глава 47

Оборотень замолчал ненадолго и вдруг ухмыльнулся неприятно и жёстко: 

- И с женой того ублюдка, скорее всего, сотворили то же самое, что и со многими другими - яичники изъяли, а саму на пищу пустили подрастающему поколению. А у него ведь ещё и детишки были, близняшки годовалые. Так вот, они уже мертвы были, когда он пришёл. Выпил тот Оборотень обоих почти досуха. А что не выпил, то на украшение комнаты пустил. Вот так, нежный мой. Понимаешь теперь, почему твоя бабка в меня первым делом заклятие бросила? Понимаешь, чего она ждала от меня? Оборотни в чужие дома просто так никогда не приходят. 

Сергей сдавленно проговорил, чувствуя, как стынет кровь в жилах: 

- А заклятие на тебя не подействовало... 

- Ты увидел? 

- Да. 

- Иммунитет. Это от ритуала кровного братства с Ри. Но вот если она захочет от меня закрыться, мне через её щиты не пройти будет... Странно вообще-то. Меня должно было насторожить такое совпадение... А у неё теперь иммунитет к магии Оборотней. Частичный, правда. Если постараться - и её скрутить можно. 

Вновь воцарилось молчание. 

- Поедем, Серш? Иначе они тревогу поднимут. Так долго в лесу не трахаются. Романтика романтикой, но за тебя беспокоиться начнут. 

Сергей нервно усмехнулся. 

- Поедем. И... надо бы наверстать упущенное. 

Оборотень сверкнул белозубой улыбкой, вновь занимая своё место в машине. 

В квартире, занимаемой Орхэ, Сергей перестал сдерживаться. Всё рассказанное Оборотнем будило в душе непонятную, дикую жажду обладания этим опасным хищником, что так доверчиво прижимается к нему ночами. Марс только хихикнул тихонько и отступил от заведённого до предела человека. Мягким неуловимым движением отступил. Сергей досадливо хмыкнул. Чёрт! Орхэ снова пришла в голову блажь поиграть перед соитием. И неизвестно ещё, кто в этой игре выйдет победителем. И где этот победитель в итоге окажется - сверху или снизу. А он сейчас ну совершенно не в настроении играть. Но голову терять нельзя. Иначе Оборотень мигом скрутит его как неразумного младенца. 

- Значит, уступать ты не намерен? 

- Если хочешь поиметь - постарайся. Я целый день вёл себя прилично. Имею я право немного размяться, прежде чем вновь начать тебя ублажать? 

- Имеешь. Кто бы спорил. 

И Сергей сделал обманный выпад, начиная любимую игру Оборотня. И хищник в человеческом обличии напротив него радостно взвыл, уклоняясь уже не от обманного - от настоящего удара в полную силу. 

Верх на этот раз одержал Сергей. Непохоже, чтобы Орхэ играл с ним в поддавки, так что победа была честной. Относительно честной, конечно. Во время их тренировок Орхэ никогда не использовал всю свою силу. 

С человека ручейками стекал пот, заливая кожу распятого под ним Оборотня. Орхэ потянулся и лизнул его в нос, собирая языком солёные капли. От самого Оборотня пахло терпким, тревожащим запахом грозовой свежести, и Сергей с удовлетворением отметил, что до испарины Орхэ он всё же довёл. 

Оборотень потёрся об него и хрипло пробормотал: 

- Ты выиграл. Что у нас было призом сегодня? 

Сергей поднял бровь, едва удерживая себя от порыва запечатать эти красивые губы поцелуем. 

- Ты не знаешь? 

- Догадываюсь. В выборе призов ты на редкость постоянен. Кстати, об эльфийской крови. Ты думаешь, Берестов не знает? 

Сергей ошалело помотал головой: 

- Что? 

Оборотень терпеливо повторил: 

- Ты думаешь, Берестов не знает, что твоя бабка полуэльфийка? О тебе ведь должны были собирать информацию. Прежде чем брать на работу в Отдел внешней разведки. А уж после того, как ты привёл с собой полуприрученного Оборотня, тобой и вовсе должны были заинтересоваться вплотную. 

Сергей подумал и усмехнулся: 

- Ты прав, это не имеет значения. Что имеет значение - так это то, что ты пытаешься меня отвлечь. Не хочешь быть снизу? 

Марс заулыбался: 

- Если тебя можно отвлечь, возникает вопрос - так ли сильно тебе это нужно? 

Сергей почти сердито фыркнул: 

- Не выйдет. 

