Секта.

Секта 

Каждое утро, когда я открывала глаза, я с изумлением понимала, что пережила еще одну ночь. Когда удивление проходило, мое сердце начинало бешено колотиться, а ладони становились влажными; я не могла спокойно дышать до тех пор, пока не вытаскивала себя из постели и не убеждалась, что Чарли все еще цел и невредим.

Я прекрасно знала, что он переживал — видя, как я подскакиваю от каждого резкого звука или бледнею без причины. По его постоянным вопросам, можно было предположить, что он винит во всем этом Джейкоба, его затянувшееся отсутствие.

Постоянный ужас вытеснил из моей головы даже то, что уже прошла целая неделя, а Джейкоб все еще не позвонил мне. Но когда я могла сосредоточиться на нормальной жизни — если конечно мою жизнь можно было назвать нормальной — я очень расстраивалась.

И ужасно скучала по нему.

Меня и так терзало одиночество, да еще и этот глупый страх. Теперь, больше чем когда бы то ни было, я мечтала о его беззаботном и заразительном смехе. Я нуждалась в безопасности его самодельного гаража и теплоте его рук, сжимающих мои холодные пальцы.

В понедельник, я все еще ждала, что он позвонит. Если бы с Эмбри хоть что-то прояснилось, разве он не захотел бы мне рассказать? Я надеялась, что это просто забота о друге, которая занимает почти все его свободное время, а не попытка отвязаться от меня.

Я позвонила ему во вторник, но мне опять никто не ответил. Может, телефонные линии еще не починили? Или Билли поставил определитель номера?

В среду я названивала им каждые полчаса до одиннадцати часов вечера, безнадежно надеясь услышать теплый голос Джейкоба.

В четверг я просидела битый час за рулем пикапа у своего дома, с запертыми дверями, и с ключами в руке. Я убеждала себя, доказывая, что поездка в Ла. уш не займет много времени, но так и не смогла решиться.

Я знала, что Лоран вернулся Виктории. Если я поеду в Ла. уш, то имею все шансы нарваться на одного из них. А что, если они встретят меня, когда Джейк будет рядом? Как сильно меня это не ранило, я знала, что будет лучше, если Джейкоб пока будет избегать меня. Для его же блага.

К сожалению, я не смогла еще придумать способа, как защитить Чарли. Ночное время было бы для них идеальным, чтобы прийти искать меня здесь. И как я смогу вытащить из дома Чарли ночью? Если я скажу ему правду, то он запрет меня где-нибудь в мягкой комнате. Я вынесла бы даже это, с радостью, если бы, таким образом, могла сохранить ему жизнь. Но Виктория, в поисках меня, все равно сперва проберется в его дом. А если она найдет меня здесь, возможно, она останется довольна этим. Может она уйдет сразу, как покончит со мной.

Итак, сбежать я не могла. Даже если бы я захотела, куда мне бежать? К Рене? Я с дрожью представила, как приведу за собой в такой солнечный и безопасный мир моей матери смертоносные тени своих преследователей. Я никогда не подвергну ее такой опасности.

Мне казалось, что волнение проедает дыру у меня в желудке. Возможно, скоро у меня откроется язва.

В этот вечер Чарли опять оказал мне услугу и позвонил Гарри, чтобы выяснить, уехали ли Блэки из города. Гарри ответил, что видел Билли на вечернем собрании совета в среду, и тот даже не заикнулся об отъезде. Чарли попытался успокоить меня, что бы я не терзалась попусту, и сказал, что Джейкоб наверняка позвонит мне, как только сможет.

После обеда в пятницу, по дороге домой из школы, меня наконец осенило.

Я не обращала внимания на привычную дорогу, позволяя звукам двигателя убаюкивать мой мозг, заглушая волнение, но тут в моем мозгу возникло объяснение ситуации, которое уже видимо долгое время формировалось у меня в подсознании.

Как только я подумала об этом, я почувствовала себя ужасно глупо, потому что не замечала этого раньше. Ну конечно. На уме были разные вещи — то преследующие меня вампиры, то гигантские волки, то незаживающая рана в груди — но когда эта мысль пришла на ум, то она показалась слишком очевидной.

Джейкоб меня избегает. По мнению Чарли, в последний раз он выглядел странно и был расстроен… потом Билли со своей рассеянностью и неопределенными ответами…

Святые угодники, я точно знала, что происходит с Джейкобом.

Это все Сэм Ули. Даже мои ночные кошмары пытались дать мне подсказку. Сэм добрался до Джейкоба. С моим другом случилось то же самое, что происходило до этого и с другими мальчишками из резервации. Сэм все-заки втянул его в свою секту.

И он вовсе не бросал меня, теперь я поняла это, в порыве чувств.

Я остановила машину около дома, не заглушая двигатель, и стала размышлять. Что же мне делать? Я взвесила оба варианта, и оба они были не безопасны.

Если я поеду навестить Джейкоба, то я рискую наткнуться на Лорана или Викторию.

А если не поеду, то Сэм окончательно запугает его, заставляя вступить в его ужасную банду. Может быть слишком поздно, если я не начну действовать сейчас же.

