Друзья.

Друзья 

Нам больше не нужно было прятать мотоциклы, можно было просто ставить их под навес в гараже Джейкоба. Билли на своем инвалидном кресле все равно бы не смог справиться с неровным грунтом небольшого дворика, отделяющего гараж от дома.

Джейкоб начал работу с разбора красного мотоцикла, который предназначался мне. Он открыл для меня дверцу своего старого пикапа — “Кролика”, чтобы я устроилась на сиденье с пассажирской стороны, и мне не пришлось бы сидеть на голом полу. Джейкоб весело болтал, пока разбирал мотоцикл, лишь изредка подталкивая меня плечом, когда я отвлекалась и переставала поддерживать разговор. Он поведал мне о своей учебе на втором курсе школы, о своих занятиях и о двух лучших друзьях.

— Квил и Эмбри? — переспросила я, — Какие необычные имена.

Джейкоб улыбнулся так довольно, будто сам выбирал имена для друзей, — Я думаю, что Квилу его имя досталось по наследству, а вот Эмбри назвали в честь какой-нибудь звезды мыльной оперы. Хотя, не могу сказать точно. Они будут драться с тобой до потери пульса, если ты будешь смеяться над их именами — причем набросятся оба одновременно.

— Хороши друзья, нечего сказать, — я приподняла одну бровь.

— Нет, правда, они классные. Только не перепутай, как кого зовут.

В этот момент его кто-то окликнул со стороны дороги, — Джейкоб?

— Это Билли? — спросила я.

— Нет, — Джейкоб низко наклонил голову, и мне показалось, что он залился краской под своей бронзовой кожей. — Легки на помине, — пробормотал он себе под нос.

— Джейк? Ты там? — голос прозвучал уже ближе.

— Да! — крикнул в ответ Джейкоб и обреченно вздохнул.

Мы некоторое время просидели в полной тишине, ожидая пока два высоких темнокожих парня не выйдут из-за угла и не зайдут под наш навес.

Один из них был стройным и почти таким же высоким, как Джейкоб. Его довольно длинные, черные волосы, были разделены посередине пробором, и с одной стороны он прятал их за ухо, а с другой они свободно свисали. Второй парень был поменьше ростом и поплотнее. Белая майка обтягивала хорошо развитую грудную клетку, и его аж распирало от гордости. Волосы у него были настолько короткими, что казалось, будто он почти лысый.

Оба парня резко остановились, увидев меня. Худой смущенно поглядывал то на меня, то на Джейкоба, а крепыш сразу остановил свой взгляд на мне, и на его лице расцвела широкая улыбка.

— Привет, ребята, — без особого энтузиазма поздоровался Джейкоб.

— Привет, Джейк, — сказал крепыш, не отрывая от меня глаз. Я была вынуждена улыбнуться ему в ответ, и тогда его ухмылка стала совсем игривой. В итоге он даже подмигнул мне.

— Привет всем… — поздоровалась я.

— Квил, Эмбри — это моя подруга, Бэлла.

Квил и Эмбри обменялись многозначительными взглядами, пока я терялась в догадках кто из них кто.

— Дочка Чарли, верно? — спросил меня крепыш, протягивая руку.

— Совершенно верно, — подтвердила я, пожав его руку. Его рукопожатие было крепким; казалось, что он проверял на моей кисти силу своего бицепса.

— Я Квил Атеара, — громко объявил он, все еще не отпуская мою руку.

— Приятно познакомиться, Квил.

— Эй, Бэлла, а я Эмбри, Эмбри Колл, хотя ты наверно уже догадалась, методом исключения, — Эмбри застенчиво улыбнулся и тоже пожал мне руку, которую я с трудом освободила из плена Квила.

Я кивнула. — С тобой мне тоже очень приятно познакомиться.

— Так чем вы здесь занимаетесь, ребята? — Спросил Квил, все еще не отрывая от меня взгляда.

— Мы с Бэллой задумали отремонтировать вот эти два мотоцикла, — небрежно ответил Джейкоб. Но слово “мотоциклы” оказалось магическим. Оба парня наперебой стали расспрашивать Джейкоба о наших планах на мотоциклы и задавать ему какие-то мудреные технические вопросы о ремонте. Многие слова были мне просто незнакомы, и я с иронией подумала, что для того чтобы полностью понять восторг этой дружной компании, мне не хватает всего одной Y.ромосомы.

Они все еще с жаром обсуждали какие-то детали и запчасти, когда я решила, что мне лучше вернуться домой, чем ждать, пока сюда нагрянет Чарли. Со вздохом сожаления, я выскользнула из Кролика.

С извиняющимся видом Джейкоб посмотрел на меня. — Тебе стало совсем скучно, слушая наши технические разговоры, да?

