Лужайка.

Лужайка 

Джейкоб не звонил.

Поначалу, когда я звонила, трубку брал Билли и все время говорил мне, что Джейкоб все еще в постели. Я волновалась, возил ли его Билли к врачу. Он сказал, что возил, но по некоторым причинам я ему не поверила. Я по нескольку раз в день перезванивала им на протяжении двух дней, но никто не отвечал.

В субботу я поехала проведать Джейкоба, и плевать я хотела на приглашение. Но маленький красный дом опустел. Это напугало меня — может Джейкобу стало настолько плохо, что его увезли в больницу? На обратном пути я остановилась у больницы, но медсестра в приемном покое сказала, что ни Джейкоб, ни Билли не приезжали.

Я упросила Чарли позвонить Гарри Клирвотеру, как только он вернется домой после работы. Я ждала, и нервничала, пока Чарли болтал со своим старым приятелем; они бесконечно долго болтали ни о чем, даже не упоминая Джейкоба. Оказалось, что как раз сегодня Гарри был в больнице… проходил обследование, что-то с сердцем. Из-за этой новости Чарли наморщил лоб, но Гарри что-то шутливо ответил и Чарли с облегчением засмеялся. В итоге, Чарли все-заки спросил про Джейкоба, но мне оставалось только гадать о чем шла речь в их разговоре по многозначительным — хм… — и — угу… — . Я принялась барабанить пальцами по столу, пока Чарли не накрыл своей ладонью мою руку, чтобы унять мое нетерпение.

Наконец, Чарли положил трубку и обернулся ко мне.

— Гарри говорит, что у них были небольшие проблемы с телефоном, и поэтому ты не могла до них дозвониться. Билли возил Джейка к врачу и тот подозревает, что у него инфекционный мононуклеоз. Он очень ослаб, и Билли просил передать, что некоторое время — никаких посетителей, — отрапортовал он мне.

— Никаких посетителей? — не веря своим ушам, сказала я.

Чарли поднял одну бровь, — Ну, прекрати так убиваться, Беллс. Билли знает, что лучше для Джейка. Скоро он выздоровеет. Потерпи немного.

Но я на этом не успокоилась. Чарли слишком беспокоится о Гарри. Ясно, что эта новость потрясла его гораздо больше — пожалуй, не стоит сейчас доставать его своими небольшими проблемками. Наоборот, я направилась наверх и сразу же включила свой компьютер. Я нашла медицинский сайт и ввела слово — мононуклеоз. в окне поиска.

Все, что я знала о мононуклеозе, это то, что он может передаваться при поцелуях, что точно не подходило в случае Джейка. Я быстро пробежала глазами по списку симптомов — у него точно была высокая температура, но как насчет всего остального? Никакой ангины, никакого упадка сил, головных болей; даже когда он ушел рано из кино, он сказал что чувствует себя как огурчик. Неужели болезнь развивается так быстро? Из статьи я выяснила, что все начинается с системного воспаления…

Не отрываясь от монитора, я подумала, а зачем вообще я все это делаю. Почему я чувствую себя такой… такой подозрительной, как будто я не верю Билли на слово? И к чему Билли стал бы врать Гарри?

Наверно, все это глупости. Я просто волновалась за Джейкоба и, если честно, очень боялась, что мне не позволят больше увидеть его — это меня очень нервировало.

Я бегло просмотрела статью до конца, отмечая для себя нужную информацию. Я остановилась, когда дошла до той части, в которой говорилось про лечение мононуклеоза — оно может длиться больше месяца.

Целый месяц? У меня рот открылся от удивления.

Но Билли же не сможет закрыть дом для гостей так надолго? Конечно, нет. Да и Джейк с ума сойдет за все это время, оставаясь в постели, и не имея возможности перекинуться хоть парой слов с кем-нибудь.

И все же, чего так боялся Билли? В статье говорилось о том, что человеку с мононуклеозом рекомендуется ограничить физические нагрузки, но там ничего не говорилось о посетителях. Болезнь не настолько заразна.

Я решила, что дам Билли еще неделю, а потом надавлю на него. Недели вполне достаточно.

Но целая неделя оказалась слишком долгой для меня. В среду, я уже была уверена, что не доживу даже до субботы.

Когда я принимала решение оставить Билли и Джейкоба в покое на целую неделю, я никак не могла поверить, что Джейкоб смириться с этим. Каждый день, после школы, я неслась к телефону, чтобы проверить сообщения на автоответчике. И за время там не оказалось ни одного сообщения…

Трижды я пыталась дозвониться до них, но линию видимо до сих пор не починили.

Я засиделась дома слишком долго, и мне было слишком одиноко. Без Джейкоба и адреналина в крови — все, от чего я так долго пыталась избавиться, опять стало надвигаться на меня. Сны опять превратились в кошмары. Им не было конца. Снова тот же ужас — то леденящая пустота, то густой лес, то море папоротника, среди которого больше не было белого дома. Иногда в этом лесу был Сэм Ули, и опять так странно смотрел на меня. Я старалась не обращать на него внимание — под его внимательным взглядом я чувствовала себя не уютно; но его присутствие не избавляло меня от ощущения одиночества. И не мешало мне из ночи в ночь просыпаться с дикими воплями страха.