Прошла целая неделя, а вампиры так и не появились. Одной недели им вполне хватило бы, чтоб вернуться сюда, поэтому, скорее всего, я для них не такая уж важная птица. И потом, наверняка они придут за мной ночью. Шанс, что они последуют за мной в Ла. уш, был даже меньше, чем шанс отвоевать Джейкоба у Сэма.

Самую большую опасность представляла уединенная лесная дорога. Это не праздная поездка, чтобы просто разузнать что происходит. Я точно знала, что происходит. Это скорее спасательная операция. Я собиралась поговорить с Джейкобом — и если понадобиться, то выкрасть его. Однажды, я видела по телевизору государственную программу о промывке мозгов. Люди потом проходят целый курс лечения.

Я решила сначала позвонить Чарли. Может быть полиция в курсе того, что происходит в Ла. уш. Я сломя голову помчалась в дом.

Чарли сам поднял трубку в полицейском участке.

— Начальник Свон.

— Пап, это Белла.

— Что случилось?

Сейчас было не самое время спорить с его привычкой предполагать самое страшное. Мой голос дрожал.

— Я волнуюсь за Джейкоба.

— Почему? — спросил он, удивленный неожиданным поворотом нашего разговора.

— Я думаю…я думаю, что в резервации происходят странные вещи. Джейкоб говорил мне, что с мальчиками его возраста происходит что-то странное. Теперь с ним тоже творится что-то неладное, поэтому я и испугалась.

— Что именно происходит? — тут он заговорил своим профессиональным, полицейским языком. Это хорошо; значит, он принимает меня в серьез.

— Сначала он был напуган, а потом начал меня избегать, а теперь…я боюсь, что он вступил в ту странную группировку, в банду Сэма. В банду Сэма Ули.

— Сэм Ули? — опять удивленно переспросил Чарли.

— Да.

Голос Чарли немного смягчился, когда он ответил, — Я думаю, ты ошибаешься, Беллс. Сэм Ули хороший парень. Ну, теперь, пожалуй, уже мужчина. Хороший сын. Ты должна была слышать, как о нем рассказывал Билли. Он творит настоящие чудеса с молодежью в резервации. Он единственный, кто… — Чарли запнулся на полуслове и я подумала, что он вспомнил о той ночи, когда я заблудилась в лесу. Я быстро продолжила.

— Папа, я не об этом. Джейкоб боялся его.

— Ты говорила об этом с Билли? — он уже пытался меня успокоить. Он сразу перестал слушать меня серьезно, как только речь зашла про Сэма.

— Билли это не волнует.

— Хорошо, Белла, тогда я уверен, что все в порядке. Джейкоб еще совсем ребенок; Наверняка он просто слоняется где-то без дела. Кроме того, он не может проводить с тобой каждую свободную минуту.

— Да дело не во мне, — настаивала я, но это сражение уже было проиграно.

— Не думаю, что тебе стоит волноваться из-за этого. Пусть Билли сам позаботиться о Джейкобе.

— Чарли… — жалобно задрожал мой голос.

— Беллс, у меня дел по горло. Два туриста пропали с тропинки, недалеко от озера. — В его голосе послышалась сильная тревога. — Эта проблема с волками вышла из под контроля.

Эта новость мгновенно отвлекла меня — почти оглушила. Никакие волки не смогли сравниться с Лораном…

— Ты уверен, что это именно волки? — спросила я.

— Боюсь, что да, милая. Там были… — Он замялся. — Там снова были следы и …на этот раз даже кровь.

— Ох! — теперь мне не надо было никаких подтверждений. Лоран, конечно же, просто сбежал от волков, но почему? Все, что я видела на лужайке, с каждым днем становилось для меня все более загадочным — и более недоступным пониманию.

— Послушай, мне правда надо идти. Не волнуйся за Джейка, Белла. Я уверен, ничего страшного с ним не произошло.

— Хорошо, — разочарованно ответила я, его слова напомнили мне о более важном деле. — Пока, — и я повесила трубку.

Я смотрела на телефон еще какое-то время. Какого черта, наконец решилась я.

Билли ответил мне после второго гудка.

— Алло?

— Привет, Билли, — почти рявкнула я. Продолжив, я попыталась смягчить тон на более дружелюбный. — Можно я поговорю с Джейкобом, пожалуйста?

— Джейка нет дома.

Вот так новость, — А ты знаешь, где он?

— Он ушел с друзьями, — осторожно ответил Билли.

— Правда? Я кого-нибудь из них знаю? Квил, например? — я говорила не буднично, а как будто с тайным подтекстом.

— Нет, — медленно сказал Билли. — Не думаю, что он сегодня с Квилом.

Я уже догадалась, что имя Сэма лучше не произносить.

— Эмбри? — спросила я.

Казалось, Билли даже обрадовался, ответив, — Да, он с Эмбри.

Этого было достаточно для меня. Эмбри тоже был одним из них.

— Хорошо, попроси его позвонить мне, когда он вернется, ладно?

