Визитер.

Визитер 

Неестественно безмолвный и бледный, с большими черными глазами, пристально смотревшими мне в лицо, невообразимо красивый, мой посетитель, совершенно неподвижно, ждал меня посередине комнаты.

На секунду мои колени задрожали, и я чуть не упала. Затем я бросилась к ней.

— Элис, о, Элис! — заплакала я, падая на нее.

Я забыла, насколько она была твердой; ощущения были похожи на то, как если бы я с разбега ударилась головой о бетонную стену.

— Белла? — В ее голосе было странное замешательство, смешанное с облегчением.

Я обхватила ее руками, задыхаясь от аромата ее кожи. Он не походил ни на что другое — не цветочный или пряный, цитрусовый или мускусный. Никакие духи в мире не могли с ним сравниться. Моя память не могла точно воспроизвести его.

Я не заметила, как чувство удушья переросло во что-то другое — я поняла, что рыдаю только тогда, когда Элис потянула меня к кушетке в гостиной и посадила к себе на колени. Как будто я сидела съежившись на прохладном камне, на камне, который приятно огибал контуры моего тела. Она нежно погладила меня по спине, ожидая пока я приду в себя.

— Я… прости, — я рыдала. — Я просто… так счастлива… видеть тебя!

— Ничего, Белла. Все в порядке.

— Да, — закричала я. И, на этот раз, это было действительно так.

Элис вздохнула. — Я забыла, насколько ты эмоциональна, — сказала она неодобрительно.

Я посмотрела на нее заплаканными глазами. Шея Элис была напряженна, она как можно дальше отклонилась от меня, плотно сжав губы. Ее глаза были черны как смоль.

— О, — выдохнула я, как только поняла в чем дело. Она испытывала жажду. А я аппетитно пахла. Прошло много времени, с тех пор как я думала о таких вещах. — Прости.

— Это только моя вина. Я слишком давно не охотилась. Я не должна была доводить себя до такого состояния. Но сегодня я очень спешила. — Затем она пристально посмотрела на меня. — Кстати, объясни мне, как ты выжила?

Это быстро привело меня в чувство и остановило рыдания. Я поняла, что должно было произойти, и почему приехала Элис.

Я громко сглотнула. — Ты видела, как я упала.

— Нет, — не согласилась она, сузив глаза. — Я видела, как ты прыгнула.

Я сжала губы, пытаясь придумать не слишком безумное объяснение.

Элис покачала головой. — Я говорила ему, что подобное может произойти, но он не верил. “Белла обещала,” — она так точно сымитировала его голос, что я застыла в шоке, чувствуя как боль растекалась по всему моему телу. — “И не заглядывай в ее будущее,” — она продолжила его цитировать. — Мы и так причинили достаточно вреда.

— Но то, что я не заглядываю, еще не означает, что я не вижу, — продолжила она. — Я не следила за тобой, клянусь, Белла. Просто я уже настроена на тебя…, когда я увидела, что ты прыгнула, я не думала, я просто села в самолет. Я знала, что приеду слишком поздно, но я не могла бездействовать. И затем я добралась сюда, думая, что возможно смогу чем-то помочь Чарли, и тут подъезжаешь ты. — Она встряхнула головой, на сей раз в замешательстве. У нее был усталый голос. — Я видела, как ты нырнула в воду, и я ждала и ждала, что ты вынырнешь, но этого не произошло. Что случилось? И как ты могла так поступить с Чарли? Ты подумала, что с ним может случиться? И с моим братом? Знаешь ли ты, что Эдвард…

Я остановила ее, как только она произнесла его имя. Я позволила ей говорить, даже поняв, что она заблуждается, только чтобы слышать ее прекрасный голос, похожий на звон колокольчика. Но пришло время ее прервать.

— Элис, я не совершала самоубийство.

Она посмотрела на меня с сомнением. — Ты хочешь сказать, что не прыгала с утеса?

— Нет, но … — я состроила гримасу. — Это было развлечение и только.

Она напряглась.

— Я видела как несколько друзей Джейкоба ныряли с утеса, — утверждала я. — Это казалось… весело, и мне было скучно…

Она ждала.

