седьмая глава

Рианэль безмолвно сидела у окна в своей комнате, глядя на звёзды. Чуть слышный скрип открывшейся двери заставил её вздрогнуть, но эльфийка не обернулась. Кто же ещё может так просто войти в её дверь, не обращая ни малейшего внимания на наложенные заклятия? Только обладающий иммунитетом к её магии кровный брат-Оборотень. Когда тёплые губы коснулись обнажённой шеи эльфийки, Ри вздохнула и откинула голову набок, безнадёжно спросив: 

- Что ты с ним сделал? 

- С кем именно, Ри? 

- С Сершем. 

- Ничего. 

- Не ври мне, пожалуйста. 

- Не вру. И пальцем не тронул. А вот Лис заработал хорошую затрещину. 

- За что? 

- За голову меня схватил, когда я пил. 

- Он никогда не привыкнет. Лисам всегда полный контакт нужен. Это же тебе не Пантеры, которые из всех поз признают только заднюю. 

- Ри, я останусь сегодня у тебя? 

- Оставайся. 

- Спасибо, сестричка. 

- Марс, почему ты так нежен со мной и так жесток с ними? 

Тишина. Рианэль вздохнула, не надеясь на ответ, но он неожиданно прозвучал: 

- Женщины меня не ломали, Ри. В этом мне повезло. 

Эльфийка беспомощно прошептала: 

- Но в чём Серш, да и Лис тоже, если уж на то пошло, в чём они виноваты перед тобой? Они-то в этом не участвовали. За что ты мстишь им? 

Тяжёлый вздох: 

- Это сильнее меня, Ри. Я ничего не могу с собой поделать. 

Ри закусила губу, смаргивая набежавшие слёзы, и повернулась к Оборотню, обвивая его шею руками. Прильнула к груди и прошептала чуть слышно: 

- Меня тоже скоро дрессировать начнёшь? То не делай, это не смей, а если не послушаюсь, на растяжку подвесишь? 

Оборотень оцепенел. Ри подняла голову и в свете звёзд разглядела... Такой боли на лице своего брата она никогда ещё не видела. Сердце ёкнуло. Ри быстро проговорила: 

- Прости, я не должна была этого говорить! Прости. Я люблю тебя, братец, и не хочу, чтобы ты страдал. 

Оборотень шагнул назад, сбрасывая её руки. 

- Это он тебе сказал? 

- Про растяжку? Да. 

- И ты спрашиваешь, почему я жесток с ними?! Языки у них без привязи, у обоих! 

- Не сердись на Серша, Марс! Это я его уговорила рассказать мне всё. 

Даже в темноте было видно, как побелел Оборотень: 

- Всё? И что же он рассказал тебе, Ри? 

- Марс, не волнуйся так, пожалуйста! Я же любого тебя люблю. 

Оборотень вдруг отчаянно выкрикнул: 

- Любого?! А на растяжке, в собственной крови выкупанная, тоже будешь меня любить?! А если я там в кровь тебя сотру, насилуя, тоже любить будешь?! 

Оборотень внезапно успокоился и, глядя на испуганную Ри, безнадёжно прошептал: 

- А он ведь любил... 

И опустился на пол прямо там, где стоял. Ри, дрожа, прикоснулась к его плечу: 

- Марс. 

- Не надо, Ри. Не трогай меня. Сейчас ты тоже можешь пострадать. Потом я сам себя не прощу, но сейчас могу не сдержаться. Я пойду, пожалуй. 

- Нет, Марс, останься! Прошу тебя! Тебе ведь одному совсем плохо станет. 

Ри опустилась на пол рядом с Оборотнем и осторожно обняла брата. Тот задрожал, но не сделал ни движения, чтобы отстраниться. Рианэль прошептала: 

- Тебе нужно разок выплакаться, братец. Станет легче. 

Оборотень сухо засмеялся: 

- Что мне сейчас нужно, так это здоровенный член в задницу. Без смазки, чтобы больнее было. 