— Конечно, конечно. Нет проблем, — и я тут же услышала отбой в трубке.

— Увидимся, Билли, — проворчала я уже в молчащую трубку.

Я поехала в Ла. уш, решительно приготовившись к ожиданию. Если понадобится, то я просижу возле его дома всю ночь. И даже прогуляю школу. Мальчишка же должен будет когда-нибудь вернуться домой, и когда он вернется, он будет обязан со мной поговорить.

Я была так напряжена над размышлением о поездке, которая меня очень пугала, что дорога заняла, казалось, всего несколько секунд. Еще до того, как я ожидала, лес начал редеть и я поняла, что сейчас увижу первые небольшие домики резервации.

Вдруг я увидела высокого парня в бейсбольной кепке, который шел по левой стороне дороги.

Я на минуту затаила дыхание, надеясь, что вдруг удача повернулась ко мне лицом и я просто наткнусь на Джейкоба, без всяких ухищрений. Но этот был намного крупнее и волосы под кепкой были коротко острижены. Даже со спины, я была уверена, что это Квил, хотя он выглядел еще больше, чем в последний раз, когда я его видела. Что происходит с мальчишками квилетами? Может их пичкают экспериментальными гормонами роста?

Я выехала на встречную полосу и остановилась рядом с ним. Когда мой пикап подъехал ближе, он поднял глаза.

Выражения лица Квила больше испугало меня, чем удивило. На лице застыло задумчивое и довольно мрачное выражение, а лоб сморщился от тревоги.

— Ох, привет, Белла, — довольно вяло поприветствовал меня он.

— Привет, Квил…с тобой все в порядке?

Он угрюмо посмотрел на меня. — Все отлично.

— Может тебя подвезти куда-нибудь? — предложила я.

— Думаю, да, — пробормотал он. Он обошел вокруг моего пикапа и открыл дверь с пассажирской стороны, чтобы скользнуть внутрь.

— Куда?

— Мой дом на северной стороне, позади магазина, — сказал он.

— Ты видел сегодня Джейкоба? — этот вопрос вырвался у меня, как только он замолчал.

Я напряженно смотрела на Квила, ожидая его ответа. Он отвернулся к окну, перед тем как ответил. — Издалека, — наконец выдавил он.

— Издалека? — повторила я.

— Я попытался догнать их — он был с Эмбри, — его голос был настолько тихим, что сквозь рев двигателя его почти не было слышно. Я наклонилась поближе к нему. — Я знаю, что они заметили меня. Но они отвернулись и просто исчезли в деревьях. Думаю, они были не одни — Сэм с его командой наверняка были с ними.

— Я еще час блуждал по лесу, звал их. Я ведь только что отыскал дорогу из леса, когда ты меня подобрала.

— Значит Сэм все-заки добрался до него, — мои слова немного исказились, так как я плотно сжала зубы.

Квил посмотрел на меня, — Ты знаешь об этом?

Я качнула головой, — Джейк рассказал мне…еще раньше, до этого.

— До этого, — повторил Квил и вздохнул.

— Джейкобу сейчас также плохо, как и всем остальным?

— Он ни на шаг не отходит от Сэма, — Квил отвернулся и плюнул в открытое окно.

— А до этого — он избегал всех? Был расстроен?

Его голос стал тихим и глухим. — Не так долго, как остальные. Наверное, всего один день. Потом Сэм быстренько взялся за него.

— А твое мнение, что это такое? Наркотики или еще что-то?

— Я ни разу не видел, чтобы Джейкоб или Эмбри увлекались этим… но откуда мне знать? Что же еще это может быть? И почему только старейшины не волнуются? — он тряхнул головой и в его глазах засветился страх. — Джейкоб не хотел примыкать к этой… секте. Не знаю, что заставило его измениться. — он посмотрел на меня и на лице был написан страх. — Я не хочу быть следующим.

В моих глазах отразился его страх. Уже второй раз я слышала, что это называли сектой. По спине побежали мурашки. — А твои родители помогают?

Он сморщился. — Да уж. Мой дед председательствует с дедом Джейкоба. Как он часто говорит, Сэм Ули — это лучшее, что могло произойти здесь.

Мы несколько минут просто смотрели друг на друга. Мы уже приехали в Ла. уш и мой пикап едва полз по пустынной дороге. Впереди виднелся единственный деревенский магазин.

— Я выйду здесь, — сказал Квил. — Вот мой дом. — Он рукой показал на маленький деревянный прямоугольник, позади магазина. Я свернула на обочину и он выпрыгнул из машины.

— Я собираюсь пойти к Джейкобу и дождаться его, — прокричала ему я.

— Удачи, — он хлопнул дверью и зашаркал по дороге. Он опять низко склонил голову и опустил плечи.

Выражение лица Квила не давало мне покоя, я развернулась и направилась к дому Блэков. Он явно был напуган, что будет следующим. Что же здесь происходит?

Я остановилась у дома Джейкоба, заглушила мотор и открыла окна. Сегодня было очень душно, ни ветерка. Я положила ноги на панельную доску и приготовилась ждать.