— Вовсе нет, — ответила я и ничуть не соврала. Я была очень довольна собой, и это было странно. — Мне просто надо еще успеть приготовить ужин для Чарли.

— А…ладно, тогда вечером я закончу его разбирать и подсчитаю, во сколько нам обойдется его переделка. Когда ты снова хочешь встретиться и поработать над ними?

— А может, я приду завтра? — Воскресенья теперь больше всего отравляли мою жизнь, так как учебы не было, а работу по дому невозможно было растягивать надолго.

Квил толкнул локтем Эмбри, и они многозначительно переглянулись.

Джейкоб радостно улыбнулся, — Это было бы просто замечательно!

— Может, ты составишь список, и мы вместе сходим в магазин за нужными деталями? — предложила я.

Лицо Джейкоба немного вытянулось. — Не думаешь же ты, что я позволю тебе самой оплатить ремонт?

Я покачала головой. — Не говори так. Это моя затея и оплачивать ее должна именно я. От тебя же требуется только усилия и мастерство.

Эмбри покосился на Квила, слушая наш спор.

— Но это все равно не правильно… — Джейкоб беспомощно покачал головой.

— Джейк, ну сам подумай, во сколько это мне это обойдется, если я загоню оба мотоцикла в мастерскую? — напомнила я.

Он, видимо подумав над моими словами, наконец улыбнулся. — Ну хорошо, уговорила.

— Я уже не говорю об уроках по вождению, которые ты мне предоставишь бесплатно, — добавила я.

Квил, с широкой ухмылкой, прошептал что-то на ухо Эмбри, но я не расслышала что именно. Джейкоб тут же отвесил Квилу звонкий подзатыльник. — Всё, вам пора, ребята, пошли отсюда, — недовольно, но весьма дружелюбно проворчал он.

— Нет, оставайтесь, мне действительно пора идти, — запротестовала я, направляясь в сторону двери. — Увидимся завтра, Джейкоб.

Оказавшись за порогом, я услышала дружный хор Квила и Эмбри. — У…уууу!

Потом послышались звуки небольшой потасовки, вперемешку с криками — Ой-ни — Эй!

— Если кто-нибудь из вас завтра хоть шагу ступит на мою землю…, — услышала я угрозы Джейкоба. Дальше его голос затих, потому что я скрылась за деревьями.

Я тихонько захихикала и от этого звука мои глаза удивленно округлились. Я смеялась, действительно смеялась, но не фальшиво и наигранно, а сама для себя, ведь сейчас никто не видел этого. Я почувствовала необычайную легкость, оттого, что я опять могу смеяться просто так.

Я немного опередила Чарли. Когда он заходил домой, я уже доставала запеченного цыпленка из духовки и выкладывала его на большую тарелку, застеленную калькой.

— Привет, пап, — я состроила ему рожицу.

На его лице промелькнуло удивление, но он тут же собрался. — Привет, милая, — неуверенно сказал он. — Хорошо провела время с Джейкобом?

Я начала накрывать на стол. — Да, очень хорошо.

— Это…замечательно, — настороженно ответил он. — И чем вы двое занимались?

Теперь настала моя очередь осторожничать. — Я проторчала весь день у него в гараже и смотрела, как он работает. Ты знаешь, что он переделывает Фольксваген?

— Да, Билли что-то говорил об этом.

Разговор был временно окончен, потому что Чарли занялся поглощением ужина, при этом, продолжая на меня изумленно пялиться.

После ужина я все еще находилась в крайнем возбуждении и видимо из-за этого даже перемыла всю кухню… дважды. Потом, пока Чарли в соседней комнате смотрел хоккейный матч, со всей тщательностью занялась своим домашним заданием. Я засиделась до тех пор, пока Чарли не оповестил меня, что уже поздно и пора спать. Я занималась с таким упоением, что он, не дождавшись моего ответа, устало потянулся и стал подниматься к себе, предусмотрительно выключив за собой свет. Естественно, я не могла продолжать заниматься в темноте, поэтому я неохотно поплелась в свою комнату.

Поднявшись по лестнице, я почувствовала, что мое сегодняшнее необычное чувство удовлетворения медленно тает, сменяясь смутной тревогой о том, что приближается очередная ночь и мне опять предстоит пережить мой кошмар.

Привычное оцепенение больше не окутывало меня защитным коконом, и я была открыта для всех своих страхов, поэтому я была уверена, что сегодняшняя ночь принесет с собой еще более яркие кошмары. Я легла в кровать и свернулась в клубок, в ожидании приступа боли. Я крепко зажмурилась и…следующее, что я почувствовала — это то, что уже наступило утро.

Я во все глаза смотрела на бледный, серебристый свет, льющийся в мое окно, все еще не веря в произошедшее. Впервые за последние четыре месяца я спала вообще без сновидений. Ни плохих, ни хороших. Не могу сказать точно, какие из эмоций во мне сейчас были сильнее — чувство облегчения или шок.

