскурса в царство вымысла. Реальность и иллюзия смешались в головокружительном водовороте. Ему снова вспомнился разговор с Карадоном.

- Сакс и Рика играли в эти придуманные игры довольно долго, да?

- Да.

- До лета 1971 года вас косвенным образом третировали с помощью того, что Сакс называл "Игрой". Иными словами, близнецы играли с вами, как кошка с мышью?

- Совершенно верно, - подтвердила Дебора.

- Потом Сакса приняли в компанию "Вурдалаки", и Игра стала более опасной. Изнасиловать вас он пытался вскоре после посвящения?

Дебора кивнула.

- А что-нибудь еще указывало на перемены?

- В тот день, когда Сакс напал на меня, - чуть позже, когда они с Рикой занимались любовью у нее в комнате, - он сказал ей, что он не Сакс Хайд. Что он прорвался на Землю из другого измерения и теперь не может вернуться. И хочет, чтобы к нему присоединились другие Великие Древние. Все это я слышала через стену.

- А Рика?

- Она всегда посмеивалась над ним. И ответила: "Значит, Лавкрафт был прав. Но сначала ты должен остановить Леграсса". А через пару недель к нам пришли из полиции.

- Зачем?

- Допросить Сакса. Исчез Фредди Стерлинг, главарь "Вурдалаков". Но они ничего не добились.

- Это было в сентябре 1971 года?

- Да. За день до маминого возвращения из больницы. Я помню, в тот вечер наш сосед нашел у себя во дворе собаку с вырезанным сердцем.

- Сакс и Рика?

Дебора пожала плечами.

- Когда ваша мать вернулась домой, вы рассказали ей, что пытался сделать Сакс?

- Нет. Я не хотела ее волновать. Она и без того верила, что ее единственный сын Сакс - Антихрист. Из-за него она и заболела.

"Гены Кийтов тоже сыграли свою роль", - подумал Чандлер.

- А отцу вы не пожаловались?

Лейн покачала головой.

- Он избил бы Сакса, а тот убил бы Мистера Нибса.

Цинк коснулся руки Деборы:

- Что было дальше?

- Через неделю после возвращения домой мама умерла.

Чандлер молчал.

- Покончила с собой. Снотворное. На следующий день отец застрелился в гараже.

"Там, где бил Сакса", - подумал Чандлер.

- Нас отдали на воспитание в другую семью, но близнецы сбежали. И до суда я их ни разу не видела.

- Провиденс не такой уж крупный город.

- Я мало выхожу, инспе... Цинк. Чтение - вот моя жизнь.

- Близнецы на суде не рассказывали, чем занимались все эти годы?

- Рассказывали. Жили в рок-коммунах и создали "Вурдалака".

- У вас не найдется для меня фотографии Сакса и Рики?

- Цинк, я давно все сожгла.

- Что стало с "Вурдалаками"? С компанией, к которой примкнул Сакс?

- Честное слово, не знаю. Наверное, разбежались. А почему вы спрашиваете?

- Чутье полицейского подсказывает мне: во время посвящения что-то произошло. Может, братья-вурдалаки хватили с пропиской через край? Потому Сакс и изменился, стал более агрессивным.

- Понятно, - протянула Дебора.

- Кроме Фредди Стерлинга, о котором расспрашивала полиция, Сакс упоминал кого-нибудь из этой компании?

- Тем летом он много говорил о людях, которых я никогда не видела.

- Например?

- О Сиде и о другом парне по имени Джек, но это сначала. Потом он как будто бы забыл о них и говорил только про Фредди, Питера и Рубена. Не помню, чтобы, став Вурдалаком, он вспоминал про Сида или Джека.

Чандлер молчал.

- О чем задумались, Цинк?

- Интересно, кто-нибудь из тех "Вурдалаков" вошел в состав рок-группы "Вурдалак"?
 