Тут я боковым зрением уловила какое-то движение — обернулась и заметила, что совершенно сбитый с толку, Билли смотрит на меня через окно из дома. Я тут же помахала ему и улыбнулась одними губами, но осталась сидеть на своем месте.

Он прищурил глаза и плотно зашторил окно.

Я готова была ждать столько, сколько понадобиться, но мне нужно было хоть чем-то занят себя в это время. Я откопала ручку на дне своего рюкзака и старый тест. Я начала выводить каракули на обратной стороне клочка бумаги.

Я только успела нацарапать один ряд алмазов, когда в мою дверь кто-то резко постучал.

Я даже подскочила от неожиданности и быстро подняла глаза, ожидая увидеть Билли.

— Что ты здесь делаешь, Белла? — прорычал Джейкоб.

Я уставилась на него, потеряв дар речи.

С тех пор как я его видела в последний раз, прошла всего неделя, но он радикально изменился. Первое, на что я обратила внимание это его волосы. Его прекрасные длинные волосы теперь почти исчезли, они были острижены настолько коротко, что его голову будто покрыли чернильными блеском, словно черный сатин. Черты лица заострились еще сильнее, и выглядеть он стал… старше. Шея и плечи тоже изменились — они явно стали мощнее. Когда он своими огромными ручищами схватился за окно моей машины, на его бронзовый руках вздулись вены и сухожилия. Все остальные в нем осталось прежним.

Выражение его лица делало его почти неузнаваемым. Открытая, дружелюбная улыбка исчезла вместе с волосами, а теплота его черных глаз сменилась на пугающее выражение негодования. Сейчас в нем открылась темная сторона. Мое солнце словно взорвалось.

— Джейкоб? — прошептала я.

Он окинул меня озлобленным и напряженным взглядом.

Я поняла, что мы были не одни. Позади него стояли еще четверо; все высокие, темнокожие и тоже с коротко стрижеными волосами, как у Джейкоба. Они могли бы сойти за братьев — я даже не смогла сразу различить в этой группе Эмбри. Сходство усиливалось из-за поразительно одинаковой враждебности во взглядах.

Во всех, кроме одного. Несколькими годами старше других, Сэм стоял позади всех со спокойным и даже безмятежным выражением на лице. Мне пришлось сглотнуть ком, застрявший в горле. Я захотела ударить его. Нет, я хотела большего, чем просто ударить. Больше всего сейчас я хотела оказаться безжалостной и смертоносной, чтобы никто не смог со мной справиться. Кем-то, кто легко напугал бы сейчас даже Сэма Ули.

Я захотела стать вампиром.

Это неистовое желание застало меня врасплох, так что у меня даже перехватило дыхание. Перейти на сторону врага — для меня это было самое запретное желание из всех, и поэтому самое болезненное, даже если я мечтала об этом по такому случаю, как этот. Такое будущее было потеряно для меня навсегда, хотя оно никогда и не было для меня возможным. Я попыталась взять себя в руки еще до того, как моя рана в груди начала глухо ныть.

— Чего ты хочешь? — резко спросил Джейкоб, и, увидев какие эмоции промелькнули на моем лице, выражение его лица изменилось на еще более возмущенное.

— Я хочу поговорить с тобой, — тихо сказала я. Я попыталась сосредоточиться, но все еще не могла избавиться от мыслей о моей запретной мечте.

— Ну давай, — прошипел он, сквозь стиснутые зубы. Он злобно посмотрел на меня. Я никогда его таким не видела, за всю свою жизнь. Это неприятно удивило меня — острая боль пронзила мой мозг.

— Наедине! — так же прошипела я в ответ, и тон моего голоса был более убедительным.

Он оглянулся назад, и я знала точно на кого именно он посмотрел. Все тоже повернули голову в сторону Сэма, чтобы посмотреть на его реакцию.

Сэм слегка кивнул, его лицо осталось непроницаемым. Он что-то быстро проговорил на незнакомом мелодичном языке — могу сказать, что это был не французский и не испанский, но думаю, это было квилетское наречие. Он повернулся и направился к дому Джейкоба. Остальные — Пол, Джаред и Эмбри — поплелись за ним.

— Хорошо, — казалось, ярость Джейкоба немного поубавилась, когда остальные ушли. Выражение его лица стало почти спокойным, но от этого еще более несчастным. Уголки его губ были опущены.

Я глубоко вздохнула. — Ты знаешь, что я хочу знать.

Он не ответил. Он просто горько взглянул на меня.

Я смотрела на него и мы натянуто молчали. Боль в его глазах лишила меня всякого мужества. Я почувствовала как ком подкатывает к горлу.

— Мы можем прогуляться? — спросила я, как только опять смогла заговорить.

Он опять не ответил; выражение его лица осталось прежним.

Я вылезла из машины, чувствуя спиной как несколько пар глаз следят за нами, и пошла вдоль деревьев в северном направлении. Я слышала, как хлюпают мои ноги по влажной траве и придорожной грязи. Это был единственный звук, который доносился до меня, поэтому, сначала я подумала, что он не пошел за мной. Но когда я оглянулась по сторонам, Джейкоб шел справа от меня, а его шаги были абсолютно беззвучными, в отличие от моих.

