глава 39

Оборотень потянулся к нему, и Сергей перехватил его поудобнее, заключая в объятия. И только поморщился чуть, когда острый ноготь взрезал кожу под ключицей. А когда Оборотень напился, повернул его голову к себе, не давая зализать ранку, и поцеловал бережно, шалея от вкуса собственной крови. Орхэ задрожал и углубил поцелуй, пытаясь перехватить инициативу. Сергей позволил ему это, бережно укладывая невесомое тело на постель и ложась рядом. Оборотень оторвался от его губ и вздохнул умиротворённо, устраиваясь головой на груди Сергея. 

- Хочешь шрам? 

- Да. На память о собственном идиотизме. 

- Не суди себя так строго - ты вёл себя вполне достойно. 

- Достойно собственной глупости. 

- И верно. Да к тому же продолжаешь вести себя по-идиотски. 

Пауза. 

- Ты прав. Я больше не стану обвинять себя в этом. Просто запомню и сделаю выводы. На будущее. 

- Ну вот. Теперь я слышу слова взрослого человека. 

- Не мальчика, но мужа... 

- Хмм? 

- Не бери в голову, любовь моя. Это просто такое выражение. 

- Как скажешь, нежный мой. 

- Ты скоро восстановишься? 

- Через пару дней меня можно будет показывать посторонним. У Берестова есть алиби - Терье был свидетелем этой метаморфозы, так что в применении пыток нашего генерала больше не обвинят. 

- Смеёшься? 

- Ты знаешь, как Терье возмущался, когда меня в первый раз увидел? Шипел, что засудит весь Отдел по Контактам, и Берестова в частности. 

- Хороший он всё-таки человек... 

- Да ты что? А я думал, ты его теперь на дух не переносишь... 

- Смеёшься. Тебе явно полегчало. 

- Ещё как! Ты побудешь со мной этой ночью? 

- Конечно. 

- Тогда иди пока. Вечером я буду тебя ждать. 

- Почему вечером, ангел мой? Ты не хочешь, чтобы я остался с тобой? 

- Серш, ты только-только отвык от моей энергетики. Хочешь подсесть на меня снова? Да и мне проще будет воспринимать тебя небольшими дозами. 

- Последний аргумент заслуживает внимания. До вечера, любовь моя. 

- До вечера, мой нежный. 

Берестов выдохнул, увидев выходящего из комнаты Сергея. А тот вдруг решительно свернул по направлению к комнате наблюдений. Вошёл, удостоив генерала лишь мимолётным взглядом, и уставился на развалившегося в мягком кресле у пульта артенианина. Тот лениво ухмыльнулся, поднимая руку в знак приветствия. Сергей некоторое время испытующе разглядывал Джейлзе, потом встряхнулся, расслабляясь, и недовольно пробурчал: 

- Так я и думал. Вуайеристы! 

Джейлзе тихо хихикнул. 

- Да было бы на что смотреть, Сергей. Так целомудренно вы с ним ещё ни разу не общались. 

Сергей мрачно взглянул ему в глаза. 

- Рассказывай, Джейлзе. 

Артенианин поднял бровь. 

- О чём? 

- Как он мог заниматься с тобой, если находился в таком состоянии? Почему вы не остановили его? 

- Во-первых, это началось три дня назад. До этого его просто пошатывало временами. А тут вдруг - как обвал! Я умолял его прекратить, но он просто не слушал. А во-вторых, особо он не напрягался. Физически, я имею в виду. Давал мне задания и проверял, как я их выполняю. Спарринги мы с ним больше не устраивали. 

- Ты эмпат, Джейлзе. Причём в эмпатии ты сильнее Марса. Почему ты не остановил его, когда понял, что происходит? Или ты не понял? 

- Не понял что? 

- Действительно не понимаешь? И не знаешь, что случилось три дня назад? 

- Нет. Может, просветишь? 

- Ты привёл меня прямо к двери его палаты. И я услышал его голос. А он почувствовал меня. 

Артенианин рывком подобрался, стискивая руки. 

- Что?!! Ты ведь пообещал, что не станешь искать встречи с кем-то из нас! 

- Я и не искал. Меня просто притянуло к тебе. Неужели ты не почувствовал? 

Джейлзе со стоном опустил голову. Берестов вмешался: 

- Летов, вы не можете обвинять его в этом... 

Джейлзе мрачно перебил его: 

- Может. Мне действительно следовало быть осторожнее. Марс предупреждал меня об этом, но я не прислушался. 

- Предупреждал о чём? 

- О том, что моя сущность стала проявляться вовне, и я должен следить за своими эмоциями. О том, что мои эмоции могут навредить посторонним людям и поставить под удар тех, кто мне дорог. Я был в сильном раздражении тогда. 

- И что? 

- Я действительно притянул к себе Сергея. Пусть невольно, но притянул. И моя беспечность едва не испортила всё. 

Сергей тихо сказал: 

- Я не обвиняю тебя, Джейлзе. Все мы имеем право на ошибки, но... эта ошибка могла привести к его гибели. И не говори мне, что из комы его можно было бы вывести. Ему было плохо, Джейлзе. По нашей с тобой вине. Достаточно будет, если ты осознаешь это, и впредь будешь избегать подобных ошибок. Я, со своей стороны, постараюсь следовать собственному совету наравне с собой. Иначе говоря, буду думать, что делаю. 

Джейлзе криво усмехнулся и промолчал. Сергей повернулся к генералу. 

- Господин генерал, вы уже слышали, что он пригласил меня остаться на ночь. До вечера масса времени. Займёмся работой, или у вас другие планы на меня? 

Берестов подавился вдыхаемым воздухом. Сергей недоумённо взглянул на закашлявшегося Джейлзе и заулыбался, поняв. 

- Совсем он вас испортил. 

Джейлзе простонал сквозь смех: 

- Серш, я тебя умоляю, думай, что говоришь! 

Сергей, всё-таки покраснев, прошипел раздражённо: 

- Непременно, Джей! 

Артенианин осёкся и настороженно посмотрел на землянина. Помолчал немного и произнёс: 

- Если хочешь так называть - будь любезен, поменьше яду. 

- Если не станешь называть меня Сершем, это имя я трепать не буду. 

Джейлзе смутился. 

- О, извини! Само вырвалось. 

- Ладно, забыли. 

Берестов вмешался: 

- Идёмте, Летов. У меня есть для вас работа. Джейлзе, вы приглядите за Марсом? 

- Если Сергей не против... 

Сергей устало взглянул на артенианина. 

- Хватит, Джейлзе. Давай перестанем цапаться. Это нисколько не поможет ему прийти в норму. 

- Разумные слова. 

- Твоей иронии хватит на десятерых. 

- Извини. Что-то я сегодня не в форме. Так ты не возражаешь? 

- Нет. 

- Тогда до вечера. 

- До вечера. 

Сергей кивнул артенианину и вышел вслед за покинувшим комнату генералом.