Ри сглотнула и обняла его крепче: 

- Ты помиришься с ним? Пожалуйста, Марс, ради меня, прости его. Он ведь любит тебя и страдает ничуть не меньше, чем ты. 

Оборотень отвернулся, процедив сквозь зубы: 

- Им сейчас хорошо вдвоём. Я им не нужен. 

Ри беспомощно покачала головой: 

- Какой же ты всё-таки, братец... Такой умный и такой дурак. Они оба тебя любят, каждый по-своему. А Серш уже к смерти приготовился, когда ты ушёл после обеда. 

Оборотень изумлённо вскинул голову и отстранился, заглядывая ей в лицо: 

- Что?! 

Ри кивнула: 

- Заявил, что жить ему осталось две недели. Причём не собирался даже пытаться выполнить твои условия. Это я его соблазнила, пользуясь твоим разрешением. И Лис, тобой обиженный, отыскал нас очень вовремя. 

Оборотень хмыкнул полуизумлённо, полунасмешливо: 

- И не замедлил присоединиться... Вот ведь шлюха подзаборная! 

Ри хихикнула. 

- Так ведь за это ты его и любишь, правда? - и осеклась, поняв, что сказала. Глаза её брата остекленели, став пугающе пустыми. - Ох, Марс, прости, прости, прости! Я тоже дура! Я не буду больше! 

Оборотень уткнулся лицом в ладони, и некоторое время сидел так, слегка покачиваясь из стороны в сторону. Потом опустил руки, горько и безнадёжно взглянув на неё: 

- Чего уж теперь молчать? Правда от этого не изменится. И Лиса люблю, и Сергея. И тебя я тоже люблю. И что мне теперь со всем этим делать, Ри? Все, кого я любил, умирали жуткими смертями. Не хочу я для вас такой судьбы. Не хочу! 

Ри сглотнула и вновь обняла брата. Оборотень судорожно вздохнул и прижался к ней теснее. Девушка чуть слышно шепнула: 

- Пойдём, братец, тебе надо поспать хоть немного. 

Оборотень послушно освободился от её объятий и поднялся на ноги, помогая встать и ей. Ри с тяжёлым сердцем подвела его к кровати. Помогла раздеться и опустилась на кровать рядом с Оборотнем. Тот немедленно обвился вокруг неё всем телом и провалился в сон с пугающей скоростью. 

Эльфийка тяжело вздохнула. Что-то произойдёт совсем скоро. Если уж ледяная броня Оборотня дала трещину, значит, изменения в его душе необратимы. Её кровный брат всё больше и больше становится похож на человека. Нужно задержать его здесь подольше любой ценой.

Тьма - сиквел - часть 2

Когда дверь за Оборотнем закрылась, Сергей посмотрел на Лиса. И оцепенел - в глазах юноши был отчаянный страх. Землянин притянул Лиса к себе и, шепча что-то утешающее, принялся гладить по голове и напряжённым плечам. Лис молчал, вздрагивая под его руками. 

Сергей отстранился и заглянул Лису в лицо: 

- Лисёнок, что с тобой? 

Тот прерывисто вздохнул и обратил, наконец, внимание на Сергея. 

- Мне страшно, Серш. Я разозлил его. Не ты, а именно я. Он не ограничится оплеухой. Совсем, может, и не прогонит, но то, что накажет - абсолютно точно. 

Сергей вздохнул и снова привлёк Лиса к себе. Тут он ничем не мог помочь. Юноша доверчиво прижался к нему и чуть слышно заурчал. Сергей улыбнулся. Вот ведь! 

- Вот интересно, Лисёнок, ведёшь ты себя, как самый настоящий котёнок, но зовут тебя почему-то Лисом. 

Лис тихо засмеялся и отстранился: 

- Так ведь это не имя, Серш! Это название рода. 

Сергей моргнул, чувствуя себя донельзя глупо: 

- Рода? 

Юноша уселся поудобнее и охотно пояснил: 

- Ну, знаешь, род Лисы, род Пантеры, род Волка... 

- Что-то вроде Духа-покровителя? 