Еще несколько минут я провалялась в кровати, ожидая, что какое-нибудь страшное чувство вдруг обрушится на меня, отыгрываясь за спокойную ночь. Из своего опыта я знала, что одно из ощущений обязательно должно появиться — если не боль, то оцепенение. Я ждала, ждала, но ничего не происходило. Впервые за долгое время я почувствовала себя по-застоящему отдохнувшей после ночного сна, но до конца все еще не веря в случившееся. Я балансировала на тонкой, опасной грани, соскользнуть с которой мне не составило бы труда.

Взглянув по-товому на свою комнату, я удивилась, насколько странно она теперь выглядела — видимо вчера я перестаралась с уборкой, потому что теперь комната была настолько вылизана, что казалось, в ней никто не жил уже долгое время.

Уже одевшись, я постаралась выкинуть из головы все неприятные мысли и сосредоточиться на том, что сегодня я снова пойду к Джейкобу. Эта мысль почти заставила меня обрести бодрость духа и почувствовать себя… обнадеженной. Мне хотелось верить, что сегодня все может быть так же, как было вчера, и я смогу вести себя как нормальный человек. Я надеялась, что мне не придется каждый раз в нужный момент напоминать себе делать заинтересованный вид, кивать или улыбаться, как обычно было последние несколько месяцев. Может быть… Но мне не хотелось быть уверенной в этом до конца, на сто процентов. Ведь в моем случае это было бы слишком легко и опрометчиво. А разочарования совершенно не входили в мои планы на сегодняшний день.

За завтраком Чарли все еще немного осторожничал. Он каждый раз прятал свой испытывающий взгляд, когда встречался с моими глазами, и еще больше склонялся над своей тарелкой с яичницей.

— Чем сегодня ты собираешься заняться? — наконец спросил он, вертя в руках вилку и сделав вид, что ему неинтересен мой ответ. Видимо этот вопрос мучил его еще с раннего утра.

— Я опять собираюсь к Джейкобу.

Он задумчиво кивнул мне, даже не подняв глаз. — Хмм… — промычал он себе под нос.

— Ты против? — Я притворилась обеспокоенной, — я могу остаться дома…

Он быстро поднял голову и ответил с легкой паникой в голосе. — Нет, нет! Иди, пожалуйста. Все равно Гарри собирался вечером прийти, чтобы посмотреть со мной матч.

— Может Гарри заедет еще и за Билли? — предложила я. Чем меньше свидетелей нашей с Джейкобом работы над мотоциклами, тем лучше.

— Хорошая идея.

Я знала, что матч по телику был не единственным предлогом радостного волнения Чарли. Он действительно очень хотел, чтобы я почаще выходила из дома и теперь не мог поверить в происходящее. Когда я надевала плащ, Чарли уже разговаривал по телефону с Билли. Я запахнула плащ, убрала в карман чековую книжку, которой еще ни разу не пользовалась, и, почувствовав себя гораздо уверенней, вышла из дома.

Снаружи лил дождь, как из ведра. Мне пришлось сильно сбавить скорость, ведь я с трудом различала дорогу впереди. Я чудом добралась до размытой дождем дорожки, ведущей к дому Джейкоба. Я еще не успела заглушить мотор, как открылась входная дверь, и оттуда выскочил Джейкоб с огромным черным зонтом.

Он держал его над моей головой, пока я вылезала из машины.

— Звонил Чарли — предупредил, что ты уже едешь, — с усмешкой сказал Джейкоб.

Удивляясь сама себе, я широко улыбнулась Джейкобу в ответ на его слова, без особых усилий, даже не притворяясь, абсолютно искренне. Странное щемящее чувство благодарности сразу же окутало меня теплом, несмотря на холодные, пронизывающие капли дождя, падающие на мое лицо.

— Привет, Джейкоб.

— Классная идея пригласить Билли! — он высоко поднял свою ладонь. — Дай “пять”! Мне пришлось даже подпрыгнуть, чтобы хлопнуть своей пятерней по его, отвечая на приветствие, чем очень его позабавила.

Через несколько минут мы увидели фургончик Гарри, он заехал за Билли, как я и советовала. Мы ненадолго зашли в комнату Билли, чтобы помочь ему собраться, а потом подождали, пока все разъедутся.

— Так чем мы займемся сегодня, мистер Гудренч? — спросила я, как только за Билли закрылась дверь.

Джейкоб достал из кармана сложенную бумажку с планом и разгладил ее, — Сперва мы сходим на свалку, посмотрим, может и подберем там что-нибудь стоящее. Ремонт может влететь нам в копеечку, — предупредил он меня, — потребуется много усилий, чтобы эти два мотоцикла снова завелись.