Рана в груди теперь была еще больше. Я каждый раз думала, что, наконец, смогла с ней справиться, но следующей ночью я снова тяжело ловила ртом воздух, вся сжимаясь в клубок от боли.

Одиночество для меня было подобно смерти.

Этим утром, я, как всегда, проснулась от собственного крика ужаса и тут же успокоилась, сказав себе, что сегодня воскресенье. И я наконец-то смогу позвонить Джейкобу. А если телефонную линию еще не починили, то я с чистой совестью смогу поехать в Ла. уш. Так или иначе, сегодняшний день будет лучшим за всю, прошедшую в полном одиночестве, неделю.

Я набрала номер и почти без всякой надежды ждала ответа.

Я даже растерялась, когда, после второго гудка, ответил Билли.

— Алло?

— Ой, Билли, привет, ну наконец-то у вас заработал телефон! Это Белла. Я звоню, чтобы узнать, как Джейкоб. К нему уже можно? Я подумала, что он уже сможет…

— Белла, мне очень жаль, — перебил меня Билли, и мне показалось, что он в это время как будто смотрел телевизор; голос был очень рассеянный, — Его нет дома.

— О… — , — оторопела я на секунду, — Так ему уже лучше?

— Угу, — Билли немного колебался, — Оказалось, что у него нет мононуклеоза. Это была какая-то другая инфекция.

— Ох. И…где он сейчас?

— Он с приятелями выбрался в Порт. нджелес. Думаю, они собрались в кино на двойной сеанс или что-то в этом роде. Он уехал на весь день.

— Что ж, это утешает. Я так сильно волновалась за него. Я рада, что он настолько окреп, что смог выйти на улицу, — пролепетала я. Мой голос звучал ужасно фальшиво.

Джейкобу стало лучше, но не настолько, чтобы позвонить мне. Он уехал с приятелями. А я сидела дома и каждую минуту скучала по нему. Мне было одиноко, я вся изнывала от волнения и переживаний — а в итоге меня опять бросили в одиночестве. Я думала, что он отнесется иначе к целой неделе нашей вынужденной разлуки.

— Ты что-то еще хотела? — участливо спросил Билли.

— Нет, пожалуй, больше ничего.

— Ну ладно, я передам ему, что ты звонила, — пообещал мне Билли, — Пока, Белла.

— Пока, — ответила я, но он уже повесил трубку.

Я застыла на минуту, все еще держа трубку в руке.

Как я и боялась, Джейкоб передумал. Наверно, он все же последовал моему совету, не тратить время на того, кто не сможет ответить на его чувства. Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица.

— Что-то случилось? — спросил Чарли, спускаясь по лестнице.

— Нет, — соврала я, вешая трубку, — Билли сказал, что Джейкобу стало лучше. У него не мононуклеоз. И это хорошо.

— И что, он сам приедет сюда или ты собралась к нему? — рассеянно спросил Чарли, что-то ища в холодильнике.

— Ни то, ни другое, — призналась я. — Он куда-то уехал с приятелями.

Тут, наконец, тон моего голоса привлек внимание Чарли. Он с внезапной тревогой в глазах посмотрел на меня, а рука замерла, держа упаковку сырных ломтиков.

— Не слишком ли рано для ленча? — спросила я как можно более мягко, пытаясь отвлечь его внимание.

— Нет, я просто хотел кое-что прихватить с собой на речку…

— А, ты сегодня едешь на рыбалку?

— Ну, Гарри звонил… и потом, дождя нет, — говоря, он разложил на стойке целую кучу еды. И вдруг резко посмотрел на меня, как будто что-то понял, — Ты только скажи, может тебе нужно, чтобы я остался с тобой, пока нет Джейка?

— Нет, пап, все нормально, — сказала я, как можно более равнодушно, — Ведь в ясную погоду хороший клёв, езжай.

Он в нерешительности уставился на меня. Я знала, что он испугался, думая, что я опять впаду в депрессию, если он сейчас уедет.

— Да я серьезно, пап. Сейчас позвоню Джессике, — быстро нашлась я. Лучше уж я останусь одна, чем он будет весь день на меня так таращится. — Мы будем готовиться к тесту по математике. Мне нужна ее помощь. — Отчасти это было правдой. Но к нему я собиралась готовиться одна.

— Ну что ж, хорошая идея. Ты так долго проводила время только с Джейкобом, что остальные твои друзья наверно думают, что ты их совсем позабыла.

Я улыбнулась и кивнула в знак того, что я тоже так думаю.

Чарли медленно отвернулся, но тут же опять резко повернулся ко мне с беспокойным выражением на лице — Эй, вы же собираетесь заниматься здесь или у Джессики дома, верно?

— Ну да, где же еще?

— Тогда ладно, просто я хотел тебе напомнить, чтобы ты держалась подальше от леса.

Я растерянно застыла на минуту, — Что опять проблемы с медведем?

Нахмурившись, Чарли кивнул головой, — Пропал турист. Рано утром рейнджеры нашли его палатку, но не нашли его самого. Зато обнаружили много следов действительно огромного животного… конечно, он мог прийти на запах намного позже…в любом случае, сейчас они понаставили там капканов.

