глава 23

Сергей раздражённо фыркнул. Джейлзе вдруг шагнул к нему и схватил за ледяную ладонь. Нахмурился и обратился к генералу: 

- Он неадекватен, Берестов. Его не на консультации посылать надо, а обследование провести. 

Сергей сердито вырвал руку. 

- Не трогайте меня, Джейлзе! Я вам не игрушка! 

Артенианин посмотрел на Берестова, подняв бровь: 

- Видите? 

Сергей взорвался: 

- Не делайте из меня сумасшедшего, Джейлзе! Я в порядке! 

Генерал, внимательно наблюдая за разъярённым Сергеем, вытащил коммуникатор. 

- Берестов. Терье пригласите, пожалуйста... Терье, у нас проблема тут... Да, срочно... Нет, не он. Тот, о ком мы с вами говорили... Да. 

Берестов бросил быстрый взгляд на номер палаты и вновь уставился на Сергея. 

- Четырнадцатая... Да. Позже расскажу. Поторопитесь. 

Дверь внезапно распахнулась. Оборотень, нахмурившись, шагнул к попятившемуся Сергею. 

- Тихо, сладкий, успокойся. Иди ко мне. 

Человек, будто заворожённый, шагнул ему навстречу, уютно устраиваясь в объятиях сетха. Оборотень посмотрел на Джейлзе, потом на Берестова. 

- Вот об этом я не подумал. Есть возможность заставить его спать этой ночью? 

- Об этом Терье позаботится. 

- Вырубите его. Я серьёзно. Иначе он будет так психовать до утра. Все признаки энергетического кризиса в наличии - похоже, я очень сильно истощил его. 

- А что будет утром? 

- А утром я к нему вернусь. 

Сергей отстранился и заглянул в синие глаза: 

- Любимый, ты ведь можешь сделать это сам? Я не хочу, чтобы до меня дотрагивался кто-то ещё. 

Оборотень вздохнул: 

- Конечно, нежный мой. 

И человек безвольно обмяк у него на руках. Оборотень оглядел присутствующих и неожиданно обратился к Тырину: 

- Офицер, можете присмотреть за ним? Пока Терье не появится. 

Тырин вздрогнул и кивнул. Шагнул к Оборотню, принимая из его рук спящего Сергея, и едва не выронил безвольное тело, когда рука Оборотня замерла на обнажившемся запястье. На лбу офицера выступили капли пота. Оборотень отступил и улыбнулся дружелюбно. 

- Благодарю, офицер. 

И, не взглянув на остальных, вернулся в палату к Дхелю и Гхарту. Джейлзе с любопытством посмотрел на Тырина. 

- И каковы ощущения, офицер? 

Красный как маков цвет Тырин взглянул на него исподлобья: 

- Как будто током бьёт. 

- Хорошо, что вы ему не подошли, офицер. 

- В каком смысле?! 

- В том самом. Он вас проверил между делом, подойдёте ли вы ему как энергетический донор. Раз отпустил, значит чем-то вы ему не глянулись. Так что свою ориентацию вы сохраните. 

Тырин, явно возмущённый такими заявлениями артенианина, открыл рот, но тут же захлопнул его, искоса взглянув на повисшего на нём Сергея. 

Терье с ассистентами появился через несколько минут. Генерал вполголоса просветил Терье насчёт случившегося, пока бесчувственного Сергея укладывали на носилки. Ксенобиолог понимающе покивал и пообещал позаботиться о Летове как о родном сыне. Берестов отпустил Тырина, дал инструкции остающимся на дежурство, и повернулся к артенианину. 

- Джейлзе, о чём вы хотели говорить? 

- Во первых, мне надо где-то устроиться на сегодняшнюю ночь, желательно подальше отсюда. А во-вторых, вы хотели рассказать мне, как вы собираетесь контролировать Оборотня. 

Берестов вздохнул: 

- Надеюсь, вы примете приглашение погостить у меня, Джейлзе? 

- Благодарю, Берестов. 

Когда они устроились в гостиной Берестова, Джейлзе задумчиво проговорил: 

- Да, Берестов, пока я не забыл: постарайтесь оградить этого юношу, Тырина, кажется, от дальнейших контактов с Оборотнем. 

- Почему? 

- Я сказал неправду. Марс постарается заполучить и его. Поскольку парень вполне созрел для этого. 

Берестов ошеломлённо уставился на артенианина: 

- Вы же говорили, что раз он отпустил, значит... 

- Ничего это не значит, Берестов. Для него безразлично, кто под него ляжет. Но, думаю, насиловать он никого не будет, тут ему не армия Рэда. Вот увидите, и парни и девушки сами под него будут кидаться. Такая экзотическая красота для людей весьма притягательна. Это с точки зрения Оборотней он некрасив. Думаю, его вряд ли выбирали их женщины. 

- Джейлзе, а с вашей точки зрения он красив? 

- Берестов, вы спрашиваете об этом, потому что я отчасти Оборотень? 

- Да. 

- Он вызывает очень двойственное чувство. Словно я гляжу на него одновременно и глазами Оборотня, и глазами человека. Скорее красив. Как может быть красива ядовитая змея. Ею можно любоваться, но целоваться с ней... Понимаете меня, Берестов? 

Генерал задумчиво покачал головой 

- Думаю, да. 

Джейлзе потянулся и спросил: 

- Так что с контролем? Вы надеетесь, что Сергей сможет удержать взрослого Оборотня рядом с собой? 

- Если его не удержит он, удержит обещание быстрой и безболезненной смерти. И вообще, у Рэда ведь он командовал одной из армий. Чем-то ведь тот его привлёк? Нужно выяснить, чем... 

Джейлзе перебил генерала: 

- Известно, чем! Там можно было спокойно истязать почти любого, кто подвернётся под руку. Для Оборотня там раздолье. Да, ваша надежда - только на Сергея. 

Берестов покачал головой: 

- Наша надежда - только на его лояльность. 

- Откуда взяться этой лояльности, Берестов? То, как с ним здесь обращались поначалу, подозрительно напоминает Сетх. Не думаю, что к прочим Оборотням он лоялен. 

- Не знаю, Джейлзе. Пока он поклялся быть лояльным к нам до тех пор, пока мы лояльны к нему. Я вот думаю, как бы предотвратить срабатывание сенсоров, когда он начнёт применять магию. 

- Берестов, а он ведь уже применяет магию... 

- Что?! Не говорите ерунды, Джейлзе! Сенсоры бы сработали... 

- Сенсоры срабатывают, когда количество затраченной энергии способно создать возмущение магнитного поля. При заклятии перемещения, при атакующих заклятиях. А тонкая магия, похоже, неопределима, Берестов. Он лечил своего любовника после... хм... использования, он вытащил моё Имя с помощью магии. Да и тот, сбежавший Оборотень, тоже использовал магию для своего исцеления. И, судя по тому, что для побега ему тоже нужна была магия - то её количество, которое нужно, чтобы покинуть Землю, так же неопределимо. Вы ничего бы и не заметили, если бы не Марс. Либо, если это предположение не соответствует истине - тот сбежавший всё ещё находится на Земле и покинет её, когда сочтёт, что это для него безопасно.