— Я не подумала, как шторм может изменить течение. На самом деле, я не думала о воде вообще.

Элис на это не купилась. Я видела, что она все еще думает, что я пыталась себя убить. Я решила переубедить ее. — Если ты видела, как я нырнула в воду, почему ты не видела Джейкоба?

Она растеряно повернула голову в сторону.

Я продолжила. — Это правда, что я, вероятно, утонула бы, если бы Джейкоб не прыгнул за мной. Ладно, возможно, в это трудно поверить. Но он прыгнул, и вытащил меня, и я предполагаю, что это он оттащил меня назад к берегу, хотя я не помню этого. Под водой я провела не больше минуты, как он вытащил меня. Почему ты не видела этого?

Она недоуменно нахмурилась. — Кто-то вытащил тебя?

— Да. Меня спас Джейкоб.

Я наблюдала за ней с любопытством, по ее лицу промелькнул ряд непонятных мне эмоций. Что-то беспокоило ее — ее несовершенные видения? Но я не была в этом уверена. Затем, она медленно наклонилась и фыркнула мне в плечо.

Я застыла.

— Не будь смешной, — пробормотала она, не обращая на меня внимания.

— Что ты делаешь?

Она проигнорировала мой вопрос. — Кто был с тобой сейчас? Кажется, вы спорили.

— Джейкоб Блэк. Он… что то вроде моего лучшего друга, я так думаю. По крайней мере, он им был …, — я подумала о сердитом, преданном лице Джейкоба, и задалась вопросом, кем он был мне теперь.

Элис озабоченно кивнула.

— Что?

— Я не знаю, — сказала она. — Я не могу с уверенностью сказать, что это означает.

— Хорошо, по крайне мере, я не мертва.

Она закатила глаза. — Глупо с его стороны было думать, что ты выживешь одна. Я никогда не видела никого столь склонного к опасному для жизни идиотизму.

— Я выжила, — отметила я.

Она думала о чем-то еще. — Так, если течение было слишком сильным для тебя, то как этот Джейкоб справился?

— Джейкоб… сильный.

Она услышала, что я говорю с неохотой, и ее брови изогнулись.

Секунду я кусала губы. Это был секрет, или нет? И если это так, тогда кому я больше была преданна? Джейкобу или Элис?

Слишком трудно хранить тайны, решила я. Джейкоб все знал, почему Элис тоже не могла все узнать?

— Видишь ли, ну, в общем, он… что-то вроде оборотня, — призналась я. — Квилеты превращаются в волков, когда вокруг есть вампиры. Они знают о Карлайле давным-завно. Теперь вы с Карлайлом вернетесь?

Мгновение Элис таращила на меня глаза, и затем быстро пришла в себя, часто моргая. — Хорошо, я думаю, это объясняет запах, — пробормотала она. — Но объясняет ли это то, чего я не видела? — Она нахмурилась, ее фарфоровый лоб наморщился.

— Запах? — повторила я.

— Ты ужасно пахнешь, — сказала она рассеянно, все еще хмурясь. — Оборотень? Ты уверена в этом?

— Вполне уверена, — заверила я, вздрогнув, вспоминая Пола и Джейкоба, борющихся на дороге. — Я полагаю, ты не была с Карлайлом в последний раз, когда в Форксе были оборотни?

— Нет. Я его еще не нашла. — Элис все еще терялась в мыслях. Внезапно, ее глаза расширились, и она повернулась, уставившись на меня с потрясенным выражением лица. — Твой лучший друг — оборотень?

Я застенчиво кивнула.

— Как долго это продолжается?

— Не долго, — сказала я, защищаясь. — Он оборотень всего несколько недель.

Она посмотрела на меня с негодованием. — Молодой оборотень? Еще хуже! Эдвард был прав — ты — притягиваешь опасности. Разве ты не должна была держаться от неприятностей подальше?

— Нет ничего плохого в оборотнях, — проворчала я, задетая ее критикой.