— Ох, — негромко сказала я. На самом деле, я пропустила мимо ушей почти все его предостережения; сейчас меня больше пугала ситуация с Джейкобом, чем вероятность быть съеденной медведем.

Я обрадовалась, что Чарли торопился. Он не стал дожидаться, пока я позвонила Джессике, поэтому мне не пришлось устраивать представление для него. Я собрала все свои учебники с кухонного стола и засунула их в рюкзак. — Слишком много книг, — подумала я. Если Чарли решит засунуть свой нос и все проверить, думаю, что все равно почувствует неладное.

Я сделала вид, что занята по уши, пока он окончательно не скрылся из виду, и тут на меня навалилось дикое осознание того, что впереди у меня еще один совершенно пустой день. Мне хватило лишь пары минут, чтобы решить для себя, что дома я не останусь ни на минуту. В звенящей тишине, я стояла и смотрела на телефон. Я обдумывала всевозможные варианты.

Я не собиралась звонить Джессике. Для меня, она окончательно переметнулась на другую, скажем так недружественную сторону.

Я могла бы съездить в Ла. уш, и забрать свой мотоцикл — заманчивая идея, но за исключением одной малюсенькой проблемы: некому будет отвезти меня потом в больницу, если я опять свалюсь с мотоцикла.

Или… У меня же есть компас и наша карта. Думаю, что вполне освоила уроки ориентирования на местности, так что я не должна потеряться. Может сегодня у меня получиться пройти сразу две линии на карте, опережая наш график, на случай, если Джейкоб решит удостоить меня своим присутствием. Я тут же выкинула из головы мысль о том, что мое ожидание может затянуться на довольно долгий срок. Или этого вообще может не произойти.

Я почувствовала небольшой укол совести, когда поняла, что почувствует Чарли, узнав о моей вылазке в лес. Но поспешила отделаться от этих мыслей. Сегодня я не в состоянии оставаться дома.

Уже через несколько минут, я ехала по знакомой проселочной дороге, которая, казалось, вела в никуда. Я открыла окна и постаралась выжать из моего старенького пикапа все, на что он был способен, желая почувствовать бешеные порывы ветра на лице. Было облачно, но сухо — замечательный день для Форкса.

Я намного дольше Джейкоба возилась с картой, прежде чем начать свои поиски. Припарковавшись на обычном месте, я убила целых пятнадцать минут на изучение маленькой стрелки компаса и нанесение отметки на истрепанной карте. В полной уверенности в том, что иду по линии, отмеченной на карте с правой стороны, я вошла в лес.

Сегодня лес был необычайно наполнен жизнью, даже самые маленькие его обитатели наслаждались теплой и ясной погодой. Несмотря на то, что в лесу стоял дикий гвалт от чириканья птиц, в кустах носились полевые мыши и громко жужжали насекомые вокруг моей головы — у меня мурашки побежали по спине от страха; все это напомнило один из моих недавних ночных кошмаров. Я знала, что это от одиночества, ведь я безумно скучала по Джейкобу, и мне не хватало его беззаботного свиста и звука второй пары ног, хлюпающих по влажной земле.

Чем дальше в чащу я заходила, тем сильнее становилось предчувствие беды. Дышать стало намного труднее — и не оттого, что я устала, а потому что в груди опять открылась идиотская рана. Я обвила себя руками и мысленно заставила себя забыть о боли. У меня почти получилось, но как я ненавидела эти бесплодные попытки.

Я с трудом пробиралась сквозь кусты и ритм моих шагов заглушал боль и туманил разум. Дыхание наконец-то восстановилось, и я радовалась, что не повернула назад. Теперь я с большей уверенностью продиралась сквозь эти дебри; можно даже сказать быстрее.

Я даже не осознавала, насколько правильно я двигаюсь. Решив, во что бы то ни стало, преодолеть сегодня расстояние в четыре мили, я даже не оглядывалась по сторонам. Затем, совершенно неожиданно даже для самой себя, я протиснулась в крохотную щель между двумя кленами, распихивая огромные листья папоротника, — и вдруг оказалась на той самой поляне.

Это было то самое место, в этом я была уверена на все сто. Нигде больше я не видела настолько симметричной полянки. Она была идеально круглой, будто кто-то специально создал такой безупречный круг, вырвав деревья по краям, но настолько искусно, что в высокой траве не осталось и следа. Восточнее, я слышала, как тихо журчал небольшой ручеек.

Без ослепительного солнечного света, полянка казалась не такой великолепной, но все же она была красивой и спокойной. Полевые цветы уже отцвели; на плодородной земле густая трава колыхалась даже от легкого порыва ветра, подобно морским волнам.

Это было то самое место… но здесь явно чего-то не доставало.

Разочарование навалилось на меня, одновременно с догадкой. У меня подкосились ноги и я, задыхаясь, упала на колени на краю полянки.

И что же делать мне дальше? Здесь меня больше ничего не держало. Ничего, кроме воспоминаний, которые я могла в любой момент воскресить в собственной памяти, если снова захочу пережить дикую боль — боль, которая совершенно оглушила меня сейчас. Без него это место не было ни чем особенным. Я не знала, что именно я хотела испытать здесь, но поляна была лишена всякого очарования, она ничем не отличалась от многих других. Это еще больше напоминало мой кошмарный сон. Голова пошла кругом.