Я почувствовала себя увереннее возле кромки деревьев, где Сэм не смог бы нас увидеть. Пока мы шли, я пыталась придумать правильные слова, но на ум ничего не шло. Я все больше и больше злилась, что Джейкоб ввязался в эту историю… и что Билли позволяет ему это… и что Сэм стоял там такой самоуверенный и спокойный…

Вдруг Джейкоб прибавил шагу и с легкостью обогнал меня, затем развернулся ко мне лицом и преградил мне дорогу, таким образом заставив меня остановиться.

Я была поражена непринужденной грацией его движений. Джейкоб всегда был такой же неуклюжий, как я, и все из-за постоянных скачков роста. Когда же он смог так измениться?

Но Джейкоб не дал времени мне об этом подумать.

— Давай закончим с этим раз и навсегда, — твердо сказал он, охрипшим голосом.

Я ждала. Он знал, чего я хочу.

— Это не то, что ты думаешь, — неожиданно уставшим голосом проговорил он. — Это даже не то, о чем я думал — я очень сильно ошибался.

— Тогда что это?

Он вглядывался в мое лицо еще некоторое время, обдумывая свои слова. Из его взгляда все еще не исчезла злость и, наконец, он вымолвил, — Я не могу тебе сказать.

Я сжала челюсти и проговорила сквозь зубы, — Я думала, что мы были друзьями.

— Мы и были, — он сделал небольшое ударение на слове — были.

— Но теперь тебе больше не нужны друзья, — кисло проговорила я. — У тебя есть Сэм. Это так здорово — ты очень предан ему.

— Я не понимал его до этого.

— А теперь на тебя снизошло озарение. Аллилуйя.

— Это не то, о чем я думал. Сэм не виноват. Он помогает мне, как только может, — его голос вдруг стал хриплым. Он посмотрел через мою голову, назад и в его глазах вспыхнула ярость.

— Он тебе помогает, — неуверенно повторила я. — Ну естественно.

Но Джейкоб, казалось, теперь вообще не слушал меня. Он глубоко и неторопливо задышал, пытаясь прийти в себя. Он был настолько взбешен, что у него тряслись руки.

— Джейкоб, пожалуйста, — прошептала я. — Ты не хочешь рассказать мне, что происходит? Может быть я смогу тебе помочь?

— Теперь мне никто не может помочь, — почти простонал он и его голос сорвался.

— Что он сделал с тобой? — резко спросила я, слезы навернулись на глаза. Я шагнула к нему, широко раскинув руки.

Он тут же сжался, закрываясь от меня руками. — Не прикасайся ко мне, — прошептал он.

— Сэм заразил тебя чем-то? — проворчала я. Глупая слезинка скатилась на щеку. Я вытерла ее тыльной стороной ладони и скрестила руки на груди.

— Хватит винить во всем Сэма, — быстро произнес он, почти автоматически. Он схватился за голову, но так как волос больше не было они безвольно повисли по бокам.

— Тогда кого мне обвинять? — колко ответила я.

Он кривовато улыбнулся, — Ты не захочешь это услышать.

— Черта с два не захочу! — закричала я, — Я хочу знать и я хочу узнать это сейчас.

— Ты ошибаешься, — прокричал мне он в ответ.

— Не смей мне говорить, что я ошибаюсь — я в здравом уме! Ну, скажи мне, чья же это вина, если не твоего обожаемого Сэма?!

— Ну, раз ты просишь, — он зарычал на меня и его глаза сверкнули. — Если тебе надо кого-нибудь обвинить, тогда почему бы тебе не показать пальцем на этих грязных, вонючих кровососов, которых ты так любишь?

У меня открылся рот от удивления, и я со свистом выпустила весь воздух из легких. Я остолбенела от его ужасных слов. Боль прокатила волной по моему телу, привычная рваная рана в груди выворачивала меня на изнанку. Я не могла поверить, что правильно расслышала его. На его лице не было и тени нерешительности. Только гнев.

Я все еще стояла с открытым ртом.

— Я же говорил, что ты не захочешь это услышать, — сказал он.

— Я не понимаю, кого ты имеешь в виду, — почти прошептала я.

Он недоверчиво приподнял одну бровь, — А я думаю, ты знаешь, кого я имею в виду. Ты же не станешь меня заставлять называть их, ведь так? Я не хочу делать тебе больно.

— Не понимаю, кого ты имеешь в виду, — опять машинально повторила я.

— Калленов, — медленно произнес он, намеренно растягивая это слово. Пока он говорил это, он продолжал пристально рассматривать мое лицо. — Я видел это сейчас, и каждый раз я вижу это в твоих глазах — то, что значит для тебя их имя.