— Пока они не теряют самообладание. — Она покачала головой. — Брось, Белла. Любой был бы лучшей компанией, когда вампиры покинули город. Но ты начала болтаться с первыми же монстрами, которых смогла найти.

Я не хотела спорить с Элис — я все еще дрожала от радости, потому что она была здесь, и я могла коснуться ее мраморной кожи и услышать ее голос подобный перезвону колоколов на ветру — но она все поняла неверно.

— Нет, Элис, вампиры, на самом деле, не уехали — не все. В этом вся проблема. Если бы не было оборотней, Виктория бы поймала меня. Чтож, если бы не Джейк и его друзья, Лоран поймал бы меня прежде нее, я так думаю…

— Виктория? — прошипела она. — Лоран?

Я слабо кивнула, встревоженная выражением ее темных глаз. Я ткнула себя в грудь. — Притягивающая неприятности, помнишь?

Она снова тряхнула головой. — Расскажи мне все — с самого начала.

Я рассказала все с начала, не упомянув только мотоциклы и голоса, но описав все остальное произошедшее до сегодняшнего дня, вплоть до сегодняшнего несчастного случая. Элис не понравилось мое неубедительное объяснение о скуке и утесах, так что я поспешно перешла к описанию странного пламени, которое я увидела на воде и о том, что оно могло означать. Ее глаза сузились, превратившись в щелки. Было странно видеть ее взгляд таким… опасным — как у вампира. Я с трудом сглотнула и продолжила рассказ, перейдя к случившемуся с Гарри.

Элис слушала мою историю, не прерывая меня. Иногда качала головой, морщины на лбу углубись и казались вырезанными на ее мраморной коже. Она не говорила и, наконец, я замолчала, снова пораженная горестным ощущением в связи со смертью Гарри. Я думала о Чарли, он скоро должен был прийти домой. В каком состоянии он будет?

— Наш отъезд не принес тебе ничего хорошего, не так ли? — пробормотала Элис.

Я засмеялась, но это был истеричный смех. — Но он не был точкой, не так ли? Это не похоже на тебя, уехать ради моей пользы.

Элис нахмурилась и опустила на мгновение глаза. — Что-ж… я думаю, что я поддалась импульсу сегодня. Я, вероятно, не должна была навязываться.

Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица. Внутри все похолодело. — Не уезжай, Элис, — прошептала я. Мои пальцы схватили ее за воротник белой рубашки, и я учащенно задышала. — Пожалуйста, не оставляй меня.

Ее глаза широко раскрылись. — Хорошо, — сказала она, медленно произнося каждое слово. — Я никуда не уеду сегодня вечером. Дыши глубже.

Я попробовала повиноваться, хотя я не могла определить местонахождение моих легких.

Она наблюдала за моим лицом, в то время как я концентрировалась на дыхании. Она ждала, пока я успокоюсь, прежде чем продолжить.

— Ты будто в аду побывала, Белла.

— Я чуть не утонула сегодня, — напомнила я ей.

— Дело не только в этом. Ты — растеряна.

Я вздрогнула. — Слушай, я прилагаю все усилия.

— О чем ты говоришь?

— Это было не легко. Но я работаю над этим.

Она нахмурилась. — Я говорила ему, — сказала она сама себе.

— Элис, — я вздохнула. — Что ты думала ты здесь обнаружишь? Я имею ввиду, кроме моего трупа? Ты ожидала увидеть меня гуляющей вокруг и насвистывающей веселые мелодии? Ты же хорошо меня знаешь.

— Я знаю. Но я надеялась.

— Тогда, я думаю, я не займу первое место на ярмарке дураков.

Зазвонил телефон.

— Это должно быть Чарли, — сказала я, вставая и пошатываясь. Я схватила каменную руку Элис и потянула ее на кухню. Я не собиралась упускать ее из вида.

— Чарли? — ответила я на звонок.

— Нет, это — я, — сказал Джейкоб.

— Джейк!

Элис внимательно изучала выражение моего лица.

— Решил просто удостовериться, что ты еще жива, — кисло произнес Джейкоб.

— Все хорошо. Я же сказала тебе, что это не…

— Да. Я понял. Пока.