По крайней мере, я пришла сюда одна. Я почувствовала волну облегчения, когда поняла, что, если бы я нашла поляну вместе с Джейкобом…тогда, я не смогла бы утаить от него, в какую бездну страданий я только что рухнула. Ну, как бы я ему объяснила, что внутри все сломалось и от чего хочется сжаться в клубок, чтобы зияющая рана в груди не рвала на части. Хорошо, что рядом не было любопытных зрителей.

И не надо было никому объяснять, отчего я так спешу уйти отсюда. Джейкоб бы наверняка решил, что после бесконечных попыток найти это дурацкое место, я захочу здесь чуть. уть посидеть. Но в действительности, я пыталась найти в себе силы, чтобы наконец разогнуть колени и сбежать отсюда. В этом месте сосредоточено слишком много боли и страдания для меня одной — и если не будет другого выхода, я буду пытаться не уйти, а выползти отсюда.

Какое счастье, что я одна!

Одна. Я твердила это слово, пока, несмотря на боль, пыталась подняться с земли и казалось, чувствовала странное удовлетворение. В этот момент, чуть севернее от меня, всего в тридцати шагах, из леса вынырнула неясная тень.

В следующую секунду на меня обрушился водопад эмоций. В начале было удивление; я ушла уже слишком далеко от туристической тропинки и поэтому не ждала незваных гостей. Затем, когда мои глаза сосредоточились на неподвижной тени, внешне спокойной, но с мертвенно. ледной кожей, на смену удивлению пришла пронзительная надежда. Я тут же подавила ее, борясь с мучительной болью. Мой взгляд теперь ощупывал его лицо, скрытое под шапкой черных волос — это лицо оказалось не тем единственным, которое я так хотела увидеть. Затем появился страх; это не было лицо, которое я оплакивала, но он стоял достаточно близко ко мне, и я была уверена, что это был отнюдь не заблудившийся турист.

И, наконец, я узнала его.

— Лоран! — с удивительным наслаждением выкрикнула я его имя.

Это было абсурдом. Наверно я должна была бы замереть в страхе.

Лоран был одним из шайки Джеймса, когда мы впервые с ним встретились. Он не участвовал в дальнейшей травле — где добычей была я — но только лишь потому, что струсил; просто меня защищал более крупный соперник. Но если дело было бы не в этом — тогда он без сожаления разорвал бы меня на куски. Конечно, теперь Лоран наверняка изменился, ведь он ушел на Аляску и жил с другими цивилизованными вампирами, с другой семьей, которая отказалась пить человеческую кровь по этическим соображениям. Другая семья, такая же, как… я не могла позволить себе даже подумать о них.

Да, страх обострил все чувства, но я чувствовала лишь огромное удовлетворение. Лужайка вновь наполнилась волшебством. Скорее мистикой, чем волшебством, хотя эта разница меня сейчас мало интересовала. Вот она связь, которой мне так не доставало. Это было доказательством, хоть и отдаленным, что где-то, на одной планете со мной — существовал он.

Невероятно, но Лоран практически не изменился за это время. Глупо было даже ждать, что за этот год он мог измениться. Но сейчас в нем было что-то… чего я не могла прочувствовать и понять.

— Белла? — спросил он, при этом он выглядел еще более потрясенным, чем я.

— Ты помнишь. — Я улыбнулась ему в ответ. Я пребывала в нелепом восторге от того, что вампир запомнил мое имя.

Он ухмыльнулся. — Не ожидал тебя здесь увидеть. — Совершенно сбитый с толку, он зашагал в мою сторону.

— Разве может быть по-другому? Я же живу здесь. Я думала, что ты ушел на Аляску.

Он остановился в десяти шагах от меня, склонив голову набок. Его лицо обладало той особенной красотой, которую я уже не надеялась увидеть. Я удивительно жадно всматривалась в черты его лица. Он был одним из тех, с кем я могла не притворяться — он был тем, кто знает обо всем, о чем я никому не смогла бы рассказать.

— Ты права, — согласился он, — я был на Аляске. И я не ожидал тебя увидеть… Когда я нашел пустой дом Калленов, я подумал, что они переехали.

— Ох, — я закусила губу, когда упомянутая им фамилия семьи, заставила сильнее пульсировать рану в моей груди. Потребовалась минута, чтобы собраться с силами. Лоран с любопытством наблюдал за мной.

— Они действительно переехали, — наконец овладев собой, сказала ему я.

— Хм.… — буркнул он. — Я удивлен, что они оставили тебя одну. Ты же для них была своего рода любимым домашним питомцем? — При этом его глаза светились невинностью.

Я криво улыбнулась, — Похоже на то.

— Хм.… — , — опять задумчиво произнес он.

В этот самый момент, я поняла, почему он ничуть не изменился — вообще не изменился. Когда Карлайл рассказал нам, что Лоран остался с семьей Тани, то я представляла его себе, когда изредка думала о нем, с такими же золотистыми глазами как у всех… Калленов — поморщившись, я выкинула это имя из головы. У всех хороших вампиров были такие глаза.

К его изумлению, я невольно сделала шаг назад, и пара горящих темно. расных глаз проследил за мной.

