Операция «Посев».

Через месяц госпиталь пришлось закрыть, так как умерло более половины обслуживающего персонала. Инфекция быстро распространилась вдоль реки Эбола, поразив жителей пятидесяти пяти деревень. Правительственным войскам удалось обеспечить жесточайший карантин, внутри которого погибло более девяноста процентов инфицированных.

Образцы пораженных тканей и крови были доставлены из Заира в США и поступили в распоряжение специалистов ЦДК в Атланте. Через несколько недель им удалось идентифицировать убийцу - нитевидную структуру из семейства филовирусов. Внедряясь в клетку, структура обращала ее в подобие пузырька, наполненного зеленоватой жидкостью. Заражение происходило контактным способом: любой фрагмент ткани или капля крови больного были смертельно опасны для окружающих.

Когда население карантина вымерло, эпидемия естественным образом заглохла. Возбудителя болезни надежно изолировали в специальных хранилищах повышенной безопасности. 

Декабрь 1976 г. США. 

Штаб-квартира ЦРУ в Лэнгли

Мелодично зазвенел телефон. Сорокалетняя, но выглядевшая не более чем на тридцать лет, секретарша изящно изогнулась и взяла трубку:

- Алло, приемная Моррисона. Да, минуточку… - Она прикрыла ладонью мембрану и повернула голову к шефу, поглаживавшему ее по бедру: - Это Кларк. Вы заняты?

Моррисон взял трубку.

- Приветствую тебя, - ровным голосом произнес он и подмигнул секретарше.

Женщина слегка отодвинулась, пока Моррисон выслушивал собеседника. Патрон нравился ей, и она всегда с радостью откликалась на его предложения. Она понимала, что при такой напряженной умственной работе любовная близость Моррисону была крайне необходима, и воспринимала это как часть своей работы.

- Я освобожусь через полчаса. Жду. - Он положил трубку и сильно сжал бедра секретарши: - У нас всего пятнадцать минут. Поехали…

…Моррисон аккуратно расчесал уже редеющие, с легким налетом седины, волосы и вышел из ванной комнаты.

Включился селектор, и нежный голосок секретарши оповестил о приходе Кларка.

В кабинет вошел высокий, мощный здоровяк из команды «бью только раз» и с добродушной улыбкой, не соответствующей острому, как бритва, взгляду, и вразвалочку подошел к столу патрона. Оседлав стул, он протянул Моррисону папку с грифом «Совершенно секретно». Тот внимательно ознакомился с новыми, только что подшитыми листками и, слегка прищурившись, в упор посмотрел на Кларка.

- Н-да, - произнес он после некоторой паузы. - Значит, двойной удар?

- Думаю, да, - охотно согласился Кларк. - Авария в нашей заирской лаборатории заставила русских форсировать операцию. Но ее конечный результат вовсе не тот, что мы предполагали.

- Пока это всего лишь догадки. Я не могу идти с ними к руководству. Нужны веские доказательства. Очень веские.

- Я понимаю, босс. Мои люди сейчас вплотную занимаются операцией с Ассистентом. В конце недели я предоставлю наши подробные аналитические выкладки по африканскому вопросу, а также отчет Ассистента о его предварительной работе по разработке объекта.

- Добро. Это оставь у меня. - Моррисон кивнул в сторону папки. - И да поможет нам Бог!

- Да, иногда он бывает очень даже кстати, - согласился Кларк и снова расплылся в добродушной улыбке.

- Твое богохульство когда-нибудь нас погубит.

- Все там будем…

- Но не все одинаково скоро. 

БАЗЕ от Ассистента.

Объект Рогоносец доведен до предела «04». Прошу дать разрешение повысить уровень. Окончательные результаты ожидаются в конце второй - начале третьей четверти. Последний этап операции «Жаркое лето» предлагаю провести по варианту Х-2.


БАЗЕ от Протеи.

Получил подтверждение от Голиафа о транспортировке «ЭОР-2». Время и место прибытия груза соответствуют первоначальным данным.

Исламбек Теймуразович по кличке Шах, не торопясь, с наслаждением и пониманием всей важности процедуры пил чай, сидя на персидском ковре в своем загородном доме. Его маленькие глазки были полуприкрыты, лицо расплылось по плечам, словно студень, полностью закрыв короткую шею. Несмотря на диеты, массажи и различные физические упражнения как на спортивных снарядах, так и на женщинах Теймуразович каждый день рос в ширину и походил на волчок.

