Она падала в открытую гробницу

Лиза Смит. Дневники вампира: Пробуждение.

Глава 7

Бонни танцевала с Реймондом, закрыв глаза и позволяя музыке теплыми волнами омывать ее тело. Когда она на мгновение открыла глаза, оказалось, что Мередит пытается привлечь ее внимание и подозвать. Сначала Бонни протестующе выдвинула вперед подбородок, но, когда жесты стали еще настойчивее, ей пришлось недовольно закатить глаза и подчиниться. Реймонд последовал за ней.
  Мэтт и Эд стояли рядом с Мередит. Мэтт хмурился. Эд явно чувствовал себя неловко.
  – Елена только что ушла, – сообщила Мередит.
  – У нас свободная страна, – отозвалась Бонни.
  – Она ушла с Тайлером Смоллвудом, – уточню Мередит. – Мэтт, ты точно не слышал, куда они собрались?
  Мэтт покачал головой.
  – Я бы сказал, она заслуживает того, что случится дальше… хотя в некотором смысле тут есть моя вина, – печально промолвил он.
  – Пожалуй, нам следует отправиться следом за ней.
  – Бросить танцы? – удивленно спросила Бонни и взглянула на Мередит, которая одними губам обозначила ей слова "ты же поклялась". – Нет, просто не верится, – раздраженно пробормотала девочка.
  – Не знаю, как мы ее найдем, – сказала Мередит, – Но мы должны попытаться. – Затем она необычно нерешительным голосом добавила: – Слушай, Бонни, а ты случайно не знаешь, где она?
  – Что? Я? Нет, конечно же, нет. Я просто танцевала. Зачем еще, по-твоему, ходят на танцы?
  – Вы с Реем останетесь здесь, – сказал Мэтт Эду. – Если она вернется, скажите, что мы ее ищем.
  – Если мы готовы, нам лучше пойти прямо сейчас, – нелюбезно вставила Бонни.
  Резко повернувшись, она уткнулась в темный блейзер.
  – Охх, извините, – буркнула девочка, поднимая глаза и узнав Стефана Сальваторе.
  Юноша ничего не сказал, и они с Мэттом и Мередит направились к двери, оставляя позади стоящих с несчастным видом Реймонда и Эда.

Звезды в безоблачном небе казались яркими и прозрачными как кусочки льда. Елена чувствовала себя одной из них. Она смеялась и кричала вместе с Диком, Викки и Тайлером, заглушая шум ветра, и одновременно словно наблюдала за всем этим откуда-то издалека.
  Тайлер припарковался на полпути вверх по холму к разрушенной церкви и оставил фары включенными. Хотя от школы за ними отправились еще несколько машин, до кладбища почему-то удалось добраться только им.
  Тайлер открыл багажник и вытащил оттуда блок из шести банок пива.
  – Нам больше достанется.
  Он предложил пиво Елене, но та лишь покачала головой, старательно пытаясь игнорировать неприятное чувство внизу живота. Почему-то Елена чувствовала, что им не нужно здесь находиться, хотя прямо сейчас решительно не желала этого признавать.
  Они стали подниматься дальше по устланной каменными плитами дорожке. Девочки с большим трудом ковыляли на высоких каблуках, опираясь на руки парней. Когда они добрались до гребня холма, Елена охнула, а Викки пронзительно вскрикнула.
  Гигантский красный диск висел над самым горизонтом. Только несколько секунд спустя Елена поняла, что это луна. Огромная и несколько нереальная, эта луна тускло сияла каким-то нездоровым светом и казалась реквизитом научно-фантастического фильма.
  – Совсем как большая гнилая тыква, – прошипел Тайлер и бросил в луну камнем.
  Елена заставила себя, как ни в чем не бывало, ему улыбнуться.
  – Почему бы нам туда не зайти? – предложила Викки, свободной рукой указывая на зияющее отверстие дверного проема церкви.