— И часто они тебя навещают? — спросил он, все еще обычным тоном, но его фигура уже склонилась в мою сторону.

— Солги, — беспокойно прошептал в моем мозгу прекрасный бархатный голос.

От этого звука я невольно вздрогнула, но не удивилась. Разве я раньше попадала в переделки пострашнее этой? Мотоцикл и то безопаснее.

Но я сделала, как просил голос.

— Время от времени, — расслабившись, я попыталась придать голосу большую мягкость. — Время для меня идет медленнее. Ты бы знал, как они тут всех сбили с толку… — начала я лепетать. Потом усилием воли я заставила себя остановиться.

— Хм.… — протянул он опять. — А дом пахнет так, как будто он долго пустовал…

— Ты должна соврать получше, Белла. подстегивал меня голос.

Я попробовала. — Я обязательно расскажу Карлайлу, что ты был здесь. Он очень расстроиться, что не повидал тебя. — Я притворилась, будто на минуту задумалась. — Хотя, думаю, я лучше расскажу об этом…Эдварду, — я с трудом произнесла его имя и скорчила гримасу в подтверждении моих слов, — У него такой характер…ну, я думаю, ты помнишь. Он до сих пор беситься от любого напоминания о Джеймсе. — Я закатила глаза и махнула рукой, будто это было лишь старой забытой историей, но в моем голосе явно слышались истеричные нотки. Я все гадала, уловил ли он их.

— Правда что ли? — скептически проговорил Лоран.

Я старалась отвечать односложно, чтобы голос не выдал моей паники. — Хм.…ммм…

Лоран сделал один шаг в сторону, оглядывая лужайку. Я заметила, что этот шаг еще немного приблизил его ко мне. Голос в моей голове в ответ тихо зарычал.

— И как дела в Денали? Карлайл говорил, что ты жил у Тани? — мой голос сорвался почти на фальцет.

Вопрос заставил его задуматься. — Я очень люблю Таню, — мечтательно произнес он. — А ее сестру Ирину еще больше… Я никогда раньше подолгу не задерживался в одном месте, а там я наслаждался преимуществом и новизной. Но ограничения были слишком жесткими для меня… я был очень удивлен, когда узнал, что они так подолгу держатся. — Он заговорщически улыбнулся мне. — Ну, а я иногда нарушал правила.

У меня в горле пересохло. Я попыталась расслабить ноги, но тут же застыла на месте, когда его горящий взгляд метнулся в мою сторону, пытаясь уловить мое движение.

— Ох, — тихо произнесла я. — У Джаспера тоже были такие проблемы.

— Не двигайся, — прошептал голос. Я постаралась следовать его инструкциям. Это было нелегко; инстинкт самосохранения требовал, чтобы я бежала со всех ног.

— Правда? — казалось, это заинтересовало Лорана. — Поэтому они и уехали?

— Нет, — честно ответила я. — Дома Джаспер более осторожный.

— Да, — согласился Лоран. — И я тоже.

Он почти незаметно шагнул в мою сторону.

— А Виктория нашла тебя потом? — спросила я, затаив дыхание, в надежде отвлечь его. Это было первое, что пришла мне на ум, и я тут же пожалела, что спросила. Виктория не та, о которой я бы хотела в этот момент думать — она охотилась на меня вместе с Джеймсом и потом исчезла.

Но мой вопрос не остановил его.

— Да, — ответил он, замедлив шаг. — По большей части ради нее, я и пришел сюда, — Он скорчил гримасу. — Хотя, она этому не обрадуется.

— Чему именно? — охотно спросила я, заставляя его продолжить разговор. Он свирепо посмотрел на деревья за моей спиной. Заметив, что он немного замешкался, я сделала незаметный шаг назад.

Он опять остановил свой взгляд на мне и улыбнулся — это сделало его похожим на темноволосого ангела.

— Тому, что я сам убью тебя, — чарующе промурлыкал он в ответ.

Неуверенно я сделала еще один шаг назад. Я совершенно оглохла от безумного рычания в моей голове.

— Она хотела приберечь тебя для себя, — сказал он беспечно. — Она хотела как бы… поквитаться с тобой, Белла.

— Со мной? — пропищала я.

Он тряхнул головой и захихикал. — Я знаю, мне тоже это кажется глупым. Но Джеймс был ее любовником, а твой Эдвард убил его.

Даже сейчас, стоя одной ногой в могиле, его имя вновь открыло незаживающие раны в сердце.

Лоран не обратил внимание на мою реакцию. — Она решила, что убить тебя лучше, чем убить Эдварда — как бы честный обмен, око за око. Она просила меня подготовить для тебя ловушку. А я и не представлял, что это будет так легко. Хотя, может она ошибалась — скорее всего, это не будет местью, как она себе это представляла, раз ты больше ничего не значишь для него и он бросил тебя беззащитную.

Еще удар, еще одна слеза скатилась по щеке.

Лоран двинулся немного вперед, а я, спотыкаясь, отступила на шаг назад.

Он нахмурился, — Да, думаю, она разозлиться, но мне, в общем, все равно.

— Тогда почему бы тебе не дождаться ее? — сдавленно произнесла я.

Озорная гримаса преобразила его лицо. — Ну, просто ты застала меня в неудачное для тебя время, Белла. На самом деле, я пришел сюда не столько из-за просьбы Виктории — сколько поохотиться. Я томим жаждой, а твой запах… такой дразнящий.