Джейкоб повесил трубку.

Я вздохнула и откинула голову назад, уставившись в потолок. — Это будет проблематично.

Элис сжала мою руку. — Их не волнует, что я здесь-

— Не особенно. Но это их не касается.

Элис обняла меня одной рукой. — Так, что мы теперь будем делать? — размышляла она. На мгновение мне показалось, что она говорит сама с собой. — Что-то делать. Распутать этот клубок.

— Что делать?

Ее лицо внезапно стало обеспокоенным. — Я не знаю точно…, я должна увидеть Карлайла.

Она уезжает так скоро? Внутри все похолодело.

— Ты можешь остаться? — Спросила я. — Пожалуйста? Хоть на чуть. уть. Я так скучала по тебе. — Мой голос прервался.

— Если ты думаешь, что это хорошая идея. — Ее глаза были несчастными.

— Да. Ты можешь остаться здесь — Чарли это понравится.

— У меня есть дом, Белла.

Я кивнула, разочарованная, но покорная. Она колебалась, изучая меня.

— Хорошо, но мне надо забрать чемодан.

Я обняла ее. — Элис, ты лучше всех!

— И я думаю, что мне нужно поохотиться. Немедленно, — добавила она напряженным голосом.

— Ой. — Я шагнула назад.

— Ты можешь обойтись без неприятностей в течение одного часа? — спросила она скептически. Но, прежде, чем я смогла ответить, она подняла один палец и закрыла глаза. Ее лицо стало гладким и отрешенным, на несколько секунд.

Затем ее глаза открылись, и она ответила на свой собственный вопрос. — Да, с тобой все будет хорошо. По крайне мере, сегодня. — Она состроила гримасу. Даже строя рожи, она была похожа на ангела.

— Ты вернешься? — Спросила я тихим голосом.

— Обещаю — один час.

Я посмотрела на часы на кухонном столе. Она засмеялась и быстро наклонилась, чтобы поцеловать меня в щеку. Затем она ушла.

Я глубоко вздохнула. Элис вернется. Я внезапно почувствовала себя очень хорошо.

Мне нужно было много чего сделать, пока я ждала Элис. Душ — определенно был первым на повестке дня. Я принюхалась, пока раздевалась, но не почувствовала ничего кроме запаха морской воды и водорослей. Я задалась вопросом, что Элис подразумевала под фразой — ты плохо пахнешь.

Приняв душ, я вернулась на кухню. Я не увидела признаков того, что Чарли недавно обедал, и возможно он вернется проголодавшимся. Я тихо напевала себе под нос пока шла на кухню.

Пока запеканка, приготовленная в четверг, вращалась в микроволновке, я приготовила кушетку с простынями и старой подушкой. Элис не нуждалась в них, но это необходимо увидеть Чарли. Я боялась смотреть на часы. Не было причины впадать в панику; Элис обещала.

Я поспешила посмотреть, как готовится обед, не пробуя его на вкус — потому что чувствовала боль в ободранном горле. По большей части я хотела пить; я, должно быть, выпила пол галлона воды к моменту, когда я закончила. Морская соль в моем организме должно быть вызвала обезвоживание.

Ожидая, я решила посмотреть телевизор.

Элис была уже там, сидя на импровизированной кровати. Ее глаза были цвета расплавленной ириски. Она улыбнулась и погладила подушку. — Спасибо.

— Ты рано, — произнесла я, обрадовано.

Я села рядом с ней и положила голову ей на плечо. Она обняла меня холодными руками и вздохнула.

— Белла. Что нам с тобой делать?

— Я не знаю, — призналась я. — Я действительно старалась.

— Я тебе верю.

Воцарилась тишина.

— Он… он знает…, — я глубоко вздохнула. Было тяжело произнести его имя вслух, даже притом, что я была в состоянии думать о нем. — Эдвард знает, что ты — здесь? — Я не могла не спросить. В конце концов, это была моя боль. Я бы смирилась с ней после ее ухода, пообещала я сама себе, мысленно уже чувствуя себя больной.

— Нет.