И, вздёрнув руки Оборотня за голову, рывком перекатил его лицом вниз. Тот сдавленно простонал: 

- Спятил? Давай хоть на постель переберёмся. 

Землянин выдохнул сетху в ухо: 

- Чёрта с два! Я хочу тебя здесь и сейчас! 

И Оборотень с лёгким вздохом расслабился, подчиняясь. Сергей выпустил его руки, и задрал рубашку, обнажая спину с чуть выступающими позвонками. Их нужно перецеловать, все до единого, только немного задержавшись между лопаток, и тогда Оборотень начнёт судорожно метаться уже в тот момент, когда Сергей приблизится к его пояснице. И на боках у него есть зоны - чувствительнее только член. Их тоже надо погладить, и разомлевший Оборотень позволит делать с собой всё, что будет угодно человеку. Вот теперь его можно перевернуть лицом вверх и вылизать дрожащее от стонов горло, спускаясь всё ниже, к тёмным кружочкам сосков. 

Напряжение всё нарастало, Оборотень давно уже вскрикивал и метался под ним, бессвязно бормоча что-то. Сергей не прислушивался, бесполезно - если Орхэ захочет, чтобы хозяин его понял, то заговорит вполне внятно. Вместо этого человек лихорадочно покусывал и вылизывал кожу на животе Оборотня, вздрагивая всякий раз, когда в плечи ему вонзались острые ногти. Боль странным образом не отвлекала от процесса, лишь распаляла всё сильнее. Оборотень вскрикнул, впиваясь ногтями в спину Сергея, когда человек стиснул в кулаке его возбуждённый член. От острой боли потемнело в глазах - Орхэ, случайно или преднамеренно, задел одну из болевых точек. Когда кровавая пелена перед глазами опала, человек с рычанием впечатал предплечье в горло Оборотня. Орхэ беспомощно захрипел, извиваясь под ним, и покорно обмяк, пристально смотря в глаза Сергея. Сергей, не глядя, схватил тюбик с кремом, быстрыми движениями смазал свой член и, не тратя сил на дальнейшую подготовку, резко вошёл в тело Оборотня. Злость продолжала клокотать в нём и в то время, когда он вбивал задыхающегося Оборотня в жёсткий пол, стараясь причинить боль посильнее. И лишь когда глаза Орхэ закатились, опомнился и убрал руку, давая сетху возможность вздохнуть полной грудью. От злости уже на себя Сергей всхлипнул. Вот дрянь, ну почему он всё время ведётся на эти провокации Оборотня? А тот и рад. После таких соитий нежно и благодарно гладит его лицо и целует так бережно, что в это с трудом верится. Причинить себе серьёзный вред Орхэ ему, конечно, не позволит, но эти вспышки ярости начинают всерьёз пугать уже самого Сергея. 

Оборотень отдышался и хрипло пробормотал: 

- Продолжай, пожалуйста, Серш, продолжай! 

Сергей сердито шепнул: 

- Не боишься, что придушу однажды? 

Оборотень ухмыльнулся: 

- Лучше ты меня, чем я тебя, хм? Меня-то всегда откачать можно... - И застонал, выгибаясь, когда Сергей качнулся вперёд. Хватая воздух ртом, выдавил: 

- Сильнее! 

Сергей усмехнулся и удвоил усилия. Оборотень, забыв обо всём, обхватил его руками и ногами и только глухо стонал в такт движениям тела внутри него, подаваясь навстречу. 

Сергей шепнул Имя Оборотня и с силой вошёл так глубоко, как только смог. 

Орхэ, широко распахнув глаза и запрокинув голову, вскрикнул и простонал прерывисто, сквозь всхлипы: 

- Се-рё-жаа... Се-рё-жень-каааа... 

От ошеломительного ощущения прикосновения прямо к обнажённой душе Сергей вздрогнул всем телом и сорвался в оргазм невероятной силы. Подобное блаженство он испытал с Оборотнем лишь однажды - в его первый раз сверху, когда Орхэ был связан и беспомощен. 

В себя он пришёл, лёжа головой на груди Орхэ и всё ещё находясь внутри него. Оборотень мягко поглаживал человека по волосам, тихо выпевая что-то ласковое на всех известных ему языках. Сергей со стоном приподнялся и взглянул в глаза Оборотня. Там светились умиротворение и нежность. Человек осторожно отстранился и, перекатившись на спину, с наслаждением вдохнул полной грудью. Оборотень обниматься не спешил, и Сергей настороженно заглянул в лицо сетха.