  Большая часть церковной крыши уже рухнула, но высокая колокольня по-прежнему возвышалась над кладбищем. Три стены еще стояли, а четвертая была всего лишь по колено высотой. Повсюду валялись груды камней. Внезапно у самой щеки Едены, вспыхнул яркий свет. Пораженная, она резко повернулась и увидела, что Тайлер держит в руке зажигалку. Парень ухмыльнулся, показывая крепкие белые зубы, а затем спросил:
  – Ну как, хочешь моим "биком" пощелкать?

Желая скрыть внезапную неловкость, Елена рассмеялась громче остальных, взяла у Тайлера зажигалку и осветила гробницу в боковой части церкви. На первый взгляд казалось, что эта гробница ничем не отличается от множества подобных по всему кладбищу, однако отец Елены говорил, что видел похожие усыпальницы в Англии. Внешне она выглядела как каменный ящик, достаточно большой для двух человек, с двумя белыми мраморными человеческими фигурами, словно прилегшими отдохнуть на крышку.
  – Томас Кипинг Фелл и Онория Фелл, – с широким жестом объявил Тайлер, словно представляя их присутствующим. – Старина Томас предположительно основал Феллс-Черч. Хотя на самом деле Смоллвуды тоже в то время здесь обитали. Прапрадед моего прадеда жил в долине у Утопшего ручья…
  – …пока его там волки не съели, – сострил Дик и запрокинул голову в подражание волку.
  Затем он рыгнул. Викки захихикала. На широкой физиономии Тайлера выразилось раздражение, но он все же сподобился выдавить из себя улыбку.
  – Томас и Онория бледноваты на вид, – заметила Викки, все еще хихикая. – Думаю, не помешало бы их немного подкрасить. – Достав из сумочки помаду, она принялась покрывать мраморные губы женской фигуры алым блестящим слоем.
  Елена ощутила где-то внутри еще один болезненный укол. В раннем детстве ее всегда завораживали эта бледная дама и этот суровый мужчина, которые лежали с закрытыми глазами, сложив руки на груди. И покойные родители теперь представлялись ей точно так же, лежащими бок о бок чуть дальше на кладбище. Однако Елена лишь подняла зажигалку повыше, пока Викки рисовала губной помадой усы и клоунский нос Томасу Феллу.
  Тайлер внимательно за ними наблюдал:
  – Ну вот, теперь они классно прикинуты, но пойти им некуда. – Он уперся ладонями в каменную крышку и приналег, пытаясь столкнуть ее в бок. – Как думаешь, Дик, может, устроить им ночную прогулку по городку? Пусть прямо сейчас по центру прогуляются.
  "Нет!" – в ужасе подумала Елена, когда Дик согласился, и Викки чуть не захлебнулась от смеха.
  Затем Дик пристроился рядом с Тайлером. Упершись ладонями в каменную крышку, они приготовились.
  – На счет три, – сказал Тайлер и тут же отсчитал: – Раз, два, три.
  Елена не сводила испуганных глаз с клоунского лица Томаса Фелла, пока мальчики кряхтели и тужились. Мышцы вздувались у них под одеждой. Но крышку им не удалось сдвинуть ни на дюйм.
  – Проклятая ерундовина, должно быть, как-то тут присобачена, – злобно процедил Тайлер, отворачиваясь и выходя.
  Елена облегченно выдохнула. Стараясь казаться непринужденной, она оперлась о каменную крышку гробницы – и тут-то все и случилось.
  Раздался каменный скрежет, Елена почувствовала, как крышка сдвигается под ее левой  рукой, и стала терять равновесие.Зажигалка выпала, а Елена закричала и взмахнула руками,  стараясь удержаться на ногах. Она падала в открытую гробницу, и ее обдувал ледяной ветер. В ушах у Елены звенели крики.
  Наконец ей все-таки удалось вернуть себе равновесие, и она бросилась вон из церкви. В лунном свете она взглянула на лица остальных. Тайлер ее поддержал. Елена с диким видом огляделась по сторонам.
  – Ты спятила? Что случилось? – Тайлер с силой ее тряс.