На моем лице не отразилось никаких эмоций, поэтому Джейкоб добавил понятнее, — Речь идет о сотне. ругой долларов.

Я картинным жестом вынула свою чековую книжку из кармана плаща и прямо посмотрела ему в глаза, — Никаких проблем!

Это был странный день. Я была искренне довольна собой и радовалась каждому моменту жизни. Даже на свалке, под проливным дождем и по щиколотку в грязи. Сперва мне казалось, что это просто остаточные явления от пережитого шока, но все равно это было слишком слабое объяснение.

Потом я начала думать, что это все — Джейкоб. И дело не в том, что он всегда был искренне счастлив видеть меня, и не в том, что заботился обо мне и оберегал от возможных потрясений, и не в том, что он всегда настороженно следил за мной краешком глаза, как бы я чего не выкинула, снова не впала в депрессию или оцепенение.

Ничего подобного!

Дело было не во мне, а в самом Джейкобе. Он просто сам был счастливым человеком, который свое счастье, словно ауру, передавал всем, кто был рядом. Как солнечные лучи — он согревал всех вокруг. Это было абсолютно естественно. Неудивительно, что меня постоянно тянуло к нему, как цветок к солнцу.

Когда Джейкоб пристально разглядывал зияющую дыру в приборной панели моего пикапа, это, к моему удивлению и радости, не вызвало у меня привычной паники.

— Что, твое стерео сломалось? — удивился он.

— Угу, — соврала я.

Он с любопытством пощупал неровные края ниши, где было установлено стерео, — Кто же его так вытаскивал? Теперь на приборной панели столько трещин и царапин… — сокрушался он.

— Это моя работа… — Призналась я.

Он тут же добродушно пошутил. — Может тогда не стоит тебя подпускать к мотоциклам?

— Без проблем! — рассмеялась я.

Как и говорил Джейкоб, нам немного повезло на свалке. Он был в полном восторге от нескольких искореженных деталей черных от мазута и грязи, которые мы там нашли. Я же была впечатлена уже тем, что смогла понять для чего они вообще нужны.

Оттуда мы направились в магазин запчастей Чеккера в Оквиеме. Поездка по извилистой южной трассе на моем стареньком пикапе заняла более двух часов, но в компании Джейкоба время пролетело незаметно. Он болтал о своих друзьях, о школе и я обнаружила, что уже сама задаю ему вопросы, даже не напрягаясь, а действительно с интересом и искренне желая услышать на них ответы.

— Я только и делаю, что болтаю всю дорогу, — пожаловался он мне, после долгой истории о проблемах Квила, который пригласил на свидание девушку какого-то старшеклассника. — А ты почему мне ничего не рассказываешь? Что нового в Форксе? Жизнь в Форксе должна быть намного интереснее, чем в Ла Пуш.

— Ты ошибаешься, — я вздохнула. — Ничего интересного. Твои друзья намного интереснее, чем мои. Мне они нравятся, особенно Квил — такой забавный.

Джейкоб нахмурился. — Я думаю, что ты тоже нравишься Квилу.

Я засмеялась, — Он слишком молод для меня.

Джейкоб нахмурился сильнее. — Он не намного младше тебя. Всего на год или полтора…

У меня возникло чувство, что разговоры о Квиле — это очень острая для моего собеседника тема, и говорить о нем мне больше не стоит. Поэтому я решила сменить тон и поддразнить Джейкоба, — В принципе ты прав, но вот если учесть, что девочки взрослеют быстрее мальчиков, да еще и пересчитать нашу разницу в возрасте по собачим меркам, тогда я буду эдак лет на двенадцать тебя старше!

Он расхохотался, закатывая глаза. — Хорошо, значит дразнишь меня? Так вот прежде чем считаться взрослой, тебе придется немного подрасти. Ты такая маленькая, я бы тебе и десяти лет не дал.

— По-тоему, пять футов и четыре дюйма — прекрасный рост! — фыркнула я, — я же не виновата, что ты такой вымахал.

Мы дразнили друг друга всю дорогу до Оквиема, доказывая кому сколько лет на самом деле. В итоге, я потеряла еще два года на том, что до сих пор, не умею менять шины, но вернула себе один год, когда сказала, что веду домашнюю бухгалтерию.

Пока мы были лавке Чеккера, то постоянно отвлекались от покупки деталей, потому что никак не могли остановиться и продолжали спорить. Но в конце концов Джейкобу пришлось сосредоточиться, и мы наконец нашли все нужные детали из его списка. Тогда он уверенно сказал, что с такими трофеями, теперь может приступить к настоящей работе.

На обратной дороге наш шуточный спор возобновился, и к тому моменту, как мы вернулись в Ла Пуш, мне уже было двадцать три, а ему все тридцать — перевес был явно в его сторону.