В центре зала под чарующие звуки восточной музыки перед ним извивалась прекрасная наложница. Исламбек менял их каждый месяц - это давно уже стало правилом.

В преступном мире Советского Союза Шах занимал далеко не последнее место. Он был истинным сыном своего народа и почитал Коран, однако к наживе он относился еще с большим пиететом.

В разгар представления в обеденный зал бесшумно проскользнул слуга и, наклонившись к самому уху повелителя, прошептал:

- Господин, к вам неизвестный. Он сказал, что по очень важному делу.

- Он не сказал - по какому?

- Нет, господин. Только назвал Мао Ли.

Исламбек пристально посмотрел на слугу:

- Будь внимателен, Сайд. Мне такие визиты не по душе. Зови.

Сайд поклонился и вышел из зала. Исламбек хлопнул в ладоши. Наложница остановилась, музыка быстро угасла, и хозяин остался наедине со своими мыслями.

Через минуту появился гость - европеец, обладавший совершенно незапоминающейся внешностью. Он подошел к Исламбеку и представился:

- Анри. Но пока я в Союзе - просто Андрей.

- Садись, дорогой Анри-Андрей. Выпей со мной чаю.

- Спасибо, не откажусь.

Анри по-свойски устроился на ковре и принялся охотно уминать богатые кушанья. Исламбек не торопил гостя: сытый человек - разговорчивый человек. Пусть покушает, может быть, напоследок. На все воля Аллаха.

Анри вытер салфеткой засалившиеся губы и руки и внимательно посмотрел на гостеприимного хозяина:

- Вам привет от Большого Мао Ли.

- Откуда знаешь?

- Я за ним пять лет охотился. Недавно повезло. Да вы ведь в курсе последних событий. Немалые деньги потеряли на этом. - Европеец улыбнулся и, как бы извиняясь за причиненные неудобства, пожал плечами.

- Вы из Интерпола? - спросил Шах.

- Нет. Им в вашей стране работать запрещено.

- Тогда кто?

- ЦРУ, - просто ответил Анри и снова улыбнулся.

Исламбек изменился в лице, но нашел в себе силы усмехнуться:

- А вам, значит, можно?

- Тоже нельзя, но нужно.

Хозяин с понятным интересом и чуть заметной тревогой посмотрел на гостя, спокойствие которого говорило о многом:

- Что вы хотите от меня? Чтобы я предоставил неопровержимые доказательства против Мао Ли?

- Нет, что вы, их у нас уже предостаточно, иначе

бы я тут не сидел. Мы хотим сотрудничать с вами, причем на очень выгодных для вас условиях.

Шах налил себе еще чаю. Он уже овладел собой, и по его лицу нельзя было понять, как он отреагировал на предложение.

- Для начала неплохо бы узнать, что у вас есть против меня? - наконец первым нарушил молчание хозяин.

- Зачем же так сурово? Лично против вас мы ни чего не имеем.

Анри открыл дипломат и вытащил довольно увесистый большой конверт. При первом же взгляде на копии документов Исламбек понял, что повязан с головы до пят. Тем не менее он не спеша и тщательно просмотрел все материалы.

Исламбек думал. Одно дело быть авторитетом преступного мира, и совсем другое - стать изменником Родины. Тут амнистий не бывает. Тут даже братья-комитетчики не помогут и не посмотрят на то, что он и его теневой бизнес обеспечивают деньгами их оппозиционную группировку. Первыми же открестятся и быстренько удавят, пока лишнего не наболтал. Но как быть с этим цэрэушником? Документы слишком серьезные. Сволочь Мао Ли не успел их уничтожить. А ведь так все здорово шло до тех пор, пока этот китайский кореец не рискнул вести собственную игру на глазах у заправил Гонконга. Подвел, гаденыш, под самый минарет подвел.

- А почем я знаю, что вы представляете именно эту организацию и страну? - наконец вымолвил хозяин особняка.- Я вижу, что документы Мао Ли подлинные, но свои-то вы можете и подделать.