Лоран оглядел меня с одобрением, будто сделал мне комплимент.

— Напугай его, — приказала прекрасная иллюзия в голове, в голосе отчетливо прозвучал ужас.

— Он все равно узнает, что это был ты, — послушно прошептала я, — И тогда у тебя уже не будет шанса скрыться.

— Почему нет? — Еще шире улыбнулся Лоран. Он осмотрел вокруг все проходы между деревьями. — Следующий же дождь смоет все мои следы. Никто даже тела твоего не найдет — ты просто исчезнешь, как многие. ногие другие люди до тебя. У Эдварда не будет причины подумать на меня, если конечно он вообще захочет узнать правду. Ничего личного, позволь тебя заверить, Белла. Просто жажда.

— Умоляй, — просила моя галлюцинация.

— Пожалуйста, — задыхаясь, прошептала я.

Лоран покачал головой, его черты смягчились. — Посмотри на это иначе, Белла. Тебе повезло, что именно я нашел тебя.

— Разве? — , — беззвучно прошептала я, делая еще один неуверенный шаг назад.

Лоран не отставал, гибкий и изящный.

— Да, — заверил меня он. — Я все сделаю быстро. Обещаю, ты даже не почувствуешь боли. Естественно, потом я навру что-нибудь Виктории, чтобы она успокоилась. Белла, если бы ты только знала, что она готовила для тебя… — Он медленно покачал головой, почти с отвращением. — Клянусь тебе, ты должна быть мне только благодарна.

Я в ужасе уставилась на него.

Он вдохнул запах моих волос, который донес до него свежий ветерок, — Как аппетитно, — прошептал он, вдохнув еще глубже.

Я приготовилась к прыжку, внутренне съежившись и зажмурив глаза. А разъяренное рычание Эдварда многократным эхом отдавался в голове. Его имя сломало все преграды, которые я сама возвела. Эдвард, Эдвард, Эдвард. Я приготовилась умереть. И не страшно, если я сейчас буду думать о нем. Эдвард, я люблю тебя.

Сквозь зажмуренные глаза, я наблюдала, как Лоран прекратил вдыхать мой запах и резко повернул голову куда-то влево. Я боялась даже посмотреть в ту же сторону, вряд ли его могло сейчас хоть что-нибудь остановить. Я с удивлением почувствовала облегчение, когда он начал пятиться в обратную сторону от меня.

— Не верю в это, — он настолько тихо это произнес, что я едва расслышала.

Мне пришлось взглянуть в ту же сторону. Мой взгляд блуждал по лужайке, ища причину, которая продлила мне жизнь на пару секунд. Сначала я не видела ничего, и мой взгляд опять вернулся к Лорану. Теперь он отступал намного быстрее, его глаза буравили лес.

Затем я увидела его; огромный черный силуэт выплыл из-за деревьев, словно тень и медленно направился к вампиру. Он был гигантским — огромным как дом, но гораздо шире и мощнее. Его вытянутая пасть оскалилась, обнажив ряд острых как скальпель клыков. Жуткое рычание вырвалось из пасти, похожее на раскат грома.

Медведь. Только это был вовсе не медведь. Тем не менее, именно этот гигантский черный монстр вызвал панику во всей округе. С расстояния, любой бы поверил, что это медведь. Кто еще мог быть таким огромным и так мощно сложенным?

Раньше я желала увидеть его, но лишь издали. А вместо этого, он мягко прошел по траве лишь в десяти шагах от меня.

— Не двигайся даже на дюйм, — прошептал мне голос Эдварда.

Я таращилась во все глаза на жуткое создание, в голове все перемешалось от того, что я пыталась придумать ему название. Существо двигалось точно по-тобачьи. В ужасе, мне на ум пришло единственное предположение. До сих пор я даже не представляла, что волк может быть настолько огромным.

Еще одно рычание вырвалось из пасти и я, в ужасе, подскочила от этого звука.

Лоран отступил к кромке деревьев, и в ледяном ужасе, неуклюже пронесся мимо меня. Почему же Лоран побежал? Конечно, волк был чудовищным по размерам, но он же всего лишь животное. Почему вампир так испугался животного? А Лоран именно испугался. У него, так же как и у меня, расширились глаза от ужаса.

И как бы в подтверждение моих слов, исполинский волк, вдруг оказался не один. По обеим сторонам один за другим тихо показались еще два гигантских чудовища. Один был темно. ерый, другой коричневый, но ни один из них не был таким огромным, как первый. Серый волк прошел сквозь деревья лишь в нескольких футах от меня, их глаза остановились на Лоране.

Я не успела даже шелохнуться, как они выстроились клином, как гуси, летящие на юг. Злобный коричневый монстр протиснулся между кустов и приблизился ко мне.

Я непроизвольно глотнула воздуха и отпрыгнула назад — это было самое глупое, что я могла сделать. Я опять застыла на месте, ожидая, что волки кинуться на меня, как на наиболее легкую добычу. Как же я хотела, чтобы Лоран кинулся на них сейчас и растерзал — для него же это сущие пустяки. Я решила, что я бы предпочла быть съеденной вампиром, чем стаей гигантских волков.