  – Она сдвинулась! Крышка сдвинулась! Она скользнула в сторону… гробница открылась… я не знаю… я чуть туда не упала! Там так холодно…
  Парни хохотали.
  – Несчастная крошка перепугалась, – резюмировал Тайлер.
  – Ладно, Дик, давай посмотрим…
  – Нет, Тайлер, нет…
  Но парни уже вернулись в церковь. Викки осталась в проходе, наблюдая за отчаянно дрожащей Еленой. Вскоре Тайлер их позвал.
  – Вот, посмотри, – сказал он, когда она с неохотой туда подошла.
  Отыскав упавшую зажигалку, Тайлер поднял ее над мраморной грудью Томаса.
  – Здесь все как было. По-прежнему тепло и темно. Понимаешь?
  Елена уставилась на идеально прилегающую крышку.
  – Но она действительно сдвинулась. Я чуть туда не упала.
  – Конечно, как скажешь, детка. – Тайлер обнял ее со спины.
  Оглянувшись, Елена увидела, что Дик и Викки стоят в точно такой же позе, причем Викки, закрыв глаза, похоже, наслаждается этим. Тайлер потерся подбородком о ее волосы.
  – Хочу как можно скорее вернуться на танцы, – ровным тоном произнесла Елена.
  Последовала пауза, подбородок перестал тереться о ее волосы. Затем Тайлер вздохнул и сказал:
  – Конечно, детка. – Он взглянул на Дика и Викки. – А вы как думаете?
  Дик ухмыльнулся:
  – А мы лучше пока здесь останемся.
  Викки хихикнула, не открывая глаз.
  – Ладно. – Елена не очень понимала, как Дик и Викки собираются возвращаться, но позволила Тайлеру вывести себя из церкви.
  Снаружи он, однако, помедлил.
  – Нет, – произнес он, – я просто не могу тебя отпустить, пока ты не взглянешь на могилу моего деда. Ну, давай же, Елена, идем. – Тайлер потянул ее за руку, когда она было запротестовала.
  – Перестань, не оскорбляй моих чувств. Ты непременно должна ее увидеть – это предмет гордости всей нашей семьи.
  Елена заставила себя улыбнуться, хотя в животе у нее словно застыл лед. Возможно, если она будет потакать Тайлеру, он скорее ее оттуда вызволит.
  – Хорошо, – сказала Елена и направилась на кладбище.
  – Нет, не туда. Вот сюда. – И в следующее мгновение Тайлер повел ее в сторону старых захоронений.
  – Вообще-то это совсем недалеко от тропы. Вон там, видишь? – Он указал одно из надгробий, сияющее под лунным светом.
  Елена охнула, и сердце ее сжалось. Там словно возвышался гигант с круглой безволосой головой. Елене совсем не нравилось находиться среди этих наклонных гранитных плит, оставшихся от прошедших столетий. От яркого лунного света кругом ловились странные тени, а между надгробиями образовывались пятна непроницаемой черноты.
  – Там просто шар наверху, – объяснил Тайлер, притягивая Елену с тропы и подводя ее к сияющему надгробию.
  Оно было высечено из красного мрамора, так что венчающий его массивный шар напоминал раздутую и багровую луну. Но настоящая луна теперь сияла им, белая как каменные руки Томаса Фелла. Елена не смогла сдержать дрожь.
  – Бедняжка, ты замерзла. Надо бы тебя согреть, – мигом отреагировал Тайлер, прижимая ее к себе.
  Елена попыталась его оттолкнуть, но он был слишком силен.
  – Тайлер, я хочу уйти. Я прямо сейчас хочу отсюда уйти…
  – Конечно, детка, мы отсюда уйдем, – согласился Тайлер. – Но сперва надо тебя согреть. Ведь ты черт знает, как замерзла.
  – Тайлер, прекрати, – раздельно выговорила Елена.
  Руки Тайлера уже перестали просто ее обнимать; теперь эти руки жадно шарили по ее телу, нащупывая обнаженную кожу.