Я отрицательно покачала головой, в то же время, пытаясь придти в себя. Откуда он узнал? И как это связано с сектой Сэма? Может быть это общество вампиро. енавистников? И зачем организовывать подобное общество, если в Форксе вампиры больше не живут? Почему Джейкоб только сейчас начал верить в россказни про Калленов, если их давно уже след простыл и они сюда больше не вернутся?

На ответ у меня ушло довольно много времени. — Только не говори мне, что ты опять наслушался суеверной чепухи Билли, — со слабой попыткой усмехнуться, сказала я.

— Надо отдать ему должное — он знает гораздо больше, чем я думал.

— Хватит шутить, Джейкоб.

Он неодобрительно посмотрел на меня — Хватит суеверий, — быстро проговорила я. — Я до сих пор не понимаю, в чем ты обвиняешь… Калленов, — я вздрогнула от звука собственного голоса, — Они уехали более полугода назад. Как ты можешь обвинять их в том, что Сэм делает сейчас?

— Сэм ничего не делает, Белла. И я в курсе, что они уехали. Но иногда… происходят вещи, которые уже поздно исправлять.

— Какие еще вещи? Почему поздно? В чем конкретно ты их обвиняешь?

Вдруг, он резко повернулся ко мне и в его глазах сверкнула ярость. — В их существовании. — Прошипел он.

Я была удивлена и растеряна, потому что в моей голове сейчас раздался предупреждающий голос Эдварда, который, впрочем, даже не напугал меня.

— Тише, Белла. Не дави на него, — предостерегал меня Эдвард.

Даже когда голос Эдварда сломал все барьеры, которые я так тщательно возводила, у меня не хватило сил снова их строить. Теперь воспоминания о нем не причиняли столько боли — тем более не в эти драгоценные пару секунд, когда я слышала его голос.

Джейкоб стоял передо мной, кипя от негодования.

Я не понимала, почему так неожиданно появилась галлюцинация Эдварда в голове. Да, Джейкоб был вне себя от злости, но это же был всего лишь Джейкоб. Нет никакого всплеска адреналина, никакой опасности.

— Дай ему прийти в себя, — настаивал голос Эдварда.

Я в замешательстве потрясла головой, — Ты смешон, — ответила я обоим.

— Отлично, — ответил Джейкоб, опять начав тяжело дышать, — Я не буду спорить с тобой. Все равно это уже не важно, ведь опасность исчезла.

— Какая еще опасность?

Он даже не дрогнул, хотя я прокричала эти слова ему прямо в лицо.

— Давай закончим на этом и вернемся. Больше нам не о чем говорить.

Я открыла рот от удивления, — Нет, нам есть о чем говорить! Ты же ничего мне не сказал!

Он прошел мимо меня, шагая назад к дому.

— Я сегодня видела Квила, — прокричала я ему вслед.

Он остановился на полдороге, но не обернулся.

— Ты помнишь своего друга Квила? Да, и он напуган.

Он резко обернулся ко мне. На его лице появилось болезненное выражение. — Квил, — все, что он сказал.

— Он тоже волнуется за тебя. Он просто ошарашен происходящим.

Джейкоб в отчаянии посмотрел на меня.

Я снова принялась подстрекать его. — Он так боится, что будет следующим.

Джейкоб схватился за ствол дерева, его лицо превратилось из бронзового в мертвенно. еленое. — Он не станет следующим, — невнятно пробурчал себе под нос Джейкоб. — Он не сможет. Все кончено. Этого тоже не должно было случится. Почему? Ну почему? — он в отчаянии ударил кулаком по дереву.

Дерево было совсем еще молоденькое и стройное, лишь на несколько футов выше самого Джейкоба. Но я еще больше была поражена, когда ствол с глухим звуком треснул от его удара.

Джейкоб уставился на острые края сломанного дерева в шоке, который тут же сменился ужасом.

— Мне надо возвращаться. — Он так круто развернулся и помчался прочь, что мне пришлось подпрыгнуть на месте, чтобы удержать равновесие.

— Давай, возвращайся к своему Сэму!

— Ты неверно судишь, — послышался его ответ. Он ворчал себе под нос, отвернувшись в сторону.

Я догнала его у пикапа, — Подожди! — позвала его я, когда он уже повернул к дому.

Он обернулся и я увидела, что у него снова затряслись руки.

— Поезжай домой, Белла. Я больше не могу торчать тут с тобой.

Глупая, неуместная боль была невероятно сильной. На глазах опять выступили слезы, — Ты… бросаешь меня? — слова были не подходящими, но они выражали именно то, о чем я подумала. Кроме того, нас с Джейкобом связывал не просто школьный романчик, а нечто большее. Более сильное.

Он вдруг разразился горьким смехом, — Это вряд ли. Если б такое случилось, то я бы тебе сказал — давай останемся просто друзьями, но я теперь никогда не смогу такое произнести.

— Джейкоб… почему? Сэм не разрешает дружить с чужими? Пожалуйста. Джейк. Ты же обещал. Ты нужен мне! — абсолютная пустота моей прошлой жизни, которая опять замаячила на горизонте, приводила меня в ярость, ведь Джейкоб вносил в мое существование хоть какой-то смысл. Одиночество снова начало душить меня.