Был только один верный способ. — Он не с Карлайлом и Эсме?

— Он приезжает каждые несколько месяцев.

— О… — Он должно быть все еще не насладился своими развлечениями. Я сосредоточила свое любопытство на более безопасной теме. — Ты сказала, что прилетела сюда … Откуда ты приехала?

— Я была в Денали. Навещала семью Тани.

— Джаспер — здесь? Он приехал с тобой?

Она тряхнула головой. — Он не одобрил мое вмешательство. Мы обещали …, — она затихла, а затем заговорила другим тоном. — Ты думаешь, Чарли не будет возражать против моего присутствия? — спросила она и я различила нотки волнения.

— Чарли думает, что ты замечательная, Элис.

— Чтож, скоро узнаем.

Достаточно уверенная в этом, я через несколько секунд услышала рев патрульной машины на дороге. Я подпрыгнула и заторопилась к двери.

Чарли медленно тащился, уставившись глазами в землю и опустив плечи. Я пошла навстречу; он даже не увидел меня, пока я не обняла его за талию. Он обнял меня с отчаяньем.

— Я так сожалею о Гарри, папа.

— Я буду тосковать без него, — пробормотал Чарли.

— Как Сью?

— Она в шоке и еще не до конца все осмыслила. С ней остался Сэм… — его голос становился все громче. — Бедные дети. Лея только на год старше тебя, а Сету — только четырнадцать …, — он покачал головой.

Его руки напряглись, когда он подошел к двери.

— Гм, папа? — Я подумала, что будет лучше его предупредить. — Ты никогда не догадаешься, кто приехал.

Он безучастно смотрел на меня. Он повертел вокруг головой и увидел припаркованный через улицу Мерседес, свет на крыльце отражался от черной блестящей поверхности. Прежде, чем он отреагировал, Элис уже стояла в дверном проеме.

— Привет, Чарли, — сказала она подавленным голосом. — Я сожалею, что приехала в такой неудачный момент.

— Элис Каллен? — он смотрел на небольшую фигуру перед ним, не веря своим глазам. — Элис, — это ты?

— Да — я, — подтвердила она. — Я была неподалеку.

— Карлайл…?

— Нет, я одна.

Мы с Элис знали, что он спрашивал не о Карлайле. Его рука напряглась на моем плече.

— Она может остаться здесь, правда? — Я умоляла. — Я уже попросила ее.

— Конечно, — сказал Чарли механически. — Мы рады тебя видеть, Элис.

— Спасибо, Чарли. Я знаю, сейчас неудачное время.

— Нет, все хорошо, правда. Я буду занят, помогая всем, чем смогу семье Гарри; будет хорошо, если у Беллы будет небольшая компания.

— На столе для тебя приготовлен обед, пап, — сказала я ему.

— Спасибо, Белл. — Он еще раз сжал мое плечо и шаркающей походкой отправился в кухню.

Элис вернулась к кушетке, и я последовала за ней. На сей раз, она притянула мою голову себе на плечо.

— Ты выглядишь уставшей.

— Да, — согласилась я, и пожала плечами. — Все это из-за событий чуть не ставших фатальными… Так, что Карлайл думает о твоей поездке сюда?

— Он не знает. Он и Эсме были в охотничьей поездке. Я получу известие от него через несколько дней, когда он вернется.

— Ты не скажешь ему, хотя … когда он снова приезжает? — Спросила я. Она знала, что сейчас я говорю не о Карлайле.

— Нет. Он откусил бы мне голову, — сказала Элис мрачно.

Я засмеялась и затем вздохнула.

Я не хотела спать. Мне хотелось разговаривать с Элис всю ночь напролет. И было не важно, что я устала, хотя провалялась на софе Джейкоба целый день. Но — плавание. действительно отняло много сил, и мои глаза не долго останутся открытыми. Я положила голову на ее каменное плечо, и погрузилась в мирное забытье, на какое я даже и не надеялась.

Я рано проснулась от глубокого и лишенного сновидений сна, чувствуя себя хорошо. тдохнувшей, но одеревеневшей. Я лежала на кушетке, обернутая одеялом, которое я достала для Элис, и я слышала их разговор на кухне. Кажется, Чарли накрывает ей завтрак.