  Еще ни разу в жизни Елена не оказывалась в подобной ситуации. И помочь ей никто не мог. Она нацелила острый каблук на подъем ботинка из патентованной кожи, но парень вовремя отдернул ногу.
  – Тайлер, убери руки!
  – Брось, Елена, не дергайся, я просто хочу как следует тебя согреть…
  – Тайлер, отпусти, – выдохнула Елена и попыталась вырваться.
  Парень оступился, и они оба полетели в сплетение плюща и сорняков. Тайлер оказался сверху, всей своей тяжестью придавливая ее к земле.
  Елена в отчаянии зашипела:
  – Я убью тебя Тайлер. Я серьезно. Убери руки.
  По-дурацки хихикая, Тайлер попытался перекатиться на бок, но ставшие вдруг тяжелыми и неловкими руки и ноги не слушались его.
  – Ну-ну, брось, Елена, не психуй. Я просто тебя согреваю. Ведь Елена – Снежная королева, ее надо согреть… Теперь тебе уже теплее, правда?
  Внезапно Елена почувствовала, как он тычется ей в щеку горячими и влажными губами.
  Тайлер по-прежнему прижимал ее к земле и уже лепил слюнявые поцелуи ей на шею. Тут Елена услышала, как рвется ткань.
  – Охх! – прохрипел Тайлер. – Извини.
  Елена повернула голову, и ее рот наткнулся на руку Тайлера, неловко ласкающую ее щеку. Она со злобным наслаждением погрузила зубы в мясистую ладонь.
  Укус вышел очень неплохим – Елена ощутила вкус крови и услышала возмущенный вопль Тайлера. Рука тут же отдернулась.
  – Эй! Я же извинился! – Тайлер обиженно разглядывал укушенную ладонь.
  Затем лицо его потемнело от гнева, и, не сводя глаз с ладони, он сжал руку в кулак.
  "Вот тебе и на, – с кошмарным спокойствием подумала Елена. – Кажется, он собирается либо изнасиловать меня, либо убить".
  Она собралась с духом и приготовилась к получению удара.

Стефан изо всех сил сопротивлялся побуждению пойти на кладбище. Все в нем восставало против этой мысли. Ведь когда он в последний раз там оказался, пострадал невинный старик.

Дикий ужас пронзил его при этом воспоминании. Стефан мог бы поклясться, что он вовсе не опустошил старого бродягу под мостом, взял у него совсем немного крови, не причинил серьезного вреда. Но воспоминания о том вечере после всплеска Силы были какими-то спутанными и разрозненными. Если, конечно, там вообще случился всплеск Силы. Может статься, то было лишь его воображение – или вообще дело его рук. Страннейшие вещи могли происходить, когда потребность выходила из-под контроля.
  Стефан зажмурился. Когда он услышал, что того старика госпитализировали в полумертвом состоянии, то испытал настоящий шок. Как он позволил себе так далеко зайти? Случилось почти убийство – а ведь он никого не лишал жизни с тех самых пор, как…
  Нет, думать об этом Стефан просто не мог себе позволить.
  Теперь, стоя в кромешной тьме перед кладбищенскими воротами, Стефан ничего так не хотел, как уйти отсюда прочь. Вернуться назад на танцы, где он оставил Кэролайн, податливое создание, которое было рядом с ним в полной безопасности, потому что ровным счетом ничего для него не значило.
  Но Стефан не мог вернуться, потому что Елена оказалась на кладбище. Он чуял ее присутствие. А теперь он ощущал, как ее страх возрастает с каждой секундой. Елена оказалась на кладбище, попала в беду, и Стефан просто должен был ее найти.
  Юноша уже был на полпути вверх по холму, когда вдруг нахлынуло головокружение. Едва удерживая равновесие, Стефан поднимался к церкви, темный силуэт которой был единственным, что он мог держать в фокусе. Серые волны тумана прокатывались у него в голове, но Стефан упорно продолжал двигаться дальше. Он был слаб, так слаб… И беспомощен против страшной силы этого головокружения.