- Вам устроить «показ»? [«Показ» - специальное мероприятие, проводится при вербовке агента, чтобы наглядно подтвердить принадлежность резидента к своей стране: появление резидента «под ручку» с послом и т. д. (спец.). Здесь и далее прим. автора.]

Исламбек слегка скривился и решил перейти ближе к теме:

- Что я должен делать?

- Да в общем, пустяк.- Анри бережно спрятал документы в дипломат. Он был уверен в успехе вербовки и все же почувствовал сильное облегчение.- Ваш человек в Москве должен выйти на одну симпатичную женщину и скомпрометировать ее. Но только так, чтобы вся информация была у нас, а не у КГБ. За это вы получите большие деньги и возможность спокойно работать в Юго-Восточной Азии на протяжении трех лет.

Исламбек крякнул. Это были хорошие условия. И даже очень хорошие. Значит, это далеко не простая женщина, раз за нее американцы согласились отдать на растерзание Исламбеку всю Юго-Восточную Азию. А уж он-то сумеет там развернуться за эти три года - за сто лет потом не выгонят. Но, с другой стороны, значит, и сам мафиозо, и весь его бизнес будут находиться под неусыпным вниманием ЦРУ, и кто его знает, что еще потребуют американцы в дальнейшем.

«Ладно, - решил Исламбек. - Посмотрим, как поведут себя янки на этот раз, а там видно будет. В крайнем случае, всегда можно стать незаменимым агентом КГБ».

- Ее надо скомпрометировать каким-то особым способом или на мое усмотрение?

- Ваш человек должен наставить рога ее мужу, одному московскому профессору. Но наставить так, чтобы в определенное время муж узнал об измене. Как видите - проще не придумаешь. Зато какая перспектива появится у вас…

«Да уж, появится. Особенно после «зачистки» [«Зачистка» - операция по устранению свидетелей (спец.).], тьфу, тьфу, тьфу…». - Мафиозо поднял глазки к небу.

Чтобы пауза не показалась слишком длинной, Исламбек понимающе закивал и предложил гостю еще чаю.

«А собственно, чего я так дергаюсь? Ведь не сам же я полезу в постель к «профессорше». Ну подумаешь, кто-нибудь из моих ребят переспит с ней пару раз по ее же согласию. За это пока уголовной ответственности не придумали. Даже если и повяжут моего человека, предъявы-то нет и быть не может. Никаких секретных материалов красть не требуется, да и откуда они могут взяться у жены…»

Исламбек улыбнулся. Теперь он был снова спокоен и уверен в себе.

- Я согласен, но только с одним условием: Никаких бумаг и моих подписей, все только на нашем честном слове джентльменов.

- Естественно, - развел руками гость. - Что может быть надежнее слова истинных джентльменов?…

Исламбек не ответил, что. Он лишь совсем сощурил желтые глазки и по-восточному широко улыбнулся.


Совершенно секретно. 

Заместителю начальника 1-го Главного управления КГБ СССР генерал-майору Карпову И. И. 

от начальника 2-го отдела полковника Рукавицина А. В.

Докладываю.

С 12-го по 15-е июня вооруженная группа родезийского карательного батальона совершила глубокий рейд по приграничным районам Народной Республики Мозамбик. В кольце боевых действий оказалась интересующая нас территория A-Z-23. По предварительным данным, в результате нападения родезийцы захватили стратегически важный груз «ЭОР-2», прибывший в район A-Z-23 двумя днями раньше и являющийся основным элементом в операции «Посев», которую проводит Главное разведывательное управление Генерального штаба Вооруженных Сил СССР.

В настоящий момент местонахождение карательной группы, а также исчезнувшего сверхсекретного груза «ЭОР-2» не установлено.

Андропов внимательно посмотрел на генерала Карпова, словно хотел проникнуть в самые потаенные уголки его души. От этого взгляда становилось не по себе, но генерал выдержал. Он принадлежал к «старой гвардии» и за долгие годы научился смотреть в разные глаза, а когда надо - и смиренно опускать взор в землю.

- «ЭОР-2» является нашей совместной разработкой с ГРУ, - не то спрашивая, не то утверждая, произнес председатель.

- Так точно, Юрий Владимирович, - поспешил согласиться генерал и тут же, на всякий случай, уточнил: - Но изначально мы отвечали только за внутреннюю безопасность. Все внешние операции курировал Генштаб. Тем не менее я считаю, что теперь нам необходимо провести свое расследование данного инцидента и после провала ГРУ взять инициативу в свои руки.