— Насколько все было плохо, Чарли? — нежно спросила Элис, и сначала я подумала, что они говорят о Клирвотерах.

Чарли вздохнул. — Очень плохо.

— Расскажи мне все. Я хочу знать точно, что случилось, после того как мы уехали.

Возникла пауза между закрытием буфета и щелчком секундной стрелки на часах. Я ждала съежившись.

— Я никогда не чувствовал себя настолько беспомощным, — медленно начал Чарли. — Я не знал, что делать. В первую неделю — я думал о ее госпитализации. Она не ела, не пила и не двигалась. Доктор Джеранди назвал ее состояние — кататонией, но я не позволил ему ее осмотреть. Я боялся, что это испугает ее.

— Она так и не вышла из этого состояния?

— Я хотел, чтобы Рене приехала и забрала ее во Флориду. Я просто не хотел быть тем… кому придется отвозить ее в больницу. Я надеялся, что с матерью ей будет легче. Но когда мы стали упаковывать ее одежду, она так разошлась. Я никогда не видел, чтобы Белла закатывала такие истерики. У нее никогда не было приступов гнева, но, Боже, она была в ярости. Она бросала одежду и кричала, что мы не заставим ее уехать — и затем она, наконец, разрыдалась. Я думал, что это будет поворотным моментом. Я не спорил, когда она настаивала на том, чтобы остаться здесь… и она, казалось действительно начала поправляться…

Чарли затих. Было трудно слушать это, понимая, сколько боли я ему доставила.

— Но? — подсказала Элис.

— Она вернулась в школу и на работу, она ела и спала, делала домашнюю работу. Она отвечала, когда кто-то задавал ей прямой вопрос. Но она была… пустой. Ее глаза были пустыми. Было еще много мелочей — она больше не слушала музыку; я нашел компакт-диски в мусоре. Она не читала; она не оставалась в комнате при включенном телевизоре, хотя она и раньше не особенно его смотрела. Я, наконец, понял — она избегала всего, что могло напомнить ей о… нем.

— Мы едва могли говорить; я так боялся сказать что-нибудь, что расстроит ее — самые незначительные вещи заставляли ее вздрагивать — и она никогда не проявляла инициативу. Она только отвечала, когда я ее о чем-то спрашивал.

— Она все время была одна. Она не звала друзей, и через некоторое время, они перестали звонить.

— Были ночи, в которые смерть как будто ходила вокруг нее. Я все еще слышу ее крики во сне…

Я почти видела, как он задрожал. Я тоже задрожала, вспоминая. И затем я вздохнула. Я не дурачила его, ни одну секунду.

— Я так сожалею, Чарли, — мрачно произнесла Элис.

— Это не твоя вина. — Из того, как он это сказал, становилось совершенно ясно, кого он за это считал ответственным. — Ты всегда была ей хорошим другом.

— Сейчас ей кажется уже лучше.

— Да. С тех пор, как она начала общаться с Джейкобом Блэком, я заметил видимое улучшение. Появился румянец на щеках, когда она приходит домой, ее глаза сверкают. Она счастлива. — Он сделал паузу, когда он заговорил снова его голос изменился. — Он приблизительно на год ее моложе, и я знаю, что она думает о нем как о друге, но я думаю, возможно, сейчас это больше чем дружба… ну или скоро так будет. — Чарли сказал это почти воинственным тоном. Это было предупреждение, не для Элис, но для нее, чтобы она передала. — Джейк, старше своих лет, — продолжил он, все еще защищаясь. — Он физически заботится о своем отце, также как Бэлла заботится о своей матери эмоционально. Это сделало его зрелым. Он также красивый парень — это у него от матери. Ты знаешь, он подходит Белле, — настаивал Чарли.

— Тогда это хорошо, что у нее есть он, — согласилась Элис.