За все время, я ни на секунду не забывала изначальной причины моей затеи с мотоциклами. И хотя теперь я была довольна собой и смогла усмирить свою боль, я вовсе не собиралась отказываться от своей первоначальной затеи. Я все еще хотела немного форсировать события. Это желание постоянно было со мной, но я почти не беспокоилась по этому поводу. Я все еще собиралась вести себя в Форксе как можно безответственнее, так как не понимала, почему должна в одиночку выполнять пункты давно нарушенного нами договора.

Я даже не ожидала, что время, проведенное с Джейкобом, поможет мне так измениться в лучшую, как мне казалось, сторону.

Когда мы приехали к Джейкобу, Билли еще не вернулся, поэтому нам не пришлось нагло врать о том, как мы провели все это время. Все купленные и найденные детали мы сразу аккуратно выложили на пластиковый пол, рядом с ящиком для инструментов Джейкоба, и приступили к работе. Мы продолжали болтать и смеяться, пока Джейкоб очищал и тщательно осматривал, лежащие перед ним детали.

У этого парня руки были действительно золотые. Они казались слишком большими для тонкой, деликатной работы, которую он сейчас делал с ювелирной точностью, но абсолютно без напряжения. Когда Джейкоб работал, то выглядел почти изящно. И наоборот, когда он был на ногах; его исполинский рост и огромные ноги делали его немного неуклюжим с виду.

Квил и Эмбри больше не появлялись в гараже, возможно они восприняли всерьез вчерашние угрозы Джейкоба.

День пролетел быстрее, чем нам хотелось. Я даже не успела опомниться, как за дверями гаража стемнело, и Билли окликнул нас.

Я вскочила, чтобы помочь Джейкобу разложить все вещи по местам, гадая с чего бы начать.

— Просто оставь все как есть, — сказал он. — Вечером я сам все уберу.

— Только не забудь про школьные домашние задания, — сказала я, чувствуя небольшие угрызения совести. Я бы не хотела, чтобы у него возникли проблемы с учебой. Весь этот ремонт — изначально был только моей затеей.

— Белла?

Обе наши головы резко поднялись, когда до нас донесся голос Чарли из-за деревьев. Он видимо подвозил Билли, и решил забрать меня домой.

— Чёрт подери, — пробормотала я себе под нос, — Уже идем! — крикнула я в сторону дома.

— Да не волнуйся, пойдем. улыбнулся Джейкоб, получая явное удовольствие от нашей шалости. Он выключил свет, и я на мгновение ослепла. Джейкоб схватил меня за руку и потащил к выходу из гаража, через кусты. Ноги Джейкоба с легкостью находили знакомую дорожку. Его рука была грубоватой, но очень теплой.

Несмотря на расчищенную тропинку, мы все равно несколько раз споткнулись в полной темноте. Когда наконец-то показался дом, мы все еще оба хохотали от нашей неловкости. Мы смеялись от души, и это было просто здорово. Надеюсь, что Джейкоб не заметил, что мой смех местами был немного истерическим. Я почти уже отвыкла смеяться и поэтому не могла контролировать себя.

Чарли стоял на заднем крыльце, а Билли сидел в своем кресле чуть поодаль от него.

— Привет, пап, — почти одновременно сказали мы и опять захохотали.

Чарли круглыми от удивления глазами уставился на большую руку Джейкоба, которая сжимала мою маленькую кисть.

— Билли пригласил нас на большой праздничный ужин, — рассеянно пробормотал Чарли, обращаясь ко мне.

— Сегодня всем гостям посчастливиться отведать спагетти по моему знаменитому секретному рецепту. Он передается из поколения в поколение. — Сказал Билли, стараясь быть серьезным.

Джейкоб решил подколоть Билли. — Кажется, совсем недавно ты тоже самое говорил о рагу.

Дом был переполнен. Некоторых гостей я видела впервые, некоторых немного знала. Гарри Клирвотер приехал со всей семьей, с женой Сью, которую я помнила с летних каникул, и двумя детьми. Лея — старшая дочь — была почти моей ровесницей. Я считала, что она очень красива — прекрасная бронзовая кожа, блестящие черные волосы, а ресницы длинные и густые. Лея повисла на телефоне Билли, когда мы только вошли, и больше ни на минуту не выпускала трубку из рук. Сету — младшему — было четырнадцать; он с обожанием ловил каждое слово Джейкоба.