— Мне очень жаль, Белла, — будто не своим голосом, холодно отчеканил каждое слово Джейкоб.

Я не верила, что Джейкоб хотел сказать именно это. Мне казалось, что в его взбешенных глазах осталось еще что-то недосказанное, но я не смогла понять что именно.

Может быть он не имел в виду Сэма. Может это не связано и с Калленами. Может он просто пытается уйти таким образом от безнадежности наших отношений. Может мне надо дать ему сделать это, если так для него будет лучше. Я должна это сделать. Так будет правильней.

И тут я услышала собственный голос, срывающийся на шепот.

— Прости, что я не смогла… раньше… если бы я только могла раньше изменить свое отношение к тебе, Джейкоб. — Я была доведена до отчаяния, балансируя на грани правды и лжи. — Может… может это мне надо измениться, — прошептала я. — Может, ты дашь мне немного времени… просто не бросай меня сейчас, Джейк. Я не выдержу этого.

Злость на его лице тут же сменилась мукой. Его трясущаяся рука потянулась ко мне.

— Нет. Пожалуйста, не думай так, Белла. Не вини себя, не думай, что это твоя вина. Все дело только во мне одном. Клянусь, это не из-за тебя.

— Из-за меня, а не тебя, — прошептала я. — Но дело, ведь, совсем в другом.

— Я это и имею в виду, Белла. Я не… — внутри него будто шла борьба, его голос сильно охрип из-за того, что он пытался взять себя в руки. В глазах застыла мука. — Я больше могу быть твоим другом или еще кем-нибудь. Я уже не тот, кем был раньше. Я не достоин тебя.

— Что? — совершенно сбитая с толку, я в ужасе уставилась на него. — Что ты такое говоришь? Ты гораздо лучше меня, Джейк. Ты такой хороший! Кто тебе это вбил в голову? Это же очевидная ложь, Джейкоб! Не позволяй им говорить тебе такое! — я вдруг опять сорвалась на крик.

Лицо Джейкоба опять превратилось в маску. — Никто не говорил мне этого. Я сам это знаю.

— Ты мой друг, вот кто ты! Джейк, ну прошу тебя. Не надо!

Он попятился от меня.

— Прости, Белла, — повторил он; до меня доносилось лишь неразборчивое бормотание. Он повернулся и почти побежал к дому.

Я не могла сдвинуться с места. Я посмотрела на его маленький дом. Он был слишком мал для четырех здоровенных мальчишек и двух огромных мужчин. Внутри дома не было заметно никакого движения. Ни колыхания занавесок, ни звука голосов или шагов. Он выглядел пустым.

Начал накрапывать мелкий дождик, то там то здесь, покалывая кожу. Я не могла отвести глаз от дома. Джейкоб вернется. Он должен.

Скоро дождь усилился и поднялся ветер. Сверху больше не падали капли; косой дождь ушел на запад. Я чувствовала запах моря, доносящийся с побережья. Волосы хлестали меня по лицу, прилипая к мокрым щекам и путая концы. Я ждала.

Наконец, дверь открылась, я с облегчением шагнула вперед.

Билли выкатил свое кресло в дверной проем. За ним я никого больше не увидела.

— Белла, только что звонил Чарли. Я ему сказал, что ты уже едешь домой, — его глаза были полны сожаления.

Его сожаление меня окончательно добило. Я ничего не сказала. Просто машинально повернулась и влезла в пикап. Я оставила окно открытым, и поэтому сиденье быстро стало скользким и мокрым. Не важно. Я и так уже намокла.

— Все не так плохо! Все не так плохо! — мой мозг пытался меня успокоить. Это была правда. Все было не так плохо. И потом, это же не конец света. Это был просто конец того мирка, в котором я жила до этого. Вот и все.

— Все не так плохо, — согласилась я, а затем добавила, — но все-заки плохо.

Я думала, что Джейкоб излечит меня от незаживающей раны в груди — или заполнит ее чем-нибудь, не давая ей больше так сильно болеть. Я ошибалась. Он просто вырезал еще одну дыру. Теперь во мне было столько дыр, что я была похожа на швейцарский сыр. Удивительно, почему я еще не рассыпалась на части.

Чарли ждал меня на крыльце. Как только я подъехала и остановилась, он спустился, чтобы встретить меня.

— Билли звонил мне. Он сказал, что ты сильно повздорила с Джейком, еще он сказал, что ты была очень расстроена, — пояснил он, открывая для меня дверь.

Затем он посмотрел мне в лицо. Ужасное осознание чего-то появилось у него на лице. Я попыталась представить собственное лицо, чтобы понять, что же он там такое увидел. Мне казалось, что у меня холодное и безразличное выражение, и я поняла, что оно ему напомнило.

— Ну, это не совсем не так, — пробормотала я.

Чарли обнял меня и помог вылезти из машины. Он ничего не сказал по поводу моей мокрой одежды.

— Тогда, что же случилось? — спросил он, когда мы вошли в дом. Пока он говорил, он стащил с дивана безрукавку и накинул мне на плечи. Я поняла, что все еще дрожу.