Чарли глубоко вздохнул, не зная, что можно возразить. — Хорошо, я думаю, что это длительные отношения. Я не знаю… даже с Джейкобом, время от времени я вижу что-то в ее глазах, и я думаю, сколько же у нее внутри боли на самом деле. Это не нормально, Элис, и это… это пугает меня. Не нормально вообще. Как будто кто-то… не просто ее оставил, а умер. — Его голос звучал надтреснуто.

Как будто кто-то умер — как будто я умерла. Потому что, это было больше, чем потерять самую настоящую любовь, хотя и этого достаточно, чтобы убить любого. Терялось целое будущее, целая семья — целая жизнь, которую я выбрала …

Чарли продолжал безнадежным тоном. — Я не знаю, собирается ли она вырваться из этого — я не уверен, способна ли она исцелиться. Она всегда была такой постоянной, даже в мелочах. Она не бросает вещи, не меняет мнение.

— Она — одна в своем роде, — согласилась Элис сухим голосом.

— И Элис … — Чарли колебался. — Теперь, ты знаешь, я тепло к тебе отношусь, и я вижу, что она рада тебя видеть, но… я немного волнуюсь о том, что твой приезд ей принесет.

— Я тоже, Чарли, я тоже. Я не приехала бы, если бы я знала. Я сожалею.

— Не извиняйся, милая. Кто знает? Возможно это хорошо на нее повлияет.

— Я надеюсь, что вы правы.

Они замолчали, было слышно, как вилки скребут по тарелкам и как жует Чарли. Я задавалась вопросом, куда Элис прятала еду.

— Элис, я должен спросить тебя о чем-то, — сказал Чарли смущенно.

Элис была спокойна. — Спрашивайте.

— Он не вернется, чтобы увидится, не так ли? — я слышала подавленный гнев в голосе Чарли.

Элис ответила нежным, успокаивающим тоном. — Он даже не знает, что я — здесь. В последний раз, когда я говорила с ним, он был в Южной Америке.

Я напряглась, услышав новую информацию, и прислушалась.

— Ну, хоть какая-то информация. — Чарли фыркнул. — Хорошо, я надеюсь, что он наслаждается.

Впервые, голос Элис прозвучал со стальными нотками. — Я бы так не сказала, Чарли. — Я знала, как вспыхивают ее глаза, когда она говорила таким тоном.

С громким звуком стул отодвинулся от стола. Я представила, как Чарли встал; не было слышно, чтобы Элис тоже поднялась. Из крана побежала вода, попадая на тарелку.

Кажется, они больше не будут говорить об Эдварде, поэтому я решила, что мне пора проснуться.

Я перевернулась, подпрыгивая на пружинках, заставляя их скрипеть. Затем я громко зевнула.

На кухне была тишина.

Я потянулась и застонала.

— Элис? — Спросила я невинно; болезненное ощущение в горле изменило мой голос.

— Я на кухне Белла, — крикнула Элис, никакого намека в голосе, что она в курсе, что я подслушивала. Но она была способна скрывать подобные вещи.

Чарли должен был уехать — он помогал Сью Клирвотер с похоронами. Без Элис это был бы очень долгий день. Она не говорила об отъезде, и я не спрашивала ее. Я знала, что это было неизбежно, но я гнала эти мысли из своей головы.

Вместо этого мы говорили о ее семье — обо всех, кроме одного.

Карлайл работал ночами в Итаке и время от времени преподавал в Корнелле. Эсме восстанавливала дом семнадцатого века, исторический памятник, в лесу к северу от города. Эмметт и Розали ездили в Европу на несколько месяцев в очередной медовый месяц, но уже вернулись. Джаспер был в Корнелле, на сей раз изучал философию. Элис провела личное расследование, относительно информации, которую я случайно раскрыла ей прошлой весной. Она разыскала прибежище, где она провела последние годы ее человеческой жизни. Жизни, о которой она ничего не помнила.

— Меня звали Мэри Элис Брэндон, — сказала она мне спокойно. — У меня была младшая сестра по имени Синтия. Ее дочь — моя племянница — все еще жива и живет в Билокси.