Народу было слишком много, и разместить всех за кухонным столом не удалось, поэтому Чарли и Гарри вынесли во двор стулья, и молодежь ела спагетти при тусклом свете чуть приоткрытой двери, поставив тарелки на колени. В этом была особая романтика и удовольствие. Многие мужчины обсуждали матч, а Гарри с Чарли — сделанные ставки. Сью поддразнивала своего мужа его страстной любовью к холестерину, безуспешно пытаясь заставить его есть побольше зелени. Джейкоб в основном разговаривал либо со мной, либо с Сетом, который постоянно требовал внимания. Чарли как можно незаметнее наблюдал за мной довольным, но все еще настороженным взглядом.

В такой толпе иногда было даже сложно понять, о чем идет речь, так как каждый старался перекричать соседа и смех над одной шуткой выливался в следующую. Мне не пришлось много говорить, я в основном улыбалась, но только потому, что мне именно этого и хотелось.

Когда ужин подходил к концу, я поняла, что мне не хочется уезжать.

Но это был штат Вашингтон, и неизбежный дождь, естественно, торопил нас разойтись по домам. Гостиная Билли была слишком крохотной, чтобы вместить наше сборище. Гарри вызвался довезти Чарли, поэтому мы ехали вместе в моем пикапе. Он спросил о том, как я провела день и я рассказала ему почти всю правду — что мы ездили с Джейкобом за запчастями, а потом их осматривали в гараже.

— Как скоро ты думаешь опять поехать к нему? — спросил он как можно более будничным голосом.

— Наверно завтра после школы, — призналась я, — да ты не волнуйся, я возьму домашнее задание с собой и все сделаю.

— Уверен, так и будет, — нарочито строгим тоном сказал он, таким образом, пытаясь скрыть свое удовлетворение.

Когда мы доехали до дома, я ужасно разнервничалась. Подниматься наверх я не хотела. Теплота от близости Джейкоба уже почти исчезла, а моя тревога только усилилась оттого, что его не было рядом. Вряд ли мне выпадет счастье мирно проспать и сегодняшнюю ночь, с уверенностью подумала я.

Для того чтобы хоть как-то оттянуть время сна я проверила свою почту; пришло письмо от Рене.

Она писала о домашних делах, о новом книжном клубе, в который она записалась вместо занятий по медитации, которые она, оказывается, уже бросила. Рассказывала о том, что целую неделю подрабатывала в школе, и что за это время успела соскучиться по своим детсадовцам. Также она писала, что Фил доволен своей новой тренерской работой и что они планируют провести свой второй медовый месяц в Диснейленде.

Я заметила, что ее письмо больше смахивало на отчетную ведомость, чем на обычное письмо. Я почувствовала приступ жутких угрызений совести. Какая же я расчудесная дочь — не писала ей уже целую вечность, погрузившись только в свои проблемы!

Я быстро написала ей ответ, подробно отвечая на каждый ее вопрос, добавляя немного новостей от себя. Я описала вечеринку со спагетти у Билли и о моей зависти и восхищении, когда у Джейкоба, получается собрать что-то стоящее из груды небольших железяк. Я даже не обратила внимания на то, что скорее всего это письмо будет разительно отличаться от предыдущих, которые я редко отправляла матери в последние несколько месяцев… Я не смогла припомнить ни строчки из письма, которое я написала ей на прошлой неделе, но думаю, что оно было не очень нежным. От этих мыслей мне стало еще хуже. Впредь надо уделять ей намного больше внимания.

Написав письмо, я растянула насколько смогла выполнение домашней работы, сделала даже сверх того, что нам задали. Но ни мое вынужденное бодрствование, ни время проведенное с Джейкобом не могли гарантировать мне крепкий сон без всяких сновидений две ночи подряд.

Вздрогнув, я проснулась, и подушка заглушила мой испуганный крик.

Я лежала в постели, пытаясь окончательно прийти в себя, и наблюдала, как за окном белесый туман пронизывал мягкий утренний свет.

Эта ночь немного отличалась от остальных, и я попыталась вспомнить свой сон. В этот раз в лесу я была не одна. Это был необычный для моих кошмаров, странный поворот событий. Тот человек, Сэм Ули, был там. Он поднял меня с земли и посмотрел мне в глаза. Моя голова была как в тумане. Черные глаза мужчины горели злобой, и скрывали какую-то тайну, которую он и не собирался мне открывать. Я смотрела на него в панике и долго не могла оторвать взгляд, его силуэт был каким-то размытым, не четким. И хотя Сэм Ули ничего не делал, а просто стоял и смотрел на меня, это вселяло в меня ужас.

За завтраком Чарли опять не сводил с меня глаз, а я старалась делать вид, что не замечаю этого. Я понимала его и не ждала ничего другого. Я столько времени жила в отчуждении, что теперь он не может поверить в мое возвращение в жизнь. Вероятно, пройдут недели, прежде чем он прекратит искать во мне признаки отчуждения, а я прекращу думать об этом. В конце концов, я сама пойму, если начну возвращаться к прежнему. За два дня вряд ли можно исцелиться.