- Да нет! Мы ими становимся. 

- Что?! 

- Мы оборачиваемся в этих зверей, когда приходит наше время, если не умерли насильственной смертью. 

Сергей смотрел на Лиса, чувствуя, как отвисает челюсть. Вот это новости! А тот тихо продолжил, понурившись: 

- Вот только мне уже, наверное, не светит обернуться. Меня отлучили от рода. Когда я по рукам пошёл. Заявили, что позорю славный Лисий род. И вышвырнули. Я и с Пантерами жил, и со Львами, и с Волками тоже. Даже с Медведями жил. Только нигде не прижился. Вернулся обратно к Лисам, поселился на окраине. Они-то, конечно, твердили, что позор это - себя другим предлагать, только вот никто не отказывался почему-то. Правда, втайне приходили, а при других в лицо плевали, но ведь приходили же! И подкармливали, чтобы с голоду не подох. 

Лис вздохнул, и лицо его просветлело. 

- А потом Марс появился. Вместе с Ри. Дом отстроил, с Лисами и Пантерами - они у него соседи - контакты завёл. Все шарахались поначалу - Оборотень всё-таки, да ещё и Великий Лорд! Мало ли, что Повелителю в голову взбредёт. Потом привыкли, дичиться перестали. Он себя очень спокойно вёл, объяснил, что здесь расслабляется и отдыхает. И все решили, что с этим конкретным Повелителем можно иметь дело. Ну, в общем, теперь они все едва не ложатся под него. Умеет ведь приручать! 

И Лис замолчал, тоскливо уставившись в пространство. Сергей тихо спросил: 

- А ты-то как к нему попал? 

Лис встряхнулся и хмыкнул. 

- А ему про меня рассказали. В ярких красках описали, со всеми подробностями. И посоветовали поразвлечься. Я подслушивал как раз. А он фыркнул так и говорит: "Захочет - сам придёт", будто знал, что я слушаю. Пригласил, вроде. Ну, я и пришёл... До сих пор об этом мне жалеть не приходилось. Хоть он и груб со мной, иногда даже очень, но до простых издевательств дело у него не доходит, разве только, когда наказывает за что-нибудь. А так, меня вся его жестокость и бесцеремонность только больше заводит. А ещё... Скажи, Серш, у тебя тоже так - коснёшься его, вдохнёшь его запах, и мозги отшибает напрочь? 

Сергей покачал головой: 

- Я от его прикосновений выл поначалу, Лис. А вот целуется он и впрямь так, что мозги отшибает. 

Лис посмотрел на него печально. 

- А меня он не целовал никогда... 

Сергей пожал плечами: 

- Знаешь, я уже понял, что ему виднее, с кем что делать. У него в слюне есть какое-то вещество, от которого мне крышу сносит напрочь. Что-то вроде наркотика - снимает боль, кайф неописуемый и привыкание чудовищное. Может быть, на тебя это вещество вообще как яд подействует, потому он тебя и не целует. 

Лицо Лиса просветлело. 

- Хороший ты, Серш! Умеешь утешать. Ты как, хочешь продолжить? Или я пойду? 

Сергей зевнул, вдруг почувствовав дикую усталость, и сонно пробормотал: 

- Куда ты пойдешь? Оставайся. 

Лис растерянно заглянул ему в глаза и робко уточнил: 

- Ты продолжить хочешь? 

Сергей полусонно хмыкнул: 

- Ну уж нет. Если хочешь продолжать - будешь активом. Я сейчас доминировать уже не способен. 

Лис недоверчиво переспросил: 

- Ты хочешь, чтобы я спал с тобой в твоей постели? 

Сергей, не в силах оставаться в вертикальном положении, лёг. 

- Да. А что в этом такого? 

Лис расплылся в счастливой улыбке. 

- Да ничего. Я просто уточняю, Серш. 

И нырнул под бок к растянувшемуся на постели Сергею. Землянин сонно пробормотал: 

- Славный Лисёнок. Утром продолжим, если захочешь. - И заснул.