— Ты узнала, почему они поместили тебя в… то место? — Что привело родителей к такому поступку? Даже если их дочь и видела будущее…

Она только тряхнула головой, ее глаза цвета топаза были задумчивы. — Я мало, что про них нашла. Я прочитала все старые газеты на микропленке. Моя семья не часто упоминалась; они не входили в тот социальный круг, о котором пишут газеты. Там было об обручении моих родителей и Синтии. — Она неуверенно произнесла ее имя. — Было объявление о моем рождении… и о моей смерти. Я нашла свою могилу. Я украла свои бумаги о помещении меня туда из старых архивов клиники. Дата на бумаге о принятии та же, что и на надгробной плите.

Я не знала, что сказать, и после небольшой паузы Элис перешла к более нейтральным темам.

Каллены снова были вместе, за одним исключением, проводя весенние каникулы в Денали с Таней и ее семьей. Я слишком нетерпеливо слушала даже самые тривиальные новости. Она никогда не упоминала о том, кто меня больше всего интересовал, и за это я была ей благодарна. Было достаточно слушать истории семьи, к которой я когда-то мечтала принадлежать.

Чарли вернулся, когда уже было темно, и выглядел еще более измученным, чем прежде. Он должен был рано утром снова вернуться в резервацию на похороны Гарри. Я снова осталась на кушетке с Элис.

Я не узнала Чарли, когда он спускался по лестнице, еще до восхода солнца, одетый в старый костюм, в котором я никогда не видела его прежде. Пиджак был расстегнут; я подумала, что ему сложно застегнуть его на пуговицы. Его галстук был немного широковат по нынешней моде. Он подошел на цыпочках к двери, стараясь не разбудить нас. Я позволила ему уйти, притворяясь спящей, пока Элис откинулась в глубоком кресле.

Как только он вышел из дома, Элис села. Под стеганым одеялом, она была полностью одета.

— Так, чем займемся сегодня? — спросила она.

— Я не знаю — может ты придумаешь что-нибудь интересное?

Она улыбнулась и тряхнула головой. — Но еще слишком рано.

Все то время, что я провела в Ла. уш, означало кучу вещей, которыми я пренебрегла дома, и я решила взяться за работу по дому. Я хотела сделать что-нибудь, чтобы облегчить жизнь Чарли, возможно чистый, убранный дом улучшит его самочувствие. Я начала с ванной — в ней слишком много было следов пренебрежения.

Пока я работала, Элис прислонилась к дверному косяку и задавала беспечные вопросы о моих, ну в общем, наших друзьях из средней школы и что у них нового с тех пор, как она уехала. Ее лицо было все таким же обычным и невозмутимым, но я ощущала ее неодобрение, когда она поняла, как мало я могла ей рассказать. Или возможно это просто разыгравшаяся совесть после подслушанного вчера утром разговора с Чарли.

Когда раздался звонок в дверь, я по локти была в комете, вычищая ванну.

Я сразу посмотрела на Элис, она была озадаченна, почти взволнованна. Это было странно, Элис нельзя было застать врасплох.

— Минутку! — Крикнула я в направлении входной двери, вставая и быстро ополаскивая руки.

— Белла, — Элис сказала расстроенным голосом, — я догадываюсь, кто бы это мог быть, и я думаю, что я должна уйти.

— Догадываешься? — отозвалась я эхом. С каких пор Элис догадывается?

— Если это — повторение моей вопиющей ошибки в предвидении как вчера, то это — скорее всего Джейкоб Блэк или один из его… друзей.

Я уставилась на нее, соединяя все воедино. — Ты не можешь видеть оборотней?

Она состроила гримасу. — Кажется. — Она была раздражена этим фактом — очень раздражена.

Снова зазвонил дверной звонок — два раза, быстро и нетерпеливо.

— Тебе никуда не надо идти, Элис. Ты пришла первая.

Она засмеялась своим серебристый смехом — с темной гранью. — Доверься мне — это не очень хорошая идея, оставить меня и Джейкоба Блэка в одной комнате.

Она быстро поцеловала меня в щеку и исчезла за дверью в комнате Чарли, и без сомнения вылезла через его заднее окно.

В дверь снова позвонили.