- Это мы сделали бы в любом случае, - явно подразумевая что-то свое, улыбнулся Андропов. - Надо действовать сообща. Не так ли?

Почувствовав двойной смысл сказанного, а также то, что у председателя сегодня на удивление радушное настроение, генерал рискнул поддержать шутливый тон шефа. Уже намного спокойнее и веселее он добавил:

- Тем более что действовать сообща - это вовсе не означает действовать заодно.

- Генерал, - укоризненно произнес Андропов. - У нас общие интересы и задачи, и в деле защиты социалистического Отечества не может быть разногласий.

- Так точно! - выпалил Карпов, стараясь мнимым солдафонством завуалировать допущенную им фамильярность: все-таки Андропов оставался Андроповым. - К сожалению, ГРУ не установило в контейнеры самоликвидаторы, а было бы куда меньше проблем, имей мы радиоуправляемое устройство.

- Поэтому необходимо в кратчайшие сроки ответить на четыре вопроса… - Голос председателя снова стал твердым, а взгляд пронзительно-холодным. - Первое: находится ли груз у родезийцев или утерян в ходе нападения? Второе: был ли захват «ЭОР-2» запланирован или тот попал в руки врага в качестве трофея? Третье: если груз все-таки у родезийцев и попал к ним только как обычный трофей, успели ли они понять, что заполучили? Ну и наконец, последнее - найдите этот чертов «ЭОР-2» и, где бы он ни находился, доставьте его по назначению.

- Так точно, Юрий Владимирович. Мы уже начали проверять все возможные каналы, по которым могла произойти утечка информации.

- О ходе расследования докладывать постоянно. К концу дня у меня на столе должен быть план всех оперативных мероприятий.

Когда Карпов вышел из кабинета, Андропов вызвал генерала Торфянова.

Тот появился уже через минуту. Генерал был склонен к полноте, что, впрочем, не сказывалось на его умении работать головой. Узкие, слегка заплывшие жирком глаза Торфянова всегда были умны и хитры.

- Разрешите, Юрий Владимирович? Здравия желаю.

- Здравствуйте, Дмитрий Алексеевич. Прошу вас.

Андропов крепко пожал генералу руку и протянул кожаную папку:

- Ознакомьтесь и изложите свои соображения, кому из вашего управления можно поручить это дело.

В кабинете наступила тишина. Андропов что-то быстро заносил в свой блокнот, давая возможность Торфянову не слишком торопиться с выводами.

Наконец генерал оторвался от папки и твердо произнес:

- Нам придется бок о бок работать с «соседями» [«Соседи» - на сленге КГБ означает ГРУ, и наоборот.]. Я поручу это дело полковнику Шарову: у него опыт в подобных «совместных» операциях.

- Не возражаю. В восемнадцать часов жду вас обоих с докладом.

- Есть.

Торфянов покинул кабинет. На столе зазвенел телефон «вертушки».

- Юрий Владимирович, здравствуйте…

Этот голос Андропов узнал бы из сотни других, даже не будь это прямая линия с Кремлем.

- …Я звоню вам по поводу последних событий в Африке. Руководство приняло решение, что закончить операцию «Посев», как и планировалось ранее, должно Главное разведуправление. Вам надлежит лишь обеспечить надежное прикрытие внутри страны.

«Иногда и до них доходит очень даже быстро», - удовлетворенно подумал Андропов и вслух произнес:

- Понял.

Собеседники вежливо попрощались, и Андропов положил трубку. Только вчера, на совещании, Политбюро поставило в одну упряжку КГБ и ГРУ. А сегодня уже снова развело в разные стороны. Оно и к лучшему, ибо у Комитета теперь развязаны руки. Впрочем, как и у «соседей».

Но в данном случае дело было вовсе не в натянутых взаимоотношениях двух силовых ведомств и реакции на это Политбюро - это всегда было нормой с самого момента создания ВЧК и армейской разведки. И даже не в исчезновении сверхсекретного материала «ЭОР-2», явившемся лишь следствием, а не причиной. Дело было в другом. Андропов это хорошо понимал и учитывал в раскладываемом им пасьянсе, итог которого знал только он один.