  Стефану отчаянно требовалось добраться… добраться до Елены… но он был слаб, совсем слаб… а если он собирался помочь Елене, ему требовалось…
  Тут перед ним разверзся вход в церковь.

Над левым плечом Тайлера Елена видела луну.
  "Как это органично, если последним, что ты видишь в этой жизни, оказывается именно луна", – подумала девочка. И крик застрял у нее в горле.
  А затем что-то вдруг подхватило Тайлера и отшвырнуло прямо на надгробие его дедушки.
  По крайней мере, Елене так показалось. Она перекатилась на бок, отчаянно задыхаясь, одной рукой придерживая на себе разорванное платье, другой лихорадочно шаря вокруг в поисках оружия.
  Оно ей не потребовалось. Что-то задвигалось в темноте, и она узнала человека, который оторвал от нее Тайлера. Стефан Сальваторе. Но такого Стефана Елена еще никогда не видела: его тонкое лицо было белым от холодной ярости, а в зеленых глазах пылал огонь убийства. Даже не двигаясь, Стефан источал страшную угрозу, и Елена вдруг поняла, что боится его больше, чем Тайлера.
  – Когда я впервые тебя увидел, то сразу понял, что ты никогда не научишься хорошим манерам, – произнес Стефан голосом негромким, но твердым, а у Елены вдруг странным образом закружилась голова.
  Она не могла отвести глаз от Стефана, пока он приближался к Тайлеру, который, обалдело мотая головой, уже начинал подниматься. Стефан двигался как танцор, каждое его движение оказывалось легким, точно контролируемым.
  – Но я понятия не имел, что ты настолько недоразвит.
  Рослый верзила вытянул перед собой мясистую руку, однако Стефан почти с издевательской легкостью врезал ему по скуле. Со стороны показалось, что он почти его не коснулся.
  Тайлер отлетел к другому надгробию. Затем опять поднялся на ноги и встал, тяжело дыша и сверкая глазами. Елена заметила, что из носа у парня течет красная струйка. Наконец Тайлер бросился на противника.
  – Джентльмен никому не навязывает свою компанию, – нравоучительно произнес Стефан и снова взмахнул кулаком.
  Тайлер растянулся на земле, зарывшись лицом в сорняки. На сей раз, он поднимался заметно медленней, а кровь текла из обеих его ноздрей и изо рта. Пялясь на Стефана, он хрипел как испуганный кролик.
  Стефан схватил Тайлера за куртку и крепко встряхнул, игнорируя хаотичное движение больших мясистых кулаков. Затем он рванул противника на себя и снова бросил его на землю.
  – Джентльмен не оскорбляет женщин, – продолжил Стефан.
  Лицо Тайлера было зверски искажено, глаза его лезли на лоб, но он все же сумел ухватить противника за ногу. Стефан рывком поднял его и снова потряс. Тайлер внезапно обмяк, как тряпичная кукла, глаза его совсем закатились. Крепко удерживая Тайлера за грудки и сильно встряхивая при каждом слове, Стефан продолжил свое наставление:
  – А самое главное, он никогда не причиняет женщине никакого вреда…
  – Стефан! – воскликнула Елена.
  Голова Тайлера от каждой встряски болталась из стороны в сторону. Именно это зрелище Елену и напугало: она боялась того, что Стефан мог сделать дальше. Но больше всего ее пугал холодный голос Стефана, который был похож на пляшущую рапиру – смертоносную и безжалостную.
  – Стефан, прекрати.
  Стефан резко повернул к ней голову, и на лице у него отразилось удивление, будто он совершенно забыл о присутствии Елены. Какое-то мгновение он глядел, не узнавая ее, глаза его были черными в лунном свете. Елена невольно подумала о каком-то хищнике – о громадной птице или плотоядном животном, которому чуждо все человеческое. Затем взгляд Стефана стал более осмысленным, и глаза будто бы посветлели.