23:42


Из "Кочегарки" они перекочевали в "Хартбрейк-отель" неподалеку от Вестминстер-Молл. Стену снаружи покрывали портреты покойных рок-звезд: двухголовый Элвис Пресли (до и после упадка), Дженис, Джимми, Бадди, Хэнк, Сэм и Джим Моррисон. Внутри гремела музыка. Цинк учил Дебору танцевать шимми, шейк и буги и с удовольствием наблюдал за тем, как ее скованность отступает под натиском "Тюремного рока" и "Твистуем до утра".

Проводив Дебору до дома, он вернулся в "Билтмор-отель" и, минуя трех драконов в фонтане у конторки портье, с надеждой подумал, что кошмары наконец-то прекратились. Вот уже несколько дней он спал на удивление спокойно. Почему?

Вместе с ключами от номера портье вручил ему записку от Тейт.

Лифт двигался по застекленной шахте, пристроенной к отелю снаружи. Отсюда был виден восточный край города - вокзал и Ратуша. Цинк посмотрел направо, на Колледж-Хилл, и поразился тому, какое великое множество церковных шпилей сторожит владения Лавкрафта.

В номере он прочел записку:


Цинк!

1. Пришел телекс из Скотланд-Ярда. Сегодня вечером в Лондоне убита иили похищена Розанна Кийт. Нужны все сведения о ней, какие мы можем предоставить.

2. Похоже, когда Розанна в этом месяце приезжала в Ньюпорт, Рональд Флетчер выправил ей новый паспорт. Очень спешно. Копию получим завтра утром.

3. Как придешь, непременно позвони суперинтенденту Бэрку Худу домой в Ванкувер: (604)702 4041. В любое время.

Кэрол


Цинк взял трубку и набрал ванкуверский номер.

- Алло, - сказал Худ.

- Бэрк, это Цинк. Ты звонил?

- Прошлой ночью в Оукалле опустили Хенглера. Восемь ножевых ранений. Он пока жив, но вряд ли долго протянет.

По тону суперинтендента Цинк догадался, что это не все.

- В четверг адвокат Хенглера Глен Трой подал в Верховный суд жалобу о незаконном аресте при отсутствии состава преступления. Нас всех, и тебя в том числе, вызывают в суд. Трой утверждает, что Хенглера посадили без всяких на то оснований, что доказательств его причастности к убийству нет и что дело сфабриковано. Я просмотрел материалы следствия, Цинк. На Хенглера у нас ничего нет. Трой грозится вчинить нам иск и устроить громкий процесс. Если во вторник тебя не будет в суде с уликами, подтверждающими обвинение, гляди... полетят головы.

Бэрк Худ повесил трубку.

Секунду помедлив, Цинк набрал номер Тейт.
 

23:59


Закончив разговор с Цинком, Кэрол Тейт сварила себе какао и снова просмотрела те из своих заметок, что имели отношение к просьбе инспектора. Канадец попросил ее проверить все сведения, полученные им за вечер от Деборы Лейн. К тому же Тейт и самой было очень интересно, почему это Рональд Флетчер не пожелал говорить с ними и предпочел вышибить себе мозги. Каковы в действительности отношения адвоката с Розанной Кийт? Связано ли его самоубийство с канадским делом, или ФБР затеяло отдельное расследование? Завтра разберемся.

Кэрол злилась на Цинка Чандлера. Она с ходу отдалась ему (и, кстати, в процессе сняла с него носки, будь они трижды неладны), ведь у них столько общего - происхождение, окружение, профессия. Как же он мог отвернуться от нее и выбрать объектом своего внимания какую-то молоденькую, неуверенную в себе тетеху?

"Мужчины! - фыркнула про себя Кэрол. - А я просто чересчур влюбчивая баба!"

Она забралась в постель, легла на спину и вытянулась. Из часов-приемника лилось "Оставь последний танец для меня". Кэрол вместе с мелодией незаметно уплывала в темноту.

"Не только от вас, конных, не уйдешь, - думала она. - Цинк Чандлер, не воображай, будто сумеешь легко избавиться от малышки Кэрол. Техасцы не сдаются без боя!"