Красновато-торичневый волк приблизился ко мне, слегка повернув голову на звук моего судорожного вздоха.

Глаза волка были темными, почти черными. Он смотрел на меня какую-то долю секунды, и мне показалось, что его взгляд был слишком уж осмысленным для животного.

Пока он смотрел на меня, я вдруг, подумала о Джейкобе — и почему-то с благодарностью. Слава Богу, я пришла сюда одна, на эту сказочную лужайку, где полным-толно черных монстров. Хорошо, что Джейкоба нет рядом, ведь он не хотел умирать. По крайней мере, на мне не будет висеть его смерть.

Еще один негромкий рык лидера стаи заставил красновато-торичневого волка повернуть голову обратно к Лорану.

Лоран с нескрываемым ужасом смотрел на стаю гигантских волков. Сначала я ничего не могла понять. Но потом ошеломленно увидела, как он, без предупреждения, кубарем покатился и исчез в деревьях.

Он сбежал.

Спустя секунду волки пустились за ним, они преодолели лужайку несколькими мощными прыжками, рыча и клацая зубами настолько громко, что я невольно заткнула уши руками. Эти звуки быстро смолкли, как только они скрылись в лесу.

И я снова оказалась одна.

У меня подогнулись колени, я упала на руки, и горькое рыдание вырвалось из горла.

Я знала, что мне надо как можно быстрее убираться отсюда. Как долго волки будут преследовать Лорана прежде чем вернуться за мной? Или Лоран вернется? И вернется ли он?

Сначала я не могла даже пошевелиться; у меня все тряслось, и я не знала как встать на ноги.

Мой мозг отказывался верить в спасение. Я не понимала, что же только что произошло на моих глазах?

Вампиры не должны убегать от собак. ереростков. Никакие зубы не способны прогрызть их гранитную кожу.

Видимо волки дали Лорану небольшую фору. Даже если их необычные размеры научили их ничего не бояться, думаю, им не было смысла его преследовать. Сомневаюсь, что его ледяная, мраморная кожа пахнет для зверей, как приманка. Почему же они прошли мимо теплокровного и слабого существа, вроде меня, вместо того чтобы гоняться за Лораном?

— Бессмыслица, — подумала я.

Холодный ветер пронесся сквозь лужайку, волнуя траву, будто кто-то ползал в ней.

Я поднялась на ноги, отступая от порыва ветра. Спотыкаясь, в панике, я обернулась и очертя голову кинулась к деревьям.

Несколько следующих часов были мучительными. Выбиралась из леса я в три раза дольше, чем искала эту лужайку.

Сначала я вообще не замечала, куда бегу, сосредоточившись только на том, чтобы убежать от этого страшного места. Но к тому времени, когда я вспомнила про компас, я уже оказалась далеко в незнакомом и зловещем лесу. Руки настолько сильно тряслись, что мне пришлось положить компас на грязную землю, чтобы я смогла высчитать правильное направление. Каждые несколько минут мне пришлось останавливаться и класть компас на землю, выбирая северо-западное направление. И вдруг я услышала глухие звуки, которые не могли скрыть даже мои безумные шаги — тихий шепот существа, невидимого в густой листве.

Крик сойки заставил меня отскочить и упасть в густой ельник, оцарапавший мне руки и спутавший мои волосы. Неожиданно резкий прыжок белки по стволу сосны заставил меня закричать так сильно, что заболели уши.

Наконец показался проход между деревьями. Я вышла на безлюдное шоссе в миле с небольшим южнее места, где я оставила пикап. Обессилев окончательно, я медленно побрела в его сторону.

Я горько разрыдалась, когда, наконец, влезла в машину. Сначала я защелкнула все кнопки замка, а затем вытащила из кармана ключи от машины. Рев двигателя ласкал слух. Он помог сдерживать слезы, когда я мчалась к главному шоссе, насколько это позволял мой пикап.

Добравшись до дома, я старалась успокоиться, но все еще нервничала. Патрульная машина Чарли стояла на подъездной дорожке — я даже не думала, что уже так поздно. Наступили сумерки.

— Белла? — спросил Чарли. Когда я хлопнула входной дверью и яростно защелкнула замок.

— Да, это я. — Дрожащим голосом ответила я.

— Ты где была? — громыхнул он, появляясь из кухонной двери с грозным выражением лица.

Я замешкалась. Скорее всего, он уже звонил Стэнли. Будет лучше, если я выложу всю правду.

— Я гуляла пешком, — призналась я.

Его глаза сузились, — А что случилось с походом к Джессике?

— Меня сегодня не тянет на математику.

Чарли скрестил руки на груди, — Кажется, я просил тебя не соваться в лес.

— Да, я знаю, папа. Не волнуйся, больше я не буду. — Вздрогнув, сказала я.

Казалось, Чарли впервые присмотрелся ко мне. Тут я вспомнила, что сегодня я недолго провалялась на земле и должно быть грязная, как свинья.

— Что случилось? — спросил Чарли.

И опять я подумала, что правда, или ее часть будет лучше всего. Я была слишком потрясена, чтобы притворятся, что провела незабываемый день, изучая флору и фауну.