  Стефан обернулся на Тайлера, после чего аккуратно опустил его на красное мраморное надгробие. Колени Тайлера подогнулись, и он развалился на могиле, но, к удивлению Елены, глаза парня открылись – по крайней мере левый. Правый уже заплыл и теперь стремительно превращался в узкую щелку.
  – С ним все будет в порядке, – опустошенно выдохнул Стефан.
  Чувствуя, как страх постепенно уходит, Елена тоже ощутила опустошение.
  "Шок, – подумала она. – Я в шоке. И в любую минуту могу впасть в истерику".
  – Тебя некому проводить домой? – спросил Стефан, все еще леденяще-смертоносным голосом.
  Елена подумала о Дике и Викки, которые черт знает чем занимались возле статуи Томаса Фелла.
  – Некому, – ответила она.
  Разум снова начинал работать, подмечая все до мелочей. Фиолетовое платье было зверски разодрано спереди – фактически загублено. Чисто механически Елена старалась его придерживать.
  – Давай я тебя отвезу, – предложил Стефан.
  Даже сквозь оглушающую пустоту Елена вдруг ощутила новый прилив страха. Она внимательно оглядела элегантную фигуру, стоящую среди надгробий. Лицо Стефана казалось совсем бледным в лунном свете. Раньше он никогда не представлялся Елене таким… таким прекрасным. Однако эта красота была какой-то чужеродной. Не просто иностранной, а почти нечеловеческой, ибо ни один человек не мог источать такую ауру силы – или, раз уж на то пошло, отчужденности.
  – Спасибо. Очень мило с твоей стороны, – медленно выговорила Елена.
  Больше ей ничего не оставалось.
  Они оставили Тайлера мучительно подниматься на ноги рядом с надгробием его предка. Елена ощутила еще один приступ страха, когда они добрались до тропы, и Стефан повернул к Плетеному мосту.
  – Нам придется забрать машину у пансионата, – объяснил он. – Так мы быстрее всего туда доберемся.
  – Так ты пришел этим путем?
  – Нет. Я не переходил через мост. Но так будет безопасно.
  Елена ему поверила. Бледный и безмолвный Стефан шел рядом с ней, не касаясь ее. Сняв блейзер, он набросил его ей на голые плечи. Елена почему-то не сомневалась, что Стефан убьет любого, кто попытается на нее напасть.
  Плетеный мост белел в лунном свете, а внизу ледяные воды речушки крутились меж древних камней. Весь мир был недвижен, прекрасен и холоден, пока Елена и Стефан сквозь дубовую рощу шли к проселочной дороге.
  Миновав огороженные пастбища и темные поля, они, наконец, добрались до длинной и извилистой подъездной дорожки. Пансионат представлял собой пассивное здание красно-коричневого кирпича, изготовленного из природной глины, а вокруг него возвышались старинные кедры и клены. Все окна, кроме одного, были темны.
  По скрипучей лестнице Елена и Стефан поднялись к плохо освещенной площадке на втором этаже. А там, к удивлению Елены, Стефан провел ее через одну из комнат и открыл дверь, которая по всем признакам должна была вести в чулан. Однако за этой дверью Елена увидела очень крутую, очень узкую лестницу.
  "Какое странное место, – подумала девочка. – Это же потайная лестница, укрытая в самом центре дома, куда снаружи не может проникнуть ни один звук".
  Поднявшись по лестнице, Елена вошла в просторную комнату, которая занимала почти весь третий этаж здания.
  Комната оказалась освещена так же плохо, как и лестница, но Елена все же смогла разглядеть грязноватый деревянный пол и обнаженные брусья наклонного потолка. По всем сторонам там располагались высокие окна, а массивная мебель была завалена множеством разновеликих чемоданов.
  Тут Елена поняла, что Стефан внимательно за ней наблюдает.
  – А есть тут ванная, где я бы смогла…
  Стефан молча кивнул в сторону одной из дверей. Елена сняла блейзер, не глядя протянула его юноше и направилась в ванную.

11.06.2011. 08:04