В школе же все было с точностью, но наоборот. Я заметила, что на меня вообще никто не обращает внимания.

Я вспомнила свой первый день в средней школе Форкса, когда отчаянно мечтала превратится в серую мышку или провалиться сквозь мокрый асфальт, чтобы все просто перестали меня замечать. Кажется, через год у меня, наконец, это получилось.

Казалось, что меня вообще не существует для учеников школы. Даже учителя лишь скользили взглядом по мне, как по пустому месту.

Я все утро прислушивалась к голосам людей вокруг меня. Я пыталась уловить, что происходит вокруг, но все разговоры не касались меня, и я окончательно сдалась.

Джессика даже не подняла глаз, когда я уселась рядом с ней на математике.

— Привет, Джесс, — как можно небрежнее произнесла я. — Как провела выходные?

Она недоверчиво посмотрела на меня. Может, она еще злилась? Или она как и другие теперь считает меня ненормальной, не хочет связываться?

— Отлично, — ответила она, снова утыкаясь в учебник.

— Это хорошо, — пробормотала я, не зная, что еще добавить.

До меня дошел смысл выражения — холодный прием. Даже не смотря на теплые струйки воздуха, поднимающиеся из решеток на полу, я все равно поежилась от холода. Я сдернула со спинки стула куртку и накинула ее на плечи.

На четвертом уроке нас немного задержали, и когда я пришла в столовую, мой стол был уже занят. За ним сидели Майк, Джессика и Анжела, Коннер, Тайлер, Эрик и Лорен. Рыжая Кэти Маршалл — девочка из младших классов, которая жила неподалеку от меня сидела между Эриком и Остином Марксом — старшим братом мальчишки на мотоцикле. Для меня за столом почти не осталось места. Я гадала, сколько они уже сидят в таком составе и когда это успело войти у них в привычку.

Я начала злиться на саму себя. Должно быть, на весь прошедший семестр я заживо похоронила себя для друзей и школы в засыпанном нафталином сундуке.

Никто даже не обратил на меня внимания, когда я уселась рядом с Майком, даже не смотря на жуткий скрип, который огласил всю округу, когда я отодвигала стул.

Я попыталась вникнуть в суть разговора, но Майк и Коннер обсуждали какой-то матч, поэтому эту идею я сразу же забросила.

— А куда сегодня делся Бэн? — спросила Лорен у Анжелы. Я заинтересовано, навострила ушки. Интересно, значило ли это, что Бэн и Анжела все еще встречались?!

Я с трудом узнавала Лорен. Она обстригла свои белокурые, цвета спелой пшеницы, волосы — теперь она была подстрижена под эльфа, настолько коротко, что затылок был почти по-зальчишески выбрит. Вот уж странный выбор для нее. Я мечтала узнать причину такой резкой перемены. Может, в волосах запуталась жвачка и она не смогла ее вытащить? А может, она обстригла свои волосы и продала их? Или ее поймали перед физкультурой, вокруг собралась куча народа, которым она так долго досаждала и они побрили ее? В итоге я решила, что нехорошо с моей стороны, судить о ней по ее прежнему поведению. Насколько я поняла, теперь она превратилась в довольно милого человека.

— У Бена несварение желудка, — сказала Анжела своим тихим, спокойным голосом, — Скорее всего, это лишь небольшое недомогание и все скоро пройдет. Правда, вчера ему было совсем плохо.

Анжела тоже изменила прическу. Она наконец-то избавилась от своих хвостиков.

— И чем вы занимались на выходных? — с наигранным интересом спросила Джессика. Бьюсь об заклад, этот вопрос скорее всего был лишь предлогом, чтобы выложить свою собственную историю. Я все гадала, расскажет ли она ребятам про нашу поездку в Порт. нджелес прямо сейчас, когда я сижу в нескольких метрах от нее. Интересно, станут ли они обсуждать это в моем присутствии?

— Мы хотели устроить пикник на природе в субботу, правда…в итоге мы передумали, — сказала Анжела. На этой фразе я опять немного оживилась.

Джессика тоже отреагировала, — Отменили пикник — какой ужас! — с жаром сказала она. Похоже, я была не единственной, кого заинтересовала эта тема.

— Что случилось? — с любопытством спросила Лорен — Ну… — промямлила Анжела, казалось, что она колеблется, сильнее чем обычно, — мы поехали на север, почти до горячих источников — там есть чудесная лужайка примерно в миле вверх по тропинке. Но, на полдороге туда…нам показалось…

— Что показалось? Что именно? — светлые брови Лорен сошлись на переносице. Даже Джесс сейчас, казалось, прислушивалась.

— Я не знаю, — сказала Анжела — Мы считаем, что это был обычный медведь. Он был черным, но все равно он…был…слишком огромным.