— Я видела медведя. — Я попыталась произнести это как можно более спокойно, но мой голос сорвался и задрожал. — Хотя это был не медведь, это скорее волк. И их было пятеро. Один черный, серый и красновато-торичневый…

Глаза Чарли округлились от ужаса. Он быстро пересек комнату и быстро схватил меня за плечи.

— С тобой все в порядке?

Я слегка качнула головой.

— Расскажи мне, что произошло.

— Они не обратили на меня никакого внимания. Но как только они ушли, я убежала и несколько раз споткнулась и упала.

Он отпустил мои плечи и обнял меня. Он долго молчал, не говоря ни слова.

— Волки, — пробормотал он.

— Что?

— Рейнджеры говорили, что следы были слишком большими для медведя — но волки не бывают такими огромными…

— Они были гигантскими.

— Сколько их было, говоришь?

— Пять.

Чарли покачал головой, озабоченно нахмурившись. Наконец он заговорил, не допускающим никаких возражений, тоном, — Больше никаких прогулок.

— Без проблем, — горячо пообещала я.

Чарли позвонил в участок и сообщил все, что я видела. Конечно, я немного приврала насчет точного места, где я видела волков, заявив, что к нему ведет северная тропинка. Я бы не хотела, чтобы отец узнал, как далеко я забрела в лес, против его воли и что более важно, я не хотела, чтобы кто-нибудь встретил Лорана, блуждающего в поисках меня. Мысль об этом болезненно кольнула внутри.

— Ты голодна? — сказал он, повесив трубку.

Я покачала головой, хотя я должна была бы быть голодной. Я ведь ничего не ела весь день.

— Я просто устала, — сказала я ему. Потом повернулась к лестнице.

— Эй, — сказал Чарли, и в его голосе вновь зазвучало подозрение, — Ты говорила, что Джейкоб уехал на весь день?

— Так сказал Билли, — ответила я, сбитая с толку его вопросом.

С минуту он пристально изучал мое выражение лица, и казалось, был удовлетворен увиденным.

— Хм…

— А что? — переспросила я. Его слова прозвучали так, как будто он на что-то намекал, и что я наврала ему сегодня утром. Наврала о чем-то, кроме занятий у Джессики.

— Ну, просто когда я поехал за Гарри, я видел Джейкоба, выходящим из магазина с несколькими приятелями. Я помахал ему, но он… ну, не думаю, что он меня заметил. Думаю, что он спорил со своими дружками. Он странно выглядел, будто переживал из-за чего-то. И…еще. Странно видеть, как быстро растут дети. С каждым разом, как я его вижу, он становится все больше и больше.

— Билли говорил, что Джейкоб с друзьями собирался в Порт. нджелес посмотреть кино. Должно быть они кого-то ждали.

— А… — Чарли кивнул и направился в кухню.

Я стояла в прихожей, размышляя, о чем Джейкоб мог спорить со своими дружками. Может, он сцепился с Эмбри из-за ситуации с Сэмом. А может, именно поэтому он бросил меня сегодня — наверно он хотел выяснить отношения с Эмбри, и я была этому рада.

Перед тем, как пойти в свою комнату, я остановилась, чтобы еще раз проверить замки. Глупо, конечно. Никакие запоры и замки не выстоят против монстров, которых я видела сегодня. А если Лоран придет сюда…

Или… Виктория.

Я легла на кровать, но потрясение было настолько велико, что я не могла просто уснуть. Свернувшись калачиком под одеялом, я посмотрела в глаза ужасающим фактам.

С этим я ничего не могла поделать. Никакие меры предосторожности не помогут. Нет места, где я смогла бы теперь спрятаться. И никто мне не сможет помочь.

Желудок болезненно скрутило, когда я поняла, что ситуация сложилась еще хуже чем я думала. Конечно, все эти факты относятся и к Чарли. Мой отец спал в соседней спальне, и он тоже будет на волосок от смерти. Мой запах приведет их сюда, в не зависимости от того, буду я здесь или нет.

Это предположение потрясло меня, заставив в страхе сжать зубы.

Чтобы успокоиться, я начала мечтать о невозможном: я представила, как огромные волки настигли Лорана в лесу и растерзали этого бессмертного, как и любого другого нормального человека. Несмотря на всю абсурдность видения, эта идея успокоила меня. Если волки поймают его, то он не сможет рассказать Виктории, что я была в лесу одна. И если он не вернется, то она, возможно, подумает, что Каллены до сих пор оберегают меня. Если, конечно, волки выиграют этот бой…

Мои хорошие вампиры никогда больше не вернуться назад; как же утешительно было представлять, что другие тоже могут исчезнуть.

Зажмурив глаза, я ждала пока не погружусь в бессознательное состояние — почти с радостью ожидая, когда же начнется очередной кошмар. Лучше кошмар, чем бледное, прекрасное лицо, которое мне улыбалось сейчас, несмотря на все мои запреты.

В моем воображении, черные глаза Виктории пылали от жажды, блестя от предвкушения, а ее рот, с блестящими зубами, растянулся в улыбке. Рыжие, как огонь волосы блестели; и беспорядочно развевались вокруг ее иступленного лица.

В голове опять зазвучали слова Лорана. Если бы ты только знала, что она готовит для тебя…

Я зажала рукой рот, чтобы не закричать.