глава 3

Когда рядовые вернулись, один из них передал офицеру за пультом маленький контейнер. Офицер повозился немного и доложил: 

- Параметры совпадают. Это кровь Оборотня. Ещё и десяти часов не прошло. 

- Запись готова? 

- Ещё минуту. Собирается информация. 

Когда пошла восстановленная голозапись, Стоцкий позеленел. Сергей отвернулся, не желая смотреть, но запись была со звуком. Кто-то из группы контроля нервно выдохнул: 

- Бля, ну хоть звук отключите, меня же вывернет сейчас! 

Генерал резко проговорил: 

- Шаталов, изымайте все данные с голокамер. Сделайте копии для архива и для следствия. Этот проект закрывается. Как давно объект проходил медицинское обследование, господин Стоцкий? 

Трясущийся Стоцкий растерянно пробормотал: 

- Когда только поступил сюда. Но я не знал! Я был не в курсе! 

Сергей презрительно бросил: 

- Хороший же вы руководитель, Стоцкий! 

Генерал осадил его: 

- Успокойтесь, Летов. Должностными преступлениями господина Стоцкого теперь будет заниматься следствие. А нам стоит подумать о том, как исправить причинённый ущерб. Нам никак нельзя его потерять. 

Сергей тихо проговорил: 

- Куда вы раньше-то смотрели? Или раньше он был вам не нужен? 

Берестов чуть смущённо кашлянул: 

- Гхм, пусть это прозвучит цинично, однако... Да, раньше у нас был ещё один объект. Но вчера ему удалось сбежать. 

- Он покинул Землю? 

- Нет. Начал убивать. Пришлось уничтожить. 

Сергей ощутил тошноту. Так вот почему они заинтересовались, наконец, Орхэ. Им нужен живой и, желательно, вменяемый Оборотень. И, если бы не побег того, другого, Орхэ мог умереть. Оставались считанные часы, Сергей чувствовал это. 

- Нам необходимо его сотрудничество. Что вы посоветуете, Летов? Как восстановить его доверие, хотя бы отчасти? Вы, помнится, говорили, что он доверяет вам. 

Сергей мрачно поправил его: 

- Доверял раньше. Сейчас - это очень спорный вопрос. 

Генерал передёрнул плечами: 

- Как с ним теперь обращаться? Он ведь не станет даже говорить с нами. Если и была какая-то возможность уладить это дело миром, сейчас она безвозвратно потеряна. 

Сергей тихо сказал: 

- Если хотите, чтобы он вам доверял, придётся снять с него контроллер. Конечно, не сейчас. Позже, когда он придёт в относительную норму. Думаю, это то единственное извинение, которое он примет. На вашем месте я бы перевёл его в другое место, то, которое не ассоциируется у него с насилием и болью. И проведите всё-таки обследование. Честно говоря, я слабо представляю себе, что надо сделать с Оборотнем, чтобы довести до такого состояния. И ещё. Постарайтесь избегать прикосновений к нему, если возможно. Если физический контакт будет необходим, спросите предварительно разрешения и дождитесь согласия. Форс-мажорные обстоятельства я, конечно, в виду не имею, но в остальных случаях вам лучше поступать так, как я советую. Он был слишком сильно травмирован в детстве, чтобы спокойно переносить чужие прикосновения. 

- О чём это вы? 

- О том, что подобное обращение ему не в новинку. Его пытали и насиловали ежедневно в течение одиннадцати лет, с тех пор, как ему исполнилось тринадцать. 

В комнате воцарилась гробовая тишина. 

- Откуда у вас такие сведения, Летов? 

- Я не могу ответить на этот вопрос. 

Берестов помолчал и тихо спросил: 

- Иначе говоря, мы имеем в наличии Оборотня с отклонениями от нормы? 

- Я не знаю, господин генерал. Очень может быть. 

Берестов вздохнул и начал отдавать распоряжения: 

- Тырин, берите Градова и Зобарина. Перевезёте этого Оборотня в закрытую часть шестого блока. Используйте обычную машину, не стоит привлекать внимания. Обращаться по возможности бережно и аккуратно, но с осторожностью. Оборотень всё-таки. На всякий случай - вот пульт управления контроллером, Тырин. Но упаси вас Бог причинять ему лишнюю боль. Максимум, на что я даю вам разрешение - временная парализация скелетной мускулатуры. И имейте в виду, он переходит под вашу ответственность. Погибнет - пойдёте под трибунал. Ясно? 

Офицер сглотнул и отрапортовал: 

- Так точно, господин генерал! 

Берестов перевёл взгляд на другого офицера: 

- Лодыгин, берите остальных и опечатывайте корпус. Все исследования прекращаются до выяснения подробностей. Вызывайте первую бригаду. Персонал в изоляцию, под наблюдение. Да, тех, кто засветился на голозаписи - немедленно под арест. Выполняйте. 

Сергей прислонился лбом к стеклу, разглядывая обмякшего на полу почти в той же позе, в которой он его оставил, сетха. В комнату вошли двое рядовых. Оборотень даже не шевельнулся. Один из рядовых присел рядом с Оборотнем, другой остался у двери. После нескольких слов, которые Сергей не расслышал, Орхэ безучастно поднялся с пола и направился к двери, неуверенно ступая и слегка пошатываясь. 

Когда Оборотень проходил мимо него, сердце сжалось в ожидании презрительного взгляда, но сетх выглядел абсолютно равнодушным и проигнорировал всех находившихся в комнате. Сергей смотрел, как Оборотень подходит к двери, и вдруг вскрикнул: 

- Подождите! 

К нему обернулись все, кроме Оборотня и его сопровождающих. Те просто остановились. Оборотень всё так же безучастно смотрел прямо перед собой. 

Сергей повернулся к Стоцкому: 

- Выключите контроллер. 

Стоцкий даже задохнулся от возмущения: 

- Что?! Да вы совсем спятили, молодой человек! Проверьте показания, он выключен!!! 

Берестов перебил Стоцкого: 

- Шаталов, проверьте показания. 

Офицер ввёл команду и спустя несколько секунд зло выругался. Повернулся к Берестову: 

- Сбита настройка. Контроллер работает. 

Берестов сузил глаза: 

- Мощность? 

- Человек бы катался по полу и выл от боли. 

- Отключайте. 

Сетха будто током ударило. Тело дёрнулось и обмякло. Оборотень упал на колени, уперевшись ладонями в пол и бессильно уронив голову. Втянул в себя воздух и, не дожидаясь команды или физического контакта, поднялся на дрожащие ноги.