Мой голос прозвучал безжизненно. — Сэм Ули сказал Джейкобу, что мы больше не можем быть с ним друзьями.

Чарли странно посмотрел на меня, — Кто тебе такое сказал?

— Джейкоб, — начала было я, и хотя это не то, что он на самом деле сказал мне, но это была правда.

Брови Чарли сошлись на переносице. — Ты правда думаешь, что с этим малым Ули что-то не так?

— Я не думаю, я знаю, что это так. Хотя, Джейкоб и не сказал, что именно, — я слышала, как с моей одежды стекала вода на пол и заливала линолеум. — Мне надо переодеться.

Чарли погрузился в раздумья. — Хорошо, — рассеянно произнес он.

Я решила принять душ, потому что я замерзла, но горячая вода, казалось, никак не подействовала на температуру моей кожи. Я все еще дрожала, когда наконец-то сдалась и выключила воду. В наступившей тишине, я услышала, как Чарли разговаривает с кем-то внизу. Я завернулась в полотенце и щелкнула замком в ванной.

В голосе Чарли послышались злость. — Меня этим не проведешь. В этом нет никакого смысла.

Затем наступила тишина и я поняла, что он говорил по телефону. Минутная пауза.

— Не сваливай все на Беллу! — вдруг заорал Чарли.

Я даже подпрыгнула. Когда он снова заговорил, его голос зазвучал тише и осторожнее, — Белла очень ясно поняла, что они с Джейкобом были просто друзьями… ну, если так и было, тогда почему ты не сказал мне об этом с самого начала? Нет, Билли, я думаю, она права насчет… потому, что я знаю свою дочь и когда она говорит, что Джейкоб раньше был напуган, то… — он замолчал на полуслове и когда вновь ответил, он почти орал.

— Ты, что хочешь сказать, что я не знаю собственную дочь?! — он слушал собеседника лишь пару секунд и его ответ был громким даже для моих ушей. — Если ты считаешь, что мне нужно напомнить ей об этом, то подумай еще раз, прежде чем говорить. Она только начала оправляться от этого и по большей части из-за Джейкоба, я думаю. Если она опять впадет в депрессию из-за его похождений с этим героем Сэмом, то ему придется иметь дело со мной. Ты мой друг, Билли, но все это причиняет боль моей семье.

Наступила очередная пауза из-за ответа Билли.

— Ты прав — эти мальчишки переступили границу, и я собираюсь разобраться с этим. Мы будем следить за этой ситуацией, можешь быть уверен в этом, — теперь он не был просто Чарли; сейчас он был начальником полиции Своном.

— Прекрасно. Угу. До свидания, — он с грохотом швырнул трубку.

Я на цыпочках быстро пробежала через холл, в свою комнату. Чарли что-то сердито ворчал на кухне.

Итак, Билли пытался во всем обвинить меня. Я по его словам таскалась за Джейкобом, и ему это надоело.

Странно, что я и сама так считала. Но после того, что сказал сегодня Джейкоб, я в это больше не верила. Это была не просто незапланированная ссора, меня удивило то, что Билли опустился до разбирательства. Это навело меня на мысль, что секрет, который они так старательно сохраняют в тайне, больше, чем я могла себе это представить. В конце концов, хоть Чарли был на моей стороне.

Я надела пижаму, и заползла в кровать. Раны — теперь их было целых две — уже начали ныть, а почему бы и нет? Я извлекла из памяти — не той настоящей памяти, которая причиняет мне слишком много боли, а из ненастоящей памяти — голос Эдварда, который звучал сегодня после обеда, и снова и снова проигрывала его в голове, пока я не уснула со слезами, тихо струящимися по моему безразличному лицу.

Ночью мне приснился новый сон. Шел дождь. Джейкоб бесшумно шел рядом со мной, хотя под моими ногами земля хрустела, как гравий. Но это был не мой Джейкоб; это был новый, измученный и грациозный Джейкоб. Грациозность его походки кого-то мне напоминала и пока я смотрела на него, он начал меняться. Бронзовый оттенок кожи исчез, цвет лица стал белее кости. Его глаза стали совсем золотистыми, потом кроваво. расными и снова золотыми. Его стриженные волосы развевались на ветру, становясь каштановыми, там где их доставал ветер. А лицо стало таким прекрасным, что у меня бешено забилось сердце. Я потянулась к нему, а он шагнул назад, закрываясь от меня руками. А потом Эдвард исчез.

Я не поняла, отчего я проснулась в темноте, и начала ли я плакать только сейчас или я плакала еще во сне, а сейчас слезы просто потекли опять. Я уставилась в темный потолок. Я почувствовала, что прошло уже больше половины ночи, и я была сейчас в полусонном состоянии, больше даже в сонном. Я устало закрыла глаза и помолилась о том, чтобы снова крепко уснуть, и безо всяких сновидений.

И тут я услышала шум, который видимо и разбудил меня с самого начала. Что-то острое царапало мое окно с пронзительным звуком, будто ногтями по стеклу.