Лорен фыркнула, — Ой, и ты туда же! — ее глаза смотрели с издевкой, и я решила, что ошибалась насчет нее. По всей видимости, изменилась только ее прическа, но не характер. — На прошлой неделе Тайлер тоже пытался заморочить мне этим голову.

— И что, больше ты не поедешь в лес, боишься встретить медведей? — сказала Джессика, занимая издевательскую позицию Лорен.

— Но это правда, — тихо запротестовала Анжела, опустив голову, — мы правда видели его.

Лорен захихикала. Майк все еще разговаривал с Коннером, не обращая внимания на болтовню девчонок.

— Я знаю, она говорит правду, — нетерпеливо бросила я, — Мы тоже в эту субботу встретили человека — это был турист, который тоже видел медведя. Он рассказал, что тот был огромный и черный и встретился как раз недалеко от города. Майк, правда ведь, ты же тоже это слышал?

На мгновение все замолкли. Несколько пар глаз одновременно уставились на меня в недоумении. Эта новенькая девочка, Кэти, так разинула рот, как будто на ее глазах произошел взрыв. Никто даже не шелохнулся.

— Майк, — уже спокойнее сказала я, — Ты же помнишь того парня, который рассказывал нам про медведя?

— Ну д-за, — немного запнулся Майк. Я не поняла, почему он так странно посмотрел на меня. Я же разговаривала с ним об этом на работе? Или не разговаривала? Или я только думала, что разговаривала…

Майк встрепенулся, видя мое замешательство, — Ах, да, приходил один парень, который сказал, что видел огромного черного медведя прямо на туристической тропинке — он был гораздо больше гризли! — подтвердил он.

— Хм… — Лорен с досадой развернулась к Джессике, и тут же сменила тему.

— Вам уже пришел ответ из Калифорнийского Университета? — спросила она.

Теперь все, кроме Майка и Анжелы, слушали Лорен. Анжела неуверенно улыбнулась мне, и я быстро послала ей ответную улыбку.

— А ты чем занималась на выходных, Белла? — слишком уж осторожно спросил меня Майк.

Все, кроме Лорен, опять повернулись в мою сторону, ожидая моего ответа.

— В пятницу вечером мы с Джессикой ездили в Порт. нджелес в кино. А в субботу, после обеда и почти все воскресенье я торчала в Ла Пуш.

Взгляды метнулись в сторону Джессики и обратно на меня. Джессика выглядела рассерженной. Я все гадала, то ли она вообще не хотела, чтобы кто-нибудь узнал о нашей поездке, то ли она сама хотела рассказать эту занимательную историю.

— И на какой фильм вы ходили? — улыбнувшись, спросил Майк.

В тупике” — фильм про зомби, — я состроила гримасу. Может, мне еще удастся исправить то, что я наделала за месяцы полного отключения от жизни.

— Слышал, что фильм очень страшный. Правда что ли? — Майк действительно хотел продолжить нашу беседу.

— Белла так испугалась, что убежала из зала, не дождавшись конца, — коварно улыбнулась Джессика.

Я кивнула, пытаясь изобразить смущение, — Правда, очень страшный фильм.

До конца обеда, Майк не переставая, засыпал меня вопросами. Остальные снова понемногу начали болтать о своем, хотя многие до сих пор с подозрительно поглядывали на меня. Анжела теперь болтала в основном со мной и Майком и когда я поднялась, чтобы выкинуть мусор со своего подноса, она побрела за мной.

— Спасибо, — тихо сказала она, когда мы отошли на безопасное расстояние от стола.

— За что?

— Ну за то, что заступилась за меня.

— Нет проблем.

Она беспокойно посмотрела на меня, но без неприязни, а на манер — “с человеком ведь всякое может случиться”, У тебя все нормально?

Вот поэтому я и выбрала для поездки в Порт. нджелес Джессику вместо Анжелы, хотя она всегда мне больше нравилась. Анжела все чувствовала и слишком близко все воспринимала.

— Не совсем, — призналась я, — но мне уже лучше.

— Я рада, — ответила она, — я скучала по тебе.

В это время Лорен и Джессика медленно проплыли мимо нас, и я услышала как Лорен громко прошептала, — Какое счастье, наша Белла вернулась!

Анжела закатила глаза, кивнув в их сторону, а потом нежно улыбнулась мне. Я вздохнула — похоже все начинало налаживаться.

— Какое сегодня число? — вдруг спросила я.

— Девятнадцатое января.

— Хм…

— А что? — спросила Анжела.

— Вчера исполнился ровно год, как я впервые пришла в эту школу, — задумалась я.

— Думаю, мало что изменилось за это время, — пробормотала Анжела, поглядывая на Лорен и Джессику.

— Да уж, я как раз об этом и подумала. с